Строки, имена, судьбы...: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Надо сказать, что Макаров в совершенстве владел несколькими иностранными языками, в частности французским. Он говорил "на том французском языке, — вспоминает Энгельгардт, — которым в России говорило и думало поколение двадцатых и тридцатых годов XIX столетия, а во Франции говорили в XVII веке". Кроме этого, он всегда проявлял интерес к лексикографии и даже задолго до изобретения Шлейером "волапюка", а Заменгофом "эсперанто" — двух искусственных международных языков — с полным пониманием и знанием дела создал свой собственный язык, со словарем, азбукой и грамматикой.

На каторгу — подвозы больных и слабых. ("Живописная Россия", том XII. Издание товарищества М. О. Вольф. Петербург. Москва. 1895)

И вот Макаров со свойственной ему одержимостью затевает титанический труд. Он решительно прощается с Петербургом, с ложей в итальянской опере и снова скрывается от столичных соблазнов в сельской глуши Тульской губернии. Здесь он работает по пятнадцать часов в сутки, полчаса ежедневно уделяет, по старой памяти, любимой гитаре, посылает корреспонденции в политическую и литературную газету "Голос", статьи, касающиеся общественных учреждений, — в "Русский инвалид" и "Северную пчелу".

Проходит несколько лет, и в 1866 году Макаров заканчивает свой первый лексикографический труд — полный русско-французский словарь. Средств на его издание у него нет.

Словарь издает в кредит типография Неклюдова. В судьбе второго, французско-русского словаря горячее участие принимает министр народного просвещения Д. А. Толстой.

Результаты превзошли все ожидания. Оба словаря получают высокую оценку Императорской Академии наук. Издание следует за изданием.

Окрыленный успехом, Макаров выпускает "Международные словари" для средних учебных заведений по программе министерства и немецко-русские в соавторстве со своей дочерью А. Энгельгардт и В. Шреером.

Все составленные им словари в конце прошлого века и в начале нынешнего по праву считались единственными и лучшими. Они принесли Макарову славу крупнейшего русского лексикографа. Литературные же занятия не сыскали ему ни известности, ни имени, ни успеха. Хотя и сил на них было положено достаточно, и талантом он не был обделен, и написано им было не так уж и мало. Видимо, читателей отпугивал субъективизм беллетристических произведений Макарова, их назидательная, нравоучительная тенденциозность.

Впервые Макаров выступил в печати с повестью "Задушевная исповедь", в которой открыто ополчился против системы откупов, в частности против матерого откупщика, защитника винной монополии Д. А. Кокорева. Повесть была издана книгопродавцем и типографом Маврикием Вольфом.

В течение 1861 и 1862 годов Макаров, под псевдонимом Гермогена Трехзвездочкина, издает обличительные сатирические романы: "Победа над самодурами и страдальческий крест", "Две сестрички, или новое фарисейство", "Банк тщеславия" и "Бывальщина"; печатает в "Военном сборнике" прелюбопытный материал "Воспоминания военнопленного офицера".

В 80-е годы выходят еще три его беллетристических опуса: "Мои семидесятилетние воспоминания", "Три бичующие сатиры" и "Калейдоскоп". В эти же годы неугомонный Макаров организовывает и возглавляет литературное общество "Пушкинское собрание", просуществовавшее очень непродолжительное время.

Из всего написанного Макаровым на книжных полках его современников задержались лишь две книги — "Латинские, испанские и английские пословицы и поговорки" и составленная по французским источникам "Энциклопедия ума, или словарь избранных мыслей авторов всех народов и всех веков". Эта книга была подарена Макаровым Николаю Семеновичу Лескову — "В знак уважения и памяти от издателя 28 ноября 1878 года". Она хранилась в библиотеке писателя со штампом "редкость" и с его собственноручной пометой "экземпляр без вымарок цензора".

К списку литературных произведений Макарова, приняв на веру свидетельство Н. Энгельгардта и несмотря на некоторые настораживающие моменты в его воспоминаниях, мы можем добавить и стихотворение "Однозвучно гремит колокольчик".

Что же конкретно вызывает сомнения в мемуарах Н. Энгельгардта? Во-первых, рассказывая о дружбе своего деда с Даргомыжским, вскользь упоминая о музыкальных вечерах, проходивших на петербургской квартире Макарова, Энгельгардт ни единым словом не вспоминает о Гурилеве, о том, что дедовское стихотворение было положено им на музыку. Думается, что при досадно незначительных литературных успехах Макарова этот факт мог бы иметь немаловажное значение для писателя.

Энгельгардт ничего не говорит и о том, чью мелодию романса исполнял на гитаре Макаров — Гурилева? Сидоровича?

И, наконец, сочиняя концерты для гитары, Макарову, казалось бы, ничего не стоило самому написать музыку к собственным стихам, как это, скажем, сделал поэт Николай Огарев со своим стихотворением "Тройка мчится лихо…"

И вместе с тем, воспоминаниям Н. Энгельгардта очень хочется верить, ведь это воспоминания внука. Кроме того, можно с уверенностью сказать — допусти он ошибку, неточность, забывчивость, на это обязательно указал бы кто-нибудь из хорошо знавших Макарова современников. В 1910 году, то есть через двадцать лет после смерти Макарова, таковых было еще очень много.

Рассказывая о Николае Петровиче Макарове, я располагал достаточным количеством сведений. Мною были использованы воспоминания Н. Энгельгардта, обширный некролог, напечатанный во втором номере журнала "Исторический вестник" за 1891 год, энциклопедические справки.

Что же касается сведений о втором претенденте на авторство стихотворения "Однозвучно гремит колокольчик". (спор ведь ведется только лишь вокруг него), то их обескураживающе мало.

Строки о нем, разбросанные в журнальных и книжных статьях, так малозначительны и неопределенны, что практически нам ничего не дают.

Жизнь Ивана Макарова, бесследно затерявшегося со своим светлым поэтическим даром, пока остается загадкой.

О таланте Ивана Макарова говорят два его известных нам стихотворения. Их авторства никто не оспаривает. Они также положены на музыку Гурилевым. Одно из них называется "Падучая звезда".

Удивительные стихи — чистые, ясные, юные. На имеющихся у меня нотах этого романса, изданных в Петербурге М. Бернардом в 1871 году, мы видим впервые инициал не только имени, но и отчества автора — И. П. Макаров. Теперь мы можем предположительно назвать его Иваном Петровичем.

Что же мы знаем об Иване Петровиче Макарове?

Автор вступительной статьи и примечаний к книге "Песни и романсы русских поэтов"[32] В. Гусев сообщает: "И. Макаров — малоизвестный поэт 1840-х — начала 1850-х годов. Даты его рождения и смерти не установлены. Он печатался в "Рауте". На стихи Макарова писал романсы А. Гурилев. Кроме опубликованного текста (имеется в виду стихотворение "Однозвучно гремит колокольчик" — Н. Г.), это — "Падучая звезда" ("Смотрю я в глубь лазури ясной") и "В морозную ночь я смотрела".

В. Гусевым допущена ошибка — последнее стихотворение начинается строкой — "В морозную ночь я смотрел"[33].

А. Шилов, написавший брошюру "Неизвестные авторы известных песен"[34], не прибавляет ничего нового к немногословной информации, с которой мы только что познакомились. "Автором стихотворения "Колокольчик", — пишет он, — считается некий И. Макаров — поэт, биография которого нам неизвестна. Некоторые исследователи полагают, что текст "Колокольчика" написал не И. Макаров, а его однофамилец Н. Макаров, выдающийся языковед и гитарист".

На однообразном фоне крепко прижившейся "малоизвестности" выгодно выделяется сообщение, опубликованное Светланой Магидсон в альманахе "Поэзия"[35] и затем повторенное ею на страницах журнала "Музыкальная жизнь"[36]. Автор увлеченно рассказывает о находке, сделанной пермским ученым А. Шварцем при разборе им бумаг Пермского государственного архива.

[32] Большая серия "Библиотека поэта". 2-е издание. М.-Л., "Советский писатель", 1965.

[33] Общий полный каталог музыкального магазина П. Юргенсона. Москва, 1906. Каталог музыкальным сочинениям, изданным музыкальным магазином А. Гутхейль. Москва, 1910.

[34] Всероссийское хоровое общество, 1961,

[35] Альманах "Поэзия", 1974.

[36] Светлана Магидсон. Песня ямщика, "Музыкальная жизнь", 1980, № 16.