— Скромность — прекрасное качество в даме, — вмешался мужчина средних лет с орденами на груди. — Но не стоит умалять собственные достижения.
Разговор прервал звук фанфар. Все взгляды обратились к противоположному концу зала, где на возвышении стоял трон из белого мрамора и золота. Рядом с троном появилась высокая фигура в багряной мантии.
— Его императорское величество Гордей Первый! — объявил глашатай.
Весь зал склонился в глубоком поклоне. Ольфария последовала общему примеру, изучая императора украдкой. Мужчина лет пятидесяти, высокий и статный, с благородными чертами лица и проницательными серыми глазами. На голове — простая золотая корона без излишеств, на груди — орден Золотого Дракона, высшая награда империи.
— Встаньте, дорогие друзья, — сказал император, и его голос без усилий донёсся до каждого уголка огромного зала. — Сегодня мы собрались, чтобы отметить великое событие — спасение детей рода де Монморанси от страшного недуга.
Аплодисменты прокатились по залу. Император поднял руку, призывая к тишине.
— Но прежде чем мы приступим к празднованию, позвольте сказать несколько слов о тех, кому мы обязаны этим чудом.
Взгляд императора нашёл Крида и Ольфарию в толпе.
— Мастер Виктор Крид служит нашей империи уже много лет, — продолжал Гордей. — Его искусство спасло бесчисленное количество жизней, включая мою собственную. Но сегодня мы чествуем не только мастера, но и его талантливую ученицу.
Все головы повернулись к Ольфарии. Она почувствовала, как щёки заливает румянец от всеобщего внимания.
— Синьорита Ольфария Минор, — торжественно произнёс император, — молодая целительница, которая в короткий срок снискала славу и уважение. Говорят, её руки творят чудеса, а сердце полно сострадания ко всем страждущим.
Новая волна аплодисментов. Ольфария склонила голову в благодарном поклоне.
— Но истинное величие проявляется не только в мастерстве, — продолжал император, — но и в готовности служить благу народа. Мастер Крид и синьорита Ольфария рискнули собственными силами, чтобы спасти детей от проклятия, которое тяготело над их родом триста лет.
Граф и графиня де Монморанси, стоявшие в первых рядах, поклонились императору. Рядом с ними Ольфария увидела знакомые лица — Люциан и Селестина, здоровые и счастливые дети, которых они спасли всего несколько дней назад.
— Пусть этот подвиг станет примером для всех нас, — поднял голос император. — Примером того, что наука и магия должны служить жизни, а не смерти. Что истинная сила заключается в способности исцелять, а не разрушать.