Он улыбается.
– Вы же знаете, я местный бомж… Живу на этих улицах.
– А этот Люк? Он тот самый, ну… который владеет северными районами?
Он кивает.
– Вам не нужно знать лишнего. Ничего хорошего вам это не принесет. Уезжайте из Марселя.
– Я послезавтра улетаю.
– А вы откуда?
– Из России.
– О-о-о, Путин, вперед!
Она улыбается. Вместе они доходят до старого порта. Остановка как раз возле стеклянной крыши. Жак прощается с ней и уходит…
Девушка прыгает в автобус и провожает Жака взглядом, пока фигура его не теряется в огнях пустынных улиц.
Жак чувствует, что силы его покидают. Он плетется вдоль старого порта к крепости для того, чтобы спуститься на скалы.
– Эх, ноги мои, вы только приведите меня к морю. – Он похлопал свободной рукой по колену.
Жак садится на мокрую гальку, поглубже вдыхает аромат Средиземного моря:
– Ладно, хоть не зря прожил эту жизнь. Пусть у той русской все будет хорошо.
Он ложится на землю и поднимает голову.
– Столько звезд, пусть хотя бы одна светит для Жака… Хотя бы одна звезда для Жака… только одна…
Мужчина закрыл глаза, сознание начало его покидать. А на небе светило множество звезд, но одна из них горела ярче всех. Это была звезда для Жака.
Ольга Новикова
В той, другой жизни, что была до коронавируса, оказывается, было такое, что тогда казалось странным, а сейчас очень бы пригодилось. Нан будто замечательные люди, что организовали октябрьскую «Тавриду» 2019 года, уже что-то знали про будущее: в просторной столовой при входе были аппараты для дезинфекции рук, посуда одноразовая, все общие собрания и большая часть занятий проходили на свежем воздухе…
На спецсеминаре «Искусство редактора» и на мастер-классах, которые я вела, ощущалась удивительная контактность участников. Разговоры о литературе каждый день выходили за рамки регламентированного времени. Казалось, что ты попал в идеальное будущее для каждого литератора: все всех читают, все хотят научиться лучше писать. Как будто литература не Золушка, как на Большой земле в современной жизни, а настоящая принцесса.
И никакой благостности по принципу De mortuis aut bene, aut nihil. Литература еще как жива! Особенно рьяными были дискуссии о том, как организовать литературный процесс.
Каждого участника хотелось за что-то поощрить. Например, Григория Панкратова – не только за оригинальную интонацию и критический взгляд на современную жизнь, но и за политический темперамент и бескомпромиссность. Ирину Михайлову – за вдумчивое исследование далеко не самой благополучной жизни простых людей. Марию Гурову – за умение театрализованно вторгаться в реальную жизнь.
«Таврида» – настолько прославленное литературное пространство, что причастных к ней творцов муз не сразу и перечислишь. Зато в личной судьбе современного литератора причастность к ней знакова: это и аванс, и поощрение.
Георгий Панкратов
Родился в Санкт-Петербурге в 1984 году. Вырос и учился в Севастополе. Окончил гуманитарный факультет СПБГУТ имени проф. М.А. Бонч-Бруевича. Автор трех книг прозы. Лауреат премии журнала «Урал» за лучшую публикацию 2016 года (проза), победитель Германского международного конкурса русскоязычных авторов «Книга года» (2018). Проживает в Севастополе и Москве.
Бухта
Есть в Севастополе место, о котором многие, кто приезжает в город впервые, даже не догадываются. Правда, узнать в интернете о нем не составит труда, нужно просто набрать в поиске: «Пляжи Севастополя». Где-то в конце выданного поисковиком списка будет она – Голубая бухта.