Ренеа положила руку на горло. — Она была… Королевой. Я не могу этого сделать.
Я поставила руку на бедро. — Можешь. Она была бы горда, что ты носишь одно из её платьев.
Ренеа выдохнула. — Ладно, хорошо. Но ничего слишком вычурного. В конце концов, Нелеа была намного выше меня.
— Туфли на каблуке?
— Определённо. — Ренеа вставила свою руку в мою. — Пойдём в её покои и посмотрим, что можем найти.
Моё любопытство всколыхнулось. Я никогда не была в покоях моих родителей в Атлантиде. Почему я не подумала увидеть их раньше?
Мы вышли из моих покоев и увидели Майану, стоящую на страже — с ровной спиной, а трезубец гордо висел на боку.
— Майана. Я не ожидала увидеть тебя.
Майана поклонилась. — Ваше Высочество, командир Элирон готовится к сегодняшней церемонии и балу. Я буду на страже, пока он не заменит меня.
Я не знала, почему чувствовала разочарование.
Ложь. Это была ложь.
Я до сих пор видела, как его челюсть дернулась на нашей последней встрече. Он не сказал мне ни слова о моем неудачном уроке, и я не собрала достаточно смелости, чтобы открыть дверь своих покоев и поговорить с ним об этом.
Ренеа сжала мою руку, вытаскивая меня из раздумий.
— Пойдем. Нам нужно торопиться.
Я едва заметно улыбнулась Майане, когда мы пошли по коридору — её шаги, почти не слышные, звучали за нами. Мы спустились по лестнице в конце коридора, наши быстрые шаги привели нас на этаж, который был точно таким же, как мой. Войдя в роскошную комнату, Ренеа пояснила:
— Это покои твоих родителей. Ну, технически, это твои покои, или будут, как только тебя коронуют. Твой отец пока не пришел, но должен быть в любую минуту. Я постараюсь найти что-то подходящее.
Она исчезла за двойными дверями в темной спальне, где я едва различала большую кровать с балдахином.
Оставшись наедине с собой, я перешла в гостиную, в три раза больше своей. Каменный камин, тянущийся до потолка, нависал над маленьким столом, который стоял между двумя креслами.
На длинном столе из морского стекла у окна лежали несколько металлических фоторамок. Я остановилась перед ними, всматриваясь в фотографии. Улыбка растянулась на моем лице, когда я увидела свою собственную фотографию. Я помнила тот день, как если бы он был вчера. Мы впервые посетили Йосемити, и на снимке мои щеки пылали ярко-красными от усталости, когда мы шли к водопаду Брайдл.
Одна рамка, стоявшая немного позади остальных, привлекла мое внимание. Я поставила снимок с Йосемити на стол, и холодный металл другой рамки болезненно врезался в мою кожу, когда я её взяла. На фотографии мои родители сидят на огромном песчаном пляже в Верхнем Мире, их заостренные уши ясно видны, указывая на уединенность этого места. Их смех можно было слышать даже через потертую черно-белую фотографию. Моё сердце сжалось, увидев их такими счастливыми.
Я прищурилась, когда нечто привлекло моё внимание на груди отца. Это были те самые символы, похожие на татуировки Элементальных, которые я видела на запястьях многих фейри, и они с мамой имели одинаковый стиль на левой стороне груди. Я провела пальцем по стеклу рамки, нахмурив брови, пытаясь вспомнить, где я видела эти знаки раньше. Но я была уверена, что это первый раз, когда я их замечала.
Кто-то прошел через открытую дверь за моей спиной, прервав мои мысли. Я оглянулась и увидела, как отец растерянно осматривает комнату, пока его взгляд не упал на меня.
— Ах, вот и наши покои, — сказал он, замечая меня.
Я улыбнулась.
— Ренеа решила заглянуть в мамин шкаф с платьями. Я пригласила её на бал как свою гостью. Подумала, что она может найти что-то подходящее. Я думаю, мама не возражала бы, но если ты считаешь, что это плохая идея…
Он взмахнул рукой.
— Конечно, нет. Уверен, твоя мама была бы счастлива, что Ренеа наденет одно из её платьев на бал. И я уверен, что это многое значит для Ренеа. Она скучает по Нелеа так же, как и мы, — успокоил меня отец. Его взгляд переместился на рамку в моей руке, и он указал на неё. — Что это у тебя?
Я подняла рамку, слегка потрясся её.
— Это фотография тебя и мамы на пляже, — сказала я, снова взглянув на снимок. — Когда это было?
Отец подошел ко мне, его губы слегка улыбались, когда он встал рядом.