— Только не говори, что у тебя еще и аллергия.
Глава 2
— Милушка, — снова рискнул высунуться из-за поленницы домовой, кажись, он того… помирать вздумал. Мы же копать такую ямищу устанем!
И правда, дракон скуксился, открыл пасть и плюнул огнем в землю. И еще раз плюнул, только каким-то предметом в слюнях. И морду после этого облизал длинным раздвоенным языком.
— И что это? — я сморщила нос. — Какую гадость ты сожрать умудрился?
На меня укоризненно уставились два желтых глаза с вертикальными зрачками. Еще и облачко горячего воздуха из ноздрей в мою сторону послали. Фыркнули, значится, ага.
Если какой-то реликтовый ископаемый с крыльями думает, что я буду копаться в его слюнях, то он глубоко ошибается.
Только собралась гордо удалиться в избушку, как прямо передо мной весьма неаккуратно положили хвост.
— А кабачки что тебе сделали⁈ — я в сердцах махнула на наглого оккупанта личного огорода ведьмы ухватом.
— Прокляни его, — посоветовал Вальдемар, подманивая к себе увесистое полено. — Ты же ведьма у нас образованная.
— Вот именно, — я тихо (а вдруг услышит) помянула свою наставницу. — Первое, что ты прочтешь в любом учебнике о драконах — не действует на них наведенная магия: ни проклятия, ни внушение, ни молния.
— Беда, — протянул домовой и выбросил полено.
Никогда не думала, что ухват настолько незаменим в жизни. Не то чтобы я его недооценивала, но…
— Это мое бюстье⁈ — задушено прошипела я, изучая обмусоленный предмет женского белья, основательно измазанный в слюнях, удерживая его на весу ухватом. — Ты сожрал мое лучшее… Стоп! Вальдемарчик, родненький, а я вчера в каком виде вернулась? Из одежды на мне что было?
Домовой почесал лохматую макушку:
— Да ничего собственно и не было. Так голышком из ступы и выпрыгнула.
Теперь я затравленно посмотрела на дракона. Мужика я, конечно, не щупала давно (а еще точнее — никогда), но, чтобы бросаться на эту махину…
Ящерица состроила хитрую рожицу и невинно уставилась в небо. А может, ну его, это Слово? Свидетель моего позора нем, и никто ничего не узнает. Ах да, еще есть целая деревня.
— А ночь лунная была? — ища хоть что-то хорошее, с надеждой спросила я.
— И какая, — радостно всплеснул руками домовой. — Все до единой звездочки было видно. — Я уже собиралась пойти с горя утопиться в болоте, которые местные почему-то упорно величают озером, как Вальдемар подарил мне причину жить. — Да ты не переживай, Милушка. Вы с другой стороны прилетели. Через поле. Там если кто в стогах и развлекался, то вряд ли стал отрываться от процесса. Молодое дело — оно такое.
Вот бы еще узнать, какое оно «такое»! Но нет, я ведьма принципиальная, ремнем воспитанная. Позор, одним словом.
Теплый летний ветерок аккуратно тронул мои лодыжки, скользнул по коленям и коварно забрался под подол ночной рубашки. Осознав, что, кхм, моя попа находится в состоянии свободы, я, взвизгнув, бросилась в избушку. По дороге не очень удачно зацепилась за куст смородины, и легкая ткань с треском разорвалась от подола до горла.
В помещение я влетела под оглушительный грохот крови в ушах. И бадейки. Я ее случайно пнула. Два раза. В сердцах.
Стоило только молодым ведьмочкам выбраться за порог школы во взрослую жизнь — стандартная униформа демонстративно сжигалась. Кому интересно носить унылые коричневые тряпки? Зато на место ученического платья приходили яркие кофты и широкие летящие юбки. Последние еще быстрее сменялись на штаны после первого же похода в лес за ингредиентами.
Я выудила из недовольно ворчащего сундука (магия редко делает вещи сговорчивыми) желтую свободную кофту и черные брюки, отлично подчеркивающие тот лишний килограмм, который я умудрилась набрать в глуши. А не познакомить ли мне Вальдемара со страшным словом «диета»?
И бюстье. Нельзя забывать его где попало.
Зеркало на стене ненавязчиво чирикнуло. Я озадаченно нахмурилась: кого это принесла Темная Сила?
И меньше всего ожидала увидеть рожу бывшего. Злую и перекошенную. Даже на сердце легче стало.
Мы молча поиграли в гляделки, пока мне не надоело.
— Ты что-то хотел, Фома? Отменить приглашение на вашу свадьбу?