Когда она вернулась: читать начало книги онлайн

Он кивнул. Меня охватило радостное возбуждение.

– Ты отвергла мир, почти как Иисус. Как и он, ты обуздала свои земные потребности и страсти. Единственное, что тебе осталось сделать, – это отвергнуть дьявола, умертвив его сущность.

Дав мне мгновение, чтобы прийти в себя, Рэй приказал мне встать. Я медленно поднялась на ноги.

– Сними свою одежду, – велел он.

На мне была та же одежда, что и в день, когда я оставила свою прошлую жизнь. Я так исхудала, что джинсы повисли на мне мешком, и мне приходилось заворачивать пояс наружу, чтобы они не спадали. Я перешагнула через них и отшвырнула от себя ногой, оставшись в спортивном лифчике и трусах – футболки у меня давно не было. Я разорвала ее на полосы – одной из них я подвязывала волосы, а другие приспособила как ветошь для уборки. Поддержание чистоты в моем тесном обиталище придавало упорядоченности моему существованию. Ежедневное обтирание тела теми же самыми тряпками было бессмысленно, однако помогало мне чувствовать себя человеческим существом.

– Всю одежду, – голос Рэя преисполнился угрозы.

Я знала, что он попросит меня сделать, но не могла заставить свои руки пошевелиться. Мое тело застыло. Я приказывала ему двигаться, но оно отказывалось. Звук удара его ремня о мою ногу заставил меня вернуться в реальность. Нащупав трусы, я спустила их до колен. Для меня умерщвление так и не стало проще.

– Повернись.

Я отвернулась от него, оказавшись лицом к кирпичной стене. Стыд обжег мои щеки. Теперь мне было ясно, отчего Иисус плакал кровавыми слезами в Гефсиманском саду.

– Господь велит нам умерщвлять нашу греховную плоть.

Его ремень впивался в мою обнаженную кожу, с каждым ударом заставляя меня подпрыгивать.

– Так пусть же все, кто познал Господа, отринут свои пороки.

Еще удар. И еще. Каждый следующий – сильнее, чем предыдущий. Я закусила внутреннюю поверхность щеки, чтобы не закричать.

– Чувствуешь, как грех покидает твое тело?

Я путалась в словах – от боли я тупела. Следующий удар практически повалил меня на пол.

– Я принадлежу Господу, так…

Все пропало. Я не могла вспомнить слова. Куда они исчезли?

– Что гласит слово?

Не дав мне шанса ответить, Рэй ударил снова. Желудок подпрыгнул к самому горлу. Внезапно я вспомнила.

– Я принадлежу Господу, так распни же меня! – выпалила я.

Рэй словно сорвался с цепи. Удары посыпались градом, и я сбилась со счета. Слезы обжигали глаза. Вся задняя часть моего тела разрывалась от боли. Я уже не узнавала звука собственного голоса.

– Прошу тебя, пожалуйста! – умоляла я его снова и снова. Рэй словно не слышал меня, а если и слышал, мои мольбы для него ничего не значили. Колени подломились, и я рухнула на пол, а потом все вокруг погрузилось в темноту.

Глава 17

Мередит

Сейчас

– Сколько же вы пробыли в подвале? – спросил Брайан, когда Кейт закончила рассказ о событиях того дня, когда она ушла, и последующих дней. Прошлой ночью после разговора с Кейт мы позвали Дина, и тот распорядился, чтобы к восьми часам утра собрались все члены команды – послушать ее признания. В гостиной вместе с Кейт были лишь Брайан и Камиль. Все остальные наблюдали за происходящим благодаря мониторам, которые Дин установил в столовой. Когда люди начали собираться, Эбби еще спала, и я сказала Скотту, что нужно ее разбудить, однако он настоял на том, чтобы мы дали ей выспаться, ведь бо́льшую часть ночи она провела без сна вместе с Кейт.

– Сорок дней и сорок ночей, как Иисус, – ответила Кейт, играя с пальчиками Шайло. Мне пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы выслушать до конца ее рассказ обо всем, что происходило в подвале. На мгновение мне показалось, что на лице Кейт промелькнуло горделивое выражение, поскольку она смогла выдержать так долго без каких-либо контактов с людьми, за исключением Рэя. Однако выражение это исчезло так быстро, что я вообще начала сомневаться, видела ли его.

– Прошу вас, освежите мою память – с тех пор, как я ходил в католическую школу, прошло много времени… что конкретно Иисус делал в пустыне? – спросил Брайан.

– Готовясь к своему служению, Иисус забрел в пустыню, где сорок дней и сорок ночей его искушал дьявол, – ее голос менялся всякий раз, когда Кейт цитировала Писание или что-либо, имевшее отношение к их теологии. – Очевидно, что его опыт был намного более жестоким, чем мой. Ведь дьявол преследовал его неотступно.

Слушать, как Кейт рассказывает об «Интернационале» могло бы быть захватывающе, если бы не было столь возмутительно. Из человека, едва способного связать несколько слов, она мгновенно преображалась в опытного оратора, лишь только речь заходила об «Интернационале любви». Я не изучала психологию, но не нужно было иметь научную степень по психическим заболеваниям, чтобы понять, насколько у Кейт были промыты мозги их пропагандой. Очевидно, ее на это натаскивали. Как автоматон[7], запрограммированный отвечать на определенные триггерные слова.

[7]   Робот из XVIII века, кукла-автомат, действующая по строго заданной программе без непосредственного участия человека.