Журнал «Юность» №04/2020: читать начало книги онлайн

Она перестала быть и нежной, и приятной. И Гошу, скорее всего, не хотела видеть.

– Сколько он там перевел? Семеру? На! – швырнула. – И сам иди. С тебя три штуки.

Три так три. У Гоши все равно больше не было. Он бы мог забрать ее в отдел и оформить как положено, пустить материал следакам, а те бы – дай только повод – закрутили бы и завертели. Но ничего не сделал. Только сказал, что ему все понравилось, и ушел.

Мужик, как велено, ждал в машине. Стоило появиться Жаркову, налетел с вопросами.

– Ну как? Получилось? Что сказала? Почему так долго? Мне жена звонила, я там сказал кое-что.

Гоша молча отдал деньги. Потерпевший не нашел ни слов благодарности, ни каких-либо других, только неприятно замычал и заухал так, что слюна заблестела на губах и потянулась дальше к подбородку.

Некрасивым тяжело, думал Гоша, а красивым – стыдно. Зачем сказала, что он – красивый, это даже звучит не очень. Он – оперативник Жарков – не сильный, не умный, не смелый, а красивый.

– Мошенница, да? – спросил мужик.

– Угу, – пробубнил Гоша, – самая настоящая.

– Вот скотина, – обозначил, и Жарков хотел возразить, но стало это необязательным. Уже стемнело. Они попрощались.

Доложил, что с заявлением разобрался. Ответственный по отделу разрешил ехать домой, но сказал быть на телефоне. Силами одной оперативной группы могли в новогоднюю ночь не справиться.

Жена спросила, почему так рано. Ничего еще не готово. Салаты надо и горячее.

– Сидел бы на своей работе, – недобро сказала она.

– Я, наоборот, старался, торопился, – не обманул Гоша.

– Ну и молодец. Иди вон, стол разложи. Сейчас свалишься, как всегда. А мне праздник не праздник с этой готовкой.

Гоша послушно вытащил стол-книжку, определив прямо по центру, напротив телевизора. Он стоял и смотрел, и думал, что, наверное, скатерть нужна. Хотел спросить, где эта скатерть, но жена обязательно бы раскричалась. И так на взводе – новогоднюю суету не любила, не понимала, в чем смысл не спать полночи и наедаться как в последний раз. А насчет алкоголя – один бокал шампанского, да и только. Жарков еще в ноябре запасся дорогим вискарем, который ему продали за полцены по хорошему знакомству. Но не был уверен, что жена позволит опустошить бутылку хоть на треть.

– Банку открой, – крикнула с кухни.

Он обрадовался, что стал нужен, и с удовольствием шибанул по запаянной крышке.

– Осторожней, – причитала жена, – набрызгаешь мне. Руки ты помыл?

– Помыл-помыл. Скатерть у нас… есть?

– У нас – есть, – как и ожидалось, брякнула недовольно, – а у вас – не знаю.

Сказала взять в антресоли на второй полке.

Сложно только первые десять лет, думал Жарков. Почти как на службе, где в первые годы тоже приходилось нелегко. В отделе Жарков пользовался уважением, а в семье был вынужден подчиняться. Срок семейной выслуги небольшой, дальше легче будет. Он пытался как-то включить мужика и запретить общаться с ним в таком угнетающем тоне. Жена обозначила, что впредь готовить будет сам, убирать за собой – тоже сам, а супружеские обязанности может не выполнять, нет теперь никаких обязанностей. Одни права у нас, правое государство. Жарков не выдержал и сдался. Может быть, так у всех. Пусть лучше так. По крайней мере, всегда убрано и сыто.

Вазочки с салатами спешно заполняли стол. Нарезки, бутерброды, аккуратно порезанные фрукты, там какие-то финтифлюшки, здесь – крабовые рулеты, еще утка вот-вот запечется. Запах лимона разлетался по квартире, и жена вроде перестала бузить: все успела, все сделала, можно теперь и расслабиться.

Спросила, как на работе. Ответил – нормально. Будут ли выходные? Нет, не будут. Преступность выходных не знает.

– А могли бы съездить куда-нибудь, – протянула мечтательно жена, – за город или вообще в Европу.

– Я невыездной, ты забыла?

– Не забыла. Забудешь такое. Все вон по миру катаются, а мы тут сидим. Достала твоя работа, вот честное слово.

– Ну, хочешь, – пытался Жарков, – хочешь, поезжай без меня. Деньги-то есть, возьми вон, откладывали.

– Хочу, – призналась, – но это… да ну, блин.