– Может, это и не человек вовсе, – мрачно сказал он, – я должен убедиться. В этих лесах знаешь, сколько нечисти водится?
– Но…
– Помолчи и дай мне сделать свою работу, – отрезал Тайрон и вновь рявкнул мешку:
– Ну?
– Грегор Люциус Игнасий, сорок шесть лет, изгнанный из монастыря Четырёх Лун. Смиренный почитатель Гигейи…
– Хватит, – прервал его Аллатристе, и брат Грегор с облегченным вздохом – как мне показалось – замолчал.
Правда, тут же застонал вновь, болезненно скрючившись и обхватив себя руками.
– Можешь помочь ему, – кивнул мне Тайрон, шагнув в сторону, чтобы освободить мне проход. Я незамедлительно бросилась к монаху, кинув на капитана уничтожающий взгляд.
– Вам так нравилось наблюдать за страданиями человека? – не выдержав, прошипела я.
– А тебе бы понравилось расхаживать без головы? – фыркнул Аллатристе. Похоже, страдания брата Грегора его ничуть не тронули, – Если бы это оказался какой-нибудь эйгельт, который принял его вид, тебе бы не поздоровилось! Имя бы ты точно не догадалась у него спросить, а ведь только так эйгельтов и можно отличить: они ничего не знают о тех, чей облик принимают.
Меня опять бросило в краску. Да что ж такое-то! Веду себя, как девчонка! Да и капитан не лучше: то сам грозится мне голову оторвать, то вдруг кидается защищать. Где логика?
– Спасибо, – пробормотала я, чтобы поскорее замять этот разговор, и переключилась на брата Грегора.
Тот тяжело дышал и тихо стонал сквозь стиснутые зубы.
– Что у вас случилось? – стараясь говорить как можно мягче, чтобы окончательно не запугать этого несчастного, спросила я.
– Плохо мне… – кое-как выдавил из себя брат Грегор, – Наверное, вот-вот помру! Ноги отнимаются!
– Отнимаются ноги, – повторила я, – хорошо. В смысле, плохо! Что еще чувствуете? Как давно это у вас?
– Ой, давно, девочка! – запричитал брат Грегор, и его голос стал каким-то уж совсем тоненьким, – Меня прямо в бараний рог скрутило,и ноги отнялись! Всё, я уже с ними попрощался. Ясно же, вот-вот отвалятся!
Я окинула его быстрым взглядом и, прикинув в уме кое-что, с облегчением выдохнула и усмехнулась.
За что тут же получила негодующий взгляд брата Грегора: мол, мне тут плохо, а она ещё и смеётся!
– Не отвалятся, не бойтесь, – бодро обратилась я к нему, – у вас же самый обыкновенный…
Глава 33
– Самый обыкновенный – кто? – простонал монах, закатывая глаза от боли, – Чёрная хворь какая-нибудь? Я сейчас помру, да? Ой-ой-ой, никогда ещё со мной такого не было!
– Радикулит, – терпеливо пояснила я и повторила, – самый обыкновенный. Только у вас ещё, похоже, седалищный нерв защемило, вот ноги и отнимаются.
Монах затряс головой.
– Ничего не понимаю, – жалобно протянул он, – ради… не знаю такой болезни! Помню, в нашем монастыре у брата Айвена отнялась добрая половина тела, он как слёг, так и лежал, пошевелить не мог ни рукой, ни ногой. Говорить толком не мог, только мычал. Мы за него так молились, так молились. А он потом и совсем помер! Вот так и я…
– Не помогли ваши молитвы-то, – вдруг хмыкнул Тайрон. Я бросила на него уничтожающий взгляд и снова обратилась к монаху.
– У брата Айвена явно был инсульт, – спокойно сказала я, – это совсем не ваш случай.
– Тебе откуда знать? – проворчал брат Грегор, – Ты что, лекарка, что ли?
– Угадали! – кивнула я, – И я сейчас вам помогу.
Окинула внимательным взглядом монаха. Несмотря на отшельническую жизнь в лесу, он явно не бедствовал: из-под чёрной хламиды, в которую он был укутан, выпирал внушительный животик, на пухлых щеках играл румянец, а глаза поблескивали.