— Слушай, Боря, можешь ты меня выручить? Подбрось меня с Лизой на твоей машине в клуб ДКА.
Получив согласие, Остап повернулся к Лизе, как недовольный магараджа:
— Вы тут, вижу, так склещились, что вас и водой не разольешь. Думаете, что вы хитрее всех? Но я все ваши трюки вижу насквозь — и даже глубже. Взяли меня на маскарад для собственной маскировки? Хотите на бал даром проканать? И выпить на халтуру?
Остап допил свою рюмку и кивнул на Нининого кавалера:
— И даже этого молокососа употребили. Да он, чтобы купить билеты, может, у отца последние деньги украл. Это называется растление малолетних.
— Что за хамство? — обиделась дочка кирасира. — Он выражается, как на воровском шалмане.
Магараджа нахлобучил свой тюрбан на глаза:
— Я в лагере таких, как вы, тысячи бачил. Вы что, меня за фраера считаете? Третесь тут на сухую. Я за Лизу пенензы платил, так я ее и танцую. Из принципа! Поняли?
Магараджа встал и взял внучку сенатора за руку:
— Пошли!
— Куда?
— Туда, где нет Нины. — И он повел Лизу к выходу. Внучка сенатора попробовала было сопротивляться, но ее рука была зажата, как в медвежьем капкане. В отчаянии Лиза оглянулась за помощью к Нине. Дочка кирасира ухватила ее за другую руку и потащила в обратную сторону. У бедной Лизы захватило дух. Ей казалось, что вот-вот ее раздерут пополам.
— Этот уркаган сидел в лагере с проститутками! — в ярости кричала дщерь кирасира. — Так он теперь и с нами так обращается!
— Да вы хуже всяких проституток, — пыхтел магараджа. — Деньги берущие — и ничего не дающие.
Люди за соседними столиками с интересом наблюдали, как по залу шагает огромный детина в тюрбане и фраке и, как бурлак, волочит за собой растрепанную белокурую девицу, в которую, как рак в утопленника, вцепилась вторая девица.
— Гляньте, из-за Остапа две бабы подрались! — с завистью сказал Люся Шелапутин. — Эх, везет же людям.
Около гардероба Нина подняла крик, что Остап не имеет на Лизу никакого права. Остап вытащил из кармана билет и тряс им в воздухе. Нина кричала, что он шаромыжник, нахал, майданщик и жулик. Остап возмущенно распахнул свой фрак и, как горилла, стучал себя кулаком в грудь. Кругом начала собираться толпа любопытных. Не одеваясь, Остап взял Лизу на буксир и потащил ее к выходу.
Нина опять вцепилась в свою подругу-соперницу, пытаясь оторвать ее от Остапа. Так, в пылу сражения, все трое и вывалились на улицу в маскарадных костюмах. Но даже и морозный зимний воздух не охладил воинственный дух дщери кирасира.
— Я милицию позову! — кричала она.
Остап молча впихнул внучку сенатора на заднее сиденье белого ЗИЛа, за рулем которого сидел Борис Руднев, уселся сам и облегченно вздохнул:
— Фу-у-ух, поехали поскорей, а то Нина еще на крышу вскочит.
Однако, как только машина тронулась, Нина на ходу распахнула дверцу и вскочила рядом с Лизой. Обстановка была такая, что в машине вот-вот разгорится драка. Борис свернул с Ленинградского шоссе, и теперь они ехали по пустынному Петровскому парку. Дщерь кирасира неистовствовала и требовала:
— Борис, сейчас же остановите машину!
Магараджа на всякий случай отодвинулся от Нины подальше и советовал:
— Борис, поезжай в милицию. Сдадим Нину в вытрезвитель.
— Остановите машину, — злобно шипела дщерь кирасира. — В последний раз говорю. А то…
Она яростно рванула ручку и приоткрыла дверцу машины. Дверца загребала воздух, и ехать так было нельзя.
— Знакомый номер, — пробасил магараджа. — Так делают все уличные девки, когда нужно драпануть из машины.
Видя, что Нина вот-вот или вцепится кому-нибудь в глаза, или вывалится из машины, Борис притормозил и сказал:
— Эй, закройте дверь.