— Ты же сказал, что нужно убить тактика? — яростно выплюнул слова Долгорукий.
— Мы всё равно не сможем вернуться назад! — вторила ему Воронцова.
— Что за херня тут творится! Я к маме хочу, пирожки есть! — впал в откровенную истерику кто-то из дворян позади.
Григорий на миг замер. Прошёлся взглядом по лицам смертных.
— Есть эстренный способ пройти назад. И это не тактик, а…
Договорить он не успел — в этот раз зашаталось сразу несколько домов. А деревья, которые росли поодаль от озера, вдруг начали бодро двигаться. Прямо в нашем направлении.
Охотник, в глазах которого сияла настоящая паника, перешёл на крик.
— Назад! Быстрее!
Дважды просить ему не пришлось — вся толпа пришла в движение. Беспорядочно устремившись обратно.
Вот я и посмотрел на Лабиринты изнутри. Правда, пока мало что понял. Кроме того, что подход к изучению должен быть более фундаментальным.
А прямо сейчас пришлось нестись вместе со всеми остальными. Попутно приглядывая за Лукой и Варварой. В отличие от остальных смертных, за этих я нёс ответственность.
Дома, которые до того мирно стояли на месте, один за другим приходили в движение. Слишком много целей — не меньше полутора десятков. А может уже и за тридцать — подсчитать было проблематично. В любом случае, такого числа печатей мне одновременно не сформировать.
Харп прыгнул на одного из них, вгрызаясь в плоть и исчезнув внутри. Вновь показавшись спустя несколько секунду и сжимая в зубах какой-то предмет. Я же отсёк десяток щупалец, который тянулись к Варваре. И слегка замедлил время, позволяя деве ускориться.
— Разве так бывает? Что это за Лабиринт такой? — на ходу прокричал Долгорукий, обрушив стену жара ещё на одного монстра.
Григорий, который мчался на правом фланге, оставив честь умирать в арьегарде отстающим, чуть повернул голову.
— Пограничный! Я сам о таких только слышал. Если не выберемся — нам конец! И Екатеринбургу!
Никакой стабильности у этих Охотников. Сначала надо дойти до разумного кукловода и прикончить того, а теперь наоборот, скорее сбежать. На мгновение мне показалось, что Григорий мог попросту испугаться и решить спасти свою жизнь, обменяв её на уральскую столицу. Но сейчас он был достаточно близко, чтобы улавливать эмоции — судя по ним, смертный был в своих словах полностью уверен.
В следующую секунду меня догнал запоздавший приток трофейной силы. А потом ударила паучья мощь. В таком объёме, что я споткнулся, едва не растянувшись на земле. Слишком уж неожиданно в голове полыхнули яркие воспоминания.
Опять выступление. Какая-то девушка, с которой мы занимаемся любовью в роскошной кровати. Ещё одна. Горящий автомобиль. Люди в пиджаках, которые по очереди жмут мне руку. И снова — римский бог. Всё на той же песчаной арене. Которому я рассказываю про выборы.
Казалось ещё чуть и вспомню, о каких именно выборах шла речь и каким боком я, эллинский титан, к ним отношусь. Но наперерез нам рванул ещё один каменный монстр, а позади жутко завопил смертный.
— Статуи! Живые!
Оглянувшись, я обнаружил, что он не ошибся. Действительно, выглядели они почти как статуи. Хотя более знающий назвал бы человекоподобными каменными големами. Или механоидами. Зависело от того, какую терминологию использовать.
В любом случае — теперь за нашими спинами было несколько десятков каменных фигур, которые отлеплялись прямо от стен домов. И тут же ускорялись, бросаясь в погоню. Что ещё интереснее — они формировали себе оружие. Прямо на ходу. Клинки, топоры, копья и даже луки.
Оживший дом, что пытался преградить нам путь, тоже выплюнул несколько фигур. Одна врезалась прямо в улепётывавшего первым Одарённого. Сдавив его руками и сбив с ног. Спустя секунду энергетический доспех лопнул и в воздух ударил настоящий кровавый фонтан. Ещё одного противника ловко срубил сверкающей шпагой ещё один боец. А остальных слитной атакой накрыли Охотники.
К счастью, громадный монстр, от которого те отпочковались, в итоге потерял свою подвижность. Так что мы благополучно смогли промчаться мимо.
В следующую секунду я попросил Харпа прихватить что-то из целых вещей, который он найдёт поблизости. Не тот материал, который уже стал частью живых монстров, а нечто нормальное.
Соболь, которого бесила невозможность разделаться с одним из монстров и строгий запрет на использование пространственного хранилища, мой мыслеобраз, казалось проигнорировал. Сейчас спутник был больше озабочен своей смертоносностью и эффективностью. Тем не менее я был уверен — если ему что-то попадётся, зверь обязательно это зацепит.
Сзади ощутимо надавило силой и воздух рассекли десятки стрел. Каменных лучников стало гораздо больше. И они решили достать нас издалека.
Отчасти сработало — не меньше пяти Одарённых покатились по земле. Насыщенный паучьей энергией снаряды благополучно пробили доспехи. Мой собственный, попадания успешно выдержал. А те три стрелы, что угрожали Варваре с Лукой, я отразил шпагой. Даже небольшое замедление хронопотока позволяло действовать куда быстрее. Да и божественная мощь, пропитывающая плоть, давала преимущество.
Лука, который сжимал в дрожащей руке револьвер, вдруг выкрикнул.