– Чем Майкл так сильно разозлил вас? – спросил Эмерсет.
– Вы решили задушить его, как Билли, – продолжила Хоулен. – Будет намного легче, если вы расскажете, что произошло. Не думаю, что вы намеревались убить Майкла. Он чем-то вывел вас из себя. Поняв, что убили его, вы запаниковали и оставили тело на месте…
– Нет.
– А потом вдруг поняли, что имеете власть над жизнью и смертью. Возможность поверить в это дал вам Тим Мастерсон. Вы не торопились, хотели продлить удовольствие…
– Удовольствие? Как вы можете считать меня садистом?
– Блевотина, обнаруженная рядом с жертвой, опровергает ваше утверждение, лейтенант, – возразила Шэрон.
Хоулен продолжила рассуждать вслух, проигнорировав слова адвоката:
– Вы рисковали, чувствуя себя в безопасности. Рисковали в меру. Вы не забывали о Тиме, запертом в багажнике вашей машины. На долгие часы. Очень долгие. На всю ночь. Как только ваша подруга отправилась на работу в колледж, вы решили убить Тима. Но на сей раз не голыми руками. Шарфом.
– Я его не убивал. Это сделал человек, похитивший Клайва…
– Ну конечно, пресловутый «другой» человек! – Эмерсет хмыкнул. – В тот самый момент, когда мы начали вас подозревать…
– Очень вовремя, чтобы отвести наши подозрения. Вот только мы нашли мальчика в багажнике машины вашей подруги – по вашей наводке.
– Моего клиента заманили в ловушку.
– В ловушку? Чушь! Человек должен был иметь доступ к машине, чтобы спрятать в ней тело Тима, и к магазину, чтобы похитить Клайва.
– У нас есть серьезные подозрения насчет Гарри Розамунда. Он – лучший друг Кэрол Дженкинс и легко мог украсть дубликаты ключей от машины и магазина.
– И что им руководило?
– Страсть к Кэрол Дженкинс.
Шэрон почувствовала, как неубедительно прозвучали ее слова.
– Ваш клиент был с жертвами в момент их исчезновения. Он последним видел их живыми.
– Вы могли бы проверить алиби господина Розамунда на момент совершения преступлений.
– Мы это сделаем, чтобы отвести все сомнения. На сегодня все, допрос окончен.
– Могу я поговорить с клиентом?
Полицейские вышли.
– Питер, для вас все оборачивается плохо. Доказательств у полицейских много, у вас есть психиатрический «багаж». Думаю, вам нужно запросить освидетельствование.
– Ни за что.
– Не стану вас обманывать: если врач заключит, что в момент совершения подсудных актов вы были невменяемы, вас отправят в психиатрическую больницу, будут лечить и через много лет освободят. Сможете жить дальше. Если же предстанете перед судом присяжных, в лучшем случае получите пожизненное. Вы никогда не выйдете из тюрьмы, если будете признаны виновным. Учитывая имеющийся бэкграунд, думаю, мы можем заявить о временном помешательстве.
– Исключено! Я не убивал мальчиков и не похищал Клайва.
– А если вы просто не помните, как сделали это? Забыли же вы Билла Рейнольдса…
Подозреваемый порывисто схватил ее за руку, в его глазах появился нехороший блеск.
– Я не сумасшедший!
– Вы делаете мне больно!