К о з л о в с к и й. Ну вот. А то прямо из воды — и еще ведут тебя через город.
И л ь и н. А вы что же думали? Сразу: переправился — и полное доверие, да?
К о з л о в с к и й. Нет, я не думал, но все же… Немцы-то стреляли по мне. Довольно наглядно было. Как по-вашему?..
И л ь и н. Что верно, то верно. Потому и водки даем, что наглядно.
Входит С а ф о н о в.
Товарищ капитан, вот переправился с той стороны, от немцев.
С а ф о н о в (подходит к Козловскому). Здорово! (Пожимает ему руку.) Откуда идешь?
К о з л о в с к и й. Из-под Николаева пробираюсь.
С а ф о н о в. Так. Чего же это ты? Уж лиман перешел, а потом назад к нам?
К о з л о в с к и й. Я узнал в городе, что тут, на поселке, еще наши, — хоть в окружении, да все-таки наши. Я и подумал: чем дальше идти, дойдешь ли, а тут переплыл, и готово.
С а ф о н о в. Документов небось нет?
К о з л о в с к и й. Есть.
С а ф о н о в. Ишь ты. С документами.
К о з л о в с к и й. Девушки, у вас ножниц нет?
Ш у р а. Зачем?
К о з л о в с к и й. Вот пороть нужно рукав.
Валя подходит к нему, помогает распороть рукав.
Партбилет без карточки, конечно. Но главное сохранилось, верно?
С а ф о н о в (рассматривает вымокший партбилет). Верно. Какое звание-то?
К о з л о в с к и й. Младший политрук Василенко Иван Федорович.
С а ф о н о в. Тезки, значит. Что, замерз?
К о з л о в с к и й. Замерз.
С а ф о н о в. Согрели тебя?
К о з л о в с к и й. Согрели.
С а ф о н о в. Это насчет воды у нас плохо, а водка — это у нас есть. Только знаешь, такая жажда бывает, что без воды и водки пить не хочется. Ну, по случаю спасения придется тебе стакан чаю дать. Шура, а Шура!
Ш у р а. Сейчас.
С а ф о н о в. Ты давай сейчас иди спи. Хочешь?
К о з л о в с к и й. Хочу.
С а ф о н о в. Там моя шинель лежит. На ней устройся. А потом мы тебе проверку сделаем и к месту определим. Мне каждый человек нужен. Я тебе отпуск по случаю твоих переживаний не могу дать. Понятно?
К о з л о в с к и й. Понятно.