– Сьюзи очень привязана к сыну. Постарайтесь не слишком травмировать ее.
– Я уже поняла… Мне нужно вам кое-что сказать. Я впервые увидела Питера вчера.
– Зачем мне это знать? – спросила Кэрол, следя за чашками, наполнявшимися эспрессо.
– Полицейские показали мне фотографии. Вы ведь узнали меня в аэропорту, правда?
Кэрол кивнула.
– В тот день я не знала, что меня снимают.
– Как и все мы. Спасибо, что сказали. Я думала…
– Что я – его любовница? Не волнуйтесь, у меня очень счастливый брак. А Питер дорожит вами.
– Он сам вам это сказал?
– Он за вас волнуется. Больше, чем за себя. Меня, как его адвоката, это совсем не радует.
Шэрон не знала, стоит ли говорить Кэрол о статье, посвященной судье Соренсену, на которую наткнулся Мэтьюз, ведь он мог поделиться с ней.
– Сьюзи очень близка с Питером. Она много лет искала его…
По изумленному лицу адвоката Кэрол поняла, что Питер ничего не рассказал ей о Сьюзи. О Сьюзи и о себе. Она поставила еще две чашки в кофемашину и поведала Шэрон их историю.
Сьюзи забеременела в шестнадцать лет. Хотела сделать аборт, чтобы не стать обузой, но родители, истовые католики, убедили девушку сохранить ребенка и после родов отдать на усыновление. Расставание с малышом легло на ее душу тяжелым грузом. Угрызения совести и пустота были невыносимы, и через двадцать лет она решила разыскать своего ребенка. Вопреки мнению семьи. Сьюзи проявила невероятное упорство, но поиски затянулись. Она то теряла надежду, то снова обретала ее, ошибалась и начинала сначала. И вот наконец последняя полученная информация привела ее сюда, в Лонг-Бич, предместье Лос-Анджелеса. Осенним вечером дрожащая, задыхающаяся от волнения и стыда, она постучала в дверь. Открыл мужчина лет тридцати. Сьюзи заговорила. Очень быстро. Наступила тишина. Темные глаза внимательно вглядывались в нее несколько бесконечно долгих минут. Питер не знал, на что решиться. Наконец он пригласил ее войти. В свою квартиру. В свою жизнь. В свое сердце. Она ушла с работы, переехала из Бостона на Западное побережье, расставшись со старыми друзьями. Взамен же обрела сына, вышла замуж и поселилась на красивой вилле в Пасадене, у подножия гор.
…Женщины отнесли чашки в гостиную. Гости вели оживленную беседу, желая хоть ненадолго отогнать страх.
Гарри, обожавший бейсбол, принял приглашение Пола на стадион «Доджерс»[5] на севере Лос-Анджелеса. Питер на прошлой неделе отказался составить ему компанию. Кэрол и Сьюзи хором воскликнули от изумления, услышав, что тот, страстный болельщик «доджеров», решил пропустить игру любимой команды. Полу причина отказа была неизвестна.
Время было позднее, и Сьюзи встала – ей предстояла долгая дорога домой.
– Может, поживешь несколько дней у нас? – предложил Пол сестре. – Не стоит тебе сейчас оставаться одной.
– Вряд ли мне будет лучше в обществе твоей жены.
– Т-с-с, сестренка, не злословь.
– Прости, Пол, я сейчас не лучшая компаньонка. Предпочту остаться у себя.
– Ладно, но все-таки подумай.
– Обещаю.
Пол нежно обнял сестру и протянул Шэрон свою визитку.
– Звоните, что бы ни понадобилось. Мы надеемся, что Питер скоро к нам вернется.
Шэрон поблагодарила.
– Береги себя, Кэрол, – сказала на прощание Сьюзи.
Когда все ушли, Гарри предложил Шэрон поужинать в ресторане.
– Я уже предупредил Мелиссу. Она должна была подъехать, но, как всегда, опаздывает. Присоединитесь, мэм?
– Благодарю, но я, пожалуй, отдохну в гостинице.
[5] «Лос-Анджелес Доджерс» – профессиональный бейсбольный клуб, выступающий в Главной бейсбольной лиге.