— Без обид.
— Мне просто спокойнее с Дрейвином, — почти умоляюще добавила я. — Он же не будет спать в моей комнате. Рядом, в соседней.
Папа тяжело вздохнул.
— Ладно. Хорошо. — Он глянул через плечо на Дакса: — Ты по-прежнему не против дивана?
— Конечно, — с улыбкой Чеширского кота отозвался тот.
Похоже, у нас будет нянька.
— Спокойной ночи, папа. Дакс.
Я жестом пригласила Дрейвина следовать за мной по коридору, ведущему к спальням — за спиной остались включённый телевизор и звуки футбольного матча. Я вошла в гостевую комнату, включила свет и развернулась к нему.
— Прости за всё это, — прошептала я.
Моё дыхание сбилось, когда он шагнул ко мне, и его руки мягко обхватили моё лицо.
— Тебе не за что извиняться.
Я не смогла удержаться — прижалась щекой к его ладони, и его следующие слова просто вырвали у меня воздух:
— Дозволь ли мне поцеловать тебя перед тем, как я уйду спать, моя королева?
Весь мир исчез.
— Да, — прошептала я.
Левая сторона груди защекотала, а Дрейвин наклонился, и его губы накрыли мои в самом электризующем поцелуе в моей жизни. Его мягкий язык проник сквозь мои губы и заскользил в медленном, чувственном танце с моим — под ритм, который могли слышать только наши сердца. Его сильные руки обвили мою талию, притягивая ближе, а я зарылась пальцами в густые пряди его волос. Поцелуй Дрейвина Элирона воспламенил мою душу. Он вобрал в себя каждый удар моего сердца, и я поняла — я не смогу отпустить его. Никогда.
Он медленно отстранился, взгляд затуманенных глаз ласкал меня, и сердце моё растаяло, когда он улыбнулся:
— Спасибо, что удостоила меня этой чести. Я никогда не забуду этот поцелуй.
Щёки вспыхнули багровым жаром.
— Думаю, я тоже.
Он тихо рассмеялся:
— А теперь тебе правда пора спать, если хочешь рано встать.
Я нехотя отступила, выдыхая сквозь губы:
— Хорошо.
Медленно пошла к двери, позволив рукам задержаться на его руках чуть дольше. Прежде чем я прикрыла за ним дверь, не могла не заметить, как он потер левую сторону своей груди.
Душа моя наполнилась до краёв, пока ноющие мышцы трудились, удерживая тело на доске. Прошло слишком много времени с тех пор, как я в последний раз чувствовала эту благословенную боль, и я наслаждалась каждым мгновением. Тёплый, влажный воздух наполнял лёгкие, пока я покачивалась на доске, следя за тем, как Дрейвин с лёгкостью рассекал волну и уходил к берегу. Его движения были совершенством — по тому, как он чувствовал каждую волну, как управлял ею, было ясно: у него немалый опыт. Я не могла перестать улыбаться, пока смотрела на него.
Когда он подплыл ко мне далеко в открытой воде, это знакомое покалывание в груди вспыхнуло вновь — как гнездо взбудораженных пчёл. Я прикусила губу, разглядывая каждый рельефный изгиб его торса. Вода стекала с длинных тёмных волос, а аквамариновые глаза ловили мой взгляд, полные беззаботной радости, совершенно не похожей на сурового Командира, которого я знала. Я никогда не видела его таким расслабленным. Было приятно видеть его по-настоящему счастливым.
— Я впечатлена.
Он скользнул взглядом по мне, усаживаясь на свой лонгборд. И это было вполне объяснимо — на мне был мой любимый бикини с гибискусами, который почти ничего не скрывал. Ярко-синие плавки обтягивали его мощные бёдра, пока он перебрасывал ноги по обе стороны доски. Его бицепсы напряглись, когда он опёрся на руки, чтобы сохранить равновесие. Никогда в жизни я не завидовала доске для сёрфинга так сильно, как в этот момент.
Он пожал плечами.