Старуха подняла на меня перепуганные глаза. Сразу же взмолившись.
— Не убивай! Я много знаю! Могу рассказать.
Иронично усмехнувшись, я развёл руками.
— О том, что твой муж был предателем? Желал сломать волю Соболевых и сделать их вассалами Берестневых? Об этом можешь рассказать?
Смотря ей в глаза, продолжил.
— Или ты знаешь, зачем ему это было нужно?
Она не ответила. Но по глазам было хорошо видно — не знает. Потому затягивать беседу с этим куском грязи, я не стал. Поступил так же, как с её мужем — сломал той шею. Предатели не достойны нормальной смерти.
На правое плечо вновь забрался довольный соболь. А развернувшись, я обнаружил, что на меня изумлённо смотрят присутствующие. Да и десяток женщин, которые были в комнате, пялились с изрядным удивлением.
Вздохнув, я подтвердил уже сказанное.
— Ваш предыдущий глава рода оказался предателем. Такое случается.
Шагнув за порог комнаты, взглянул на Евгения.
— Мне нужно отдохнуть. А через десять часов все члены рода должны быть готовы дать клятву верности. Если кто-то окажется против — может уходить.
Вспомнив о своих недавних наблюдениях, потянулся силой к трупу старухи. С удивлением обнаружив, что в нём нет души. Как так? Она точно была — когда я оценивал угрозу, то отлично чувствовал её пульсацию. При этом я не видел, чтобы та отрывалась от мёртвого тела. Так куда она тогда исчезла?
Невозможные вещи творятся у них тут. Вот что бывает, когда решаешь превратить собственных богов в рабов.
Зацикливаться на этом я сейчас не стал. Вместо этого зашагал дальше по коридору, желая быстрее добраться до комнаты. Слишком много нагрузки выпало на истощённую искру. Да ещё и тело было не моим — энергетический каркас сформировался заново и был ещё сырым. А после схватки в лагере, ещё и изрядно перекошенным.
Догнавший меня Евгений, бросил быстрый взгляд назад. Потом, чуть придвинувшись, тихо поинтересовался.
— Откуда у вас кольцо Надзирающих, господин?
Действительно. Я же хотел его расспросить. Правда, беседу видимо придётся перенести на будущее. Уже после принесения клятвы верности.
— Снял с тела Берестнева. Кажется он командовал их войсками.
Глаза полковника округлились.
— Вы убили старшего сына Вячеслава? Но…
Я вопросительно посмотрел на него.
— Что? Забыл с кем ты говоришь?
Секунду помолчав, тот осторожно ответил.
— Если на то пошло, то вы не представились.
А ведь и правда. Окажись я среди эллинов, кто-то наверняка сделал бы верное предположение. Ждать того же от варваров, которые и своих-то богов не помнили, было глупо.
— Кронос. Титан Эллады. Победитель Урана и верховный бог эллинов.
Глянув на растерявшегося офицера, добавил.
— Свергнутый собственными детьми и заточённый в Тартаре.
Оттуда я в конце концов освободился. Вот только не помнил, как именно это произошло. И что случилось дальше. С какого-то момента память превращалась в набор беспорядочных кусочков мозаики, которые было никак не собрать вместе. Потому что, доступна была только крошечная их часть.