Созвездие для Шелл: читать начало книги онлайн

– Ребята с моего курса. Их было пятеро: Нейтан Пирс и компания его друзей. Это их машины я испортила несколько дней назад. Ребята просто отомстили.

Отец неопределенно кивает, а я задумываюсь: зачем он задал такой вопрос, если Айден наверняка отчитался перед ним, рассказав и о событиях, и о участниках?

– Нужно подать заявление в полицию, – мрачно произносит папа, переводя взгляд в сторону окна. – На всех, кто там был.

В случае Нейтана разбирательство страшно лишь новыми внеплановыми тратами со стороны его родителей. Но ведь достатком обладают не все ребята из его компании… Я криво усмехаюсь и отвечаю:

– Достаточно на одного. Его имя Вэнс.

Взгляд отца неотрывно прикован к окну. По тому, как напрягается линия его челюсти от сильного сжатия, я догадываюсь: вряд ли кто-то увидит Вэнса на свободе ближайшие несколько лет.

Ближе к ночи я принимаюсь за настройку нового телефона. Первым делом я восстанавливаю приложение мессенджера и захожу в общий чат к моим ребятам. Сердце сжимается до размеров атома.

Мои хорошие… Они все пытались звонить и писать, явно переживали и искали меня, но из-за разбитого телефона я будто бы снова просто взяла и пропала из их жизни.

Судя по последним сообщениям, ребята с некоторых пор в курсе произошедшего. Гневные тирады я читаю бегло, стремясь быстрее добраться до новых сообщений. К последнему прикреплена фотография моей машины – настолько разбитой и истерзанной, что мое сердце трижды обливается кровью. Однако моя малышка не брошена в одиночестве возле того злосчастного ресторанчика, а уже стоит в мастерской. Ребята позаботятся о ней, я знаю.

Значит, Айден все-таки связался с парнями и рассказал им о случившемся. При случае стоит поблагодарить его за сдержанное слово.

Я захожу в список участников беседы и цепляюсь взглядом за аккаунт Питера. «Был в сети в 12:09». Давно, но он хотя бы открывал приложение. Отправляю другу еще одно личное сообщение с вопросом, как он, и оно попадает в коллекцию шестнадцати таких же, непрочитанных. Вздохнув, откладываю телефон, а секундами позже вздрагиваю, когда тот издает мелодичную трель. Я тут же хватаю смартфон и замираю.

Питер.

Облегчение вырывается вздохом из груди. В этот раз я переписываюсь с Питом до глубокой ночи, но мне так и не удается узнать, почему он стал так часто пропадать. На сердце опускается осадок тревоги, но я вновь повторяю себе: если бы у Питера были серьезные проблемы, он бы обратился к нам сам.

Днем позже меня наконец-то выписывают из больницы. Раньше отцовский дом казался чужим, слишком огромным и пустым, однако теперь меня тянет в убежище своей комнаты так, будто бы я прожила здесь по меньшей мере все детство.

Охрана на территории заметно усилена. Выглянув в окно, я замечаю на заднем дворе нового телохранителя – ранее не сталкивалась с ним ни разу. Открываю окно и оглядываюсь вокруг, подмечая новых охранников у главных ворот, и еще одного, прохаживающегося вдоль восточной части сада. В груди неприятно саднит от мысли, что меня все сильнее лишают свободы.

Вздохнув, я закрываю окно и признаю: все это целиком и полностью результат моих же поступков. Не следовало играться в свободную и независимую, наживая себе опасных врагов. И вообще, если смотреть на ситуацию в целом, я еще легко отделалась. Отец не налагает никаких домашних арестов, хотя мог бы. Также он не вводит никаких правил и запретов, да и не пытается уговорить меня никогда больше не сбегать из дома по ночам. Полагаю, вся его сдержанность и снисходительность – результат влияния Шарлотты.

Так или иначе, папа остается на моей стороне, выдвинув всего одно условие. Суть его предельно проста.

Я не должна ни на шаг отступать от Айдена.

Глава 17. Победитель и побежденный

Время проносится мимо меня грохочущим скоростным поездом. Стагнируя в апатии, не успеваю следить за днями недели. Когда я осознаю, что с момента драки с друзьями Нейтана успевает пройти месяц, по спине пробегают мурашки. В растерянности смотрю на календарь, пробегаясь взглядом по числам, обозначающим вычеркнутые из моей жизни дни. Впервые ощущаю это так остро.

Повернувшись к рабочему столу, я скольжу взглядом по небольшой темной коробочке. Какое-то время назад отец вернулся домой вместе с Шарлоттой, пригласив ее поужинать с нами. Я помню, как она передала этот подарок, посчитав, что не помешает капелька положительных эмоций. Подарок я так и не открыла. Не знаю, почему оттягиваю момент распечатывания коробочки даже сейчас, придя в относительную норму. Для некоторых вещей нужны особенные моменты – и я такого пока не испытываю.

За это время успеваю неплохо сблизиться с Сэм. Мы часто общаемся в Сети, и с каждым разом количество тем для наших разговоров стремительно расширяется, однако я все еще испытываю долю неловкости. На фоне яркой, излучаемой девушкой энергией я до сих пор кажусь бледным асоциальным призраком, и это разительное отличие никак не дает мне покоя. Создается стойкое ощущение, что я изначально недостаточна в самом простом понимании этого слова. Недостаточно открыта, недостаточно общительна, недостаточно весела и интересна. Недостаточно жива.

Однако Сэм является тем самым человеком, с которого я стараюсь брать пример коммуникации с людьми. Когда она с энтузиазмом рассказывает, что мною заинтересован тот самый парень из бара – кажется, его звали Уильям, – я даже набираюсь достаточно смелости, чтобы добавить его в список друзей. Саму новость я воспринимаю с кислой улыбкой, и лишь благодаря крепкой поддержке совершаю несколько попыток завести переписку с Уильямом. Но всякий раз юноша пропадает из Сети. Сэм горячо заверяет меня, что он просто не любит общаться онлайн и ждет живой встречи, ну или попросту стесняется. В последнее я верю слабо, но, если говорить откровенно, мне плевать на этого парня.

Еще через несколько дней мне наконец снимают корсет. Под внимательным и мягким взглядом доктора Осмонд с опаской делаю первый глубокий вдох без привычной поддержки. К счастью, ребра срослись правильно, а тело получает долгожданную и полную свободу движений. Постепенно я возвращаюсь к привычному дыханию – не при помощи брюшной полости, как привыкла за этот месяц. Хочется надеяться, что и моральное состояние вернется в норму как-то само собой.

Одним поздним вечером я бесцельно брожу по дому. Его территория мне знакома, чего не скажешь о моем разуме. Бредя по давно изученным коридорам особняка, я неуверенно, но упрямо охватываю территорию и своего рассудка.

Ноги приводят меня в коридор, в котором сталкиваюсь с Айденом. Телохранитель приветствует меня молчаливым кивком, пока я задумчиво разглядываю его лицо, пытаясь понять выражение глаз. Бесполезно, здесь слишком темно – вижу лишь силуэт телохранителя. Айден стоит, будто ожидая приказа, хотя до этого наверняка куда-то направлялся. На нем излюбленная форма, а значит, он еще не ложился.

– Сколько сейчас времени? – задумчиво спрашиваю я.

Айден кидает взгляд на электронные наручные часы. Их слабый голубоватый свет падает на его непроницаемое лицо.

– Почти полночь.

Медлю, не зная, точно ли стоит прислушиваться к своей глупой идее. И тут же испытываю прилив злости на саму себя за эти сомнения и быстро произношу: