— И работа на Охранное отделение вас не смущает?
— Так я ж тоже вон… на Охранное… в том числе, — пожимаю плечами. — Оно, конечно, может где-то там, вверхах, и западло, но как по мне, кому-то надо и Охранке помогать. Чтоб порядок был.
Я ж не уголовник всё-таки.
Ну, в смысле не из тех, которые честные и по понятиям живут. И никогда-то таковым не был. Карп Евстратович на этакое выступление только головой покачал:
— Смысл мне нравится, но над формой изложения, пожалуй, стоит ещё поработать. Надеюсь, курс риторики поможетт\, — он достал из пакета второй калач.
— Не кормят на службе? — заботливо осведомился я.
— Некогда. Николя рассказывал про взрыв в подпольной лаборатории?
— Ага. А мне казалось, что как-то оно поутихло.
— На самом деле и вправду поутихло, после весеннего инцидента, — он в калач не вгрызался, но отламывал аккуратные кусочки, которые отправлял в рот. — Что дало повод некоторым не самым умным людям говорить о победе над новомировцами и прочими неблагонадёжными личностями.
— Что, бюджет урезать хотят?
— Хотели, — подтвердил догадку Карп Евстратович. — Однако ночное происшествие доказывает, что революционные идеи вполне живы. Как и бомбы. Грязные, к слову.
— Это в смысле не из одной взрывчатки?
— Именно. Там прелюбопытное устройство. Две части. Одна классическая, со взрывчаткой, а вот вторая содержит колбы с… сейчас, — он наклонился и поднял портфельчик, из которого и вытащил длинную пробирку, заткнутую пробкой из ваты и бинтов, которую и протянул мне.
— Слушайте, а у вас там инструкции никакой не выдают? Ну, вроде техники безопасности? — поинтересовался я, глядя на мутную жижу.
— Какой техники?
— Такой, которая настоятельно не рекомендует таскать в портфелях колбы с непонятной хренотенью.
Мне и брать-то в руки её не хочется.
— Не стоит волноваться, это стабилизированное стекло.
— И пробка тоже? — всё-таки беру. Что сказать. Жижа. Как будто воды мутной плеснули, такой, с песком и мелкой глиной. Силой тянет, но не сказать, чтоб ощутимо.
— Пробка скорее для порядка. Там силовая прослойка, — Карп Евстратович наблюдает, как я наклоняю колбу в одну сторону, потом в другую.
— А излучение? Тоже отсекает?
— Какое?
— Не знаю… к примеру, радиоактивное. Слышали?
— Конечно! Вы тоже приверженец идеи, что радиация полезна для организма?
— Чего? — я от этакого заявления чуть колбу не выронил.
— Давече в «Медицинском вестнике» была статья на эту тему. Переводная. На Западе ныне в большой моде кюритерапия[3]. Там же… сейчас, как это… ах да, писали, что радиоактивность помогает сохранять ясный ум, бодрость и счастливое настроение в течение всей жизни[4]. Ещё очень помогает при болях в сердце, мигренях, истериях и в целом нервозности.
— Серьёзно?
— Я сам, признаюсь, приобрел «Радитор»[5]. Это вода радиоактивная. Надобно принимать трижды в день.
Появилось желание постучаться лбом о лавку. Или постучать. Чужим.
— Но выходит, честно говоря, дороговато. Хотя утверждают, что в отличие от «Куваки» там действительно содержится радий.[6] На Фонтанке лавка открылась, там многое есть. И пряжки, и зубная паста. Обещают, что зубы становятся белее и целее. Косметика для дам…