- Ты узнал что-то новое? Что же ты молчишь???
- Габи, - успокаивающе произнёс он, - если это что-то стоит внимания, ты узнаешь об этом завтра. Мы все всё узнаем. Или ты думаешь, что я действительно еду лопать твою знаменитую фокаччу?
- Дда… думала до этой минуты, - руки у меня задрожали, а на глаза от вспыхнувшей надежды навернулись слёзы.
- Вот и думай так дальше, - он прищелкнул языком, снова коснулся пальцем моей щеки и, круто развернувшись, пошел к зданию полицейского участка.
А я даже руками себя обхватила: показалось, что лопну сейчас от распиравших меня чувств. Здесь были и надежда, и вера, и… может быть, что-то ещё.
Глава 27
На следующий день я чуть ли не выпрыгивала из окна в ожидании Кайо. Мне так хотелось домой! На свой бережок с причалом. К моему старому баркасу, который, как и я, обрёл внезапно свою вторую жизнь и вот-вот наполнится людьми, веселыми голосами, музыкой и смехом. И я всё это увижу своими глазами! Смогу окунуться в эту суету, пусть хотя бы и на один вечер.
Только теперь стало понятно, как было бы мне тяжело, если бы Кайо и сеньор Химменес не добились разрешения на мою “увольнительную”.
- Габи, может, ты пообедаешь пораньше? - Мари-Лу хлопотала, как обычно, на кухне. - Или завернуть вам что-нибудь с собой? Ехать ведь довольно долго. Соберу, пожалуй, корзинку.
Не дожидаясь моего ответа, она нырнула в кладовку за белой плетеной дверцей, и оттуда послышались шелест и бряканье.
- Спасибо! - только и сумела проговорить я. Челюсти словно свело от волнения.
Вскоре на столе материализовалась корзинка с торчащим из нее багетом, зеленью и глиняной бутылочкой с пробкой.
- Я положила сыр, помидоры и ветчину, - сообщила Мари-Лу. - Ах, да, забыла!
И она снова нырнула за чем-то в кладовку.
- Мари-Лу, всего и так достаточно, не суетитесь, не нужно, - попыталась я остановить её, но тут увидела Кайо, идущего к дому.
Мне показалось, что он чем-то озабочен, хотя и пытался это скрыть. А мне так не терпелось выехать, что акцентировать на этом внимания не стала.
Сеньора Химменес проводила нас немного и обняла меня на прощание.
- Надеюсь, у нас получится приехать на твой праздник, Габриэла. Очень интересно посмотреть. Надо же, трактир на баркасе!
- Обязательно приезжайте, Мари-Лу! Буду счастлива, если приедете, - обняла её в ответ.
Выехав из города, мы некоторое время молчали, погруженные каждый в свои мысли. Интересно, почему здесь не ездят на автомобилях? - думалось мне, потому что лошадь, запряженная в повозку, резвостью не отличалась. Хотя… какие тут автомобили: дороги ухабистые, с глубокими рытвинами, местами круто извилистые. Местные жители вообще предпочитали ездить на осликах. Когда вернусь домой насовсем, заведу себе тоже парочку. Или сразу лошадь?
Взглянув на Кайо, я все-таки убедилась, что он не такой, как обычно. Погруженный в себя, даже чуть хмурый.
Поколебавшись, все-таки спросила:
- Всё в порядке? Ты сам на себя не похож.
В данный момент мы проезжали по высокому склону, откуда открывался вид на наш посёлок. Ехать было еще далеко, но отсюда он был, как на ладони. Я даже ахнула: так было красиво. Забыв о том, что задала Кайо вопрос, я зачарованно любовалась пейзажем. Красноватые скалы, тут и там покрытые невысокими кряжистыми деревцами, плавный полукруг бухты, лодочки на ней, словно разноцветные рыбки. Всё это в золотых бликах солнечных искр.
Кайо натянул поводья, давая мне насмотреться вдосталь, а затем свернул к раскидистому дереву грецкого ореха, который отбрасывал вокруг себя плотную тень.
- Остановимся на несколько минут. Что нам там Мари-Лу сложила? Я бы перекусил. И место отличное.
Расположившись на траве, мы достали мясо, овощи и хлеб. Я соорудила два огромных неуклюжих, но аппетитных бутерброда, а Кайо откупорил кувшинчик и отхлебнул содержимое. Затем протянул мне.
Вино напоминало лёгкую сангрию со вкусом цитрусовых и ягод.
- Габи, а ты могла бы представить свою жизнь где-нибудь в другом месте? Не здесь, - задал мой спутник неожиданный вопрос.
Про себя я усмехнулась, думая, не ответить ли ему, что еще как представляю. И не только в другом месте, но и в другом времени и даже в другом теле. Но не стала.