В восемь вечера раздался звонок лифта. Ольфария взяла накидку и сумочку, бросила последний взгляд в зеркало и направилась к двери.
Крид ждал в холле, одетый в официальный чёрный фрак с серебряными пуговицами. Увидев её, он замер на мгновение, а в его обычно бесстрастных глазах мелькнуло что-то похожее на восхищение.
— Ты выглядишь... потрясающе, — сказал он, и это было, пожалуй, самым эмоциональным комплиментом, который она от него слышала.
— Спасибо. Мадам Селестина постаралась на славу.
Крид галантно подал ей руку.
— Тогда отправляемся покорять императорский двор. И помни — сегодня ты не просто врач, а дама, достойная любых почестей.
Они вышли к карете, и Ольфария подумала, что, возможно, этот вечер станет одним из самых запоминающихся в её новой жизни. Хотелось бы только, чтобы он прошёл без неприятных сюрпризов.
Карета плавно покатила по мощёным улицам столицы, её колёса мерно стучали по камням. Ольфария устроилась на бархатных сиденьях, аккуратно расправив складки платья, и выглянула в окно. Вечерний город менялся за стеклом, словно декорации в театре.
Сначала они ехали по знакомым улицам торгового квартала — мимо закрывающихся лавок, уютных таверн, из которых доносились смех и музыка. Простые горожане спешили домой после рабочего дня, не обращая внимания на роскошную карету с гербом Крида.
— Красивый вечер, — заметила Ольфария, наблюдая, как зажигаются уличные фонари.
— Да, — согласился Крид, но его взгляд был устремлён не в окно, а в пространство перед собой. — Слишком красивый.
Что-то в его тоне заставило её насторожиться.
— Вы о чём?
— Ни о чём конкретном. Просто... будь внимательна сегодня. Не пей ничего, что лично не видела, как готовили. Не ешь блюда, которые подают только тебе.
Ольфария нахмурилась.