Капли великой реки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В последнее время мы с женой на удивление сходимся во мнениях и очень часто чувствуем одинаково. Не похоже, чтобы это была просто привычка после почти полувека совместной жизни. По утрам встаёшь, разворачиваешь газету и вздыхаешь. Ну а вечером, само собой разумеется, смотришь новости по телевизору — и тут уж невольно буркнешь про себя: «Что творится!» Вот в этом мы с женой совершенно единодушны.

«Хорошо, что нам жить недолго осталось!» — пророню я бывало, и жена от всей души закивает: «И правда, счастливые мы с тобой, что не придётся долго оставаться в этом мире».

Я говорю об этом не шутя. Действительно так считаю и искренне говорю.

Иногда вдруг придёт в голову: а что, если я… Что, если я оказался бы в нынешнем мире двадцатилетним юнцом? Пожалуй, решил бы наложить на себя руки. А может, в припадке отчаяния влип бы в какую-нибудь безумную авантюру. Так что же это за общество, что за мир, в котором муж с женой радуются, что недолго осталось жить?

Принц Сётоку под влиянием юношеского идеализма постарался воплотить в жизнь множество великих начинаний. В истории нашей страны это было время, которое можно назвать первой эпохой реформ. Однако умер принц Сётоку с загадочной короткой фразой на устах: «Этот мир — обман».

Но это лишь часть изречения. Затем следует фраза религиозного содержания: «Истина лишь в Будде». Однако мне чем-то очень по душе начало: «Этот мир — обман». Это потому, что здесь я так и чувствую живую человеческую интонацию, Сётоку словно выдохнул эту фразу, несколько диссонирующую с его приверженностью буддизму.

Употреблённый здесь термин «обман» (кокэ) у буддистов обозначает не истинный, кажущийся мир, который только и доступен нашему зрению. В повседневном языке слово «кокэ» и теперь используется в значении «невменяемый», «глупый», «дурацкий», например в выражениях типа: «За дурака меня держишь?»

За этой фразой принца Сётоку мне чудится горькая усмешка: «Что за бессмысленный мир!» — и я не могу не почувствовать здесь глубоко затаённых признаков отчаяния. С древних времён и до сегодняшней эпохи Хэйсэй[17] мир людей неизменно таков, и из-за этого разочарования с губ слетает что-нибудь об идеальном мире Будды, который только и являет истину. Вот в таком роде и слова принца Сётоку: «Этот мир — обман, истина лишь в Будде».

Но если уж быть откровенным, я думаю, правда в том, что в этом мире есть и истина, и обман. Есть смысл жизни, но есть и тщета. А вот людей делить, мол, есть хорошие, а есть плохие, — я бы не стал, как не стал бы противопоставлять добро и зло. Ведь люди, в зависимости от обстоятельств, положения в обществе, взаимоотношений с другими людьми, могут проявлять и добрую, и злую волю — такие уж это неуравновешенные и переменчивые создания. И то, что мы зовём «нашим миром», тоже такая же движущаяся, изменчивая, текучая субстанция.

КОГДА ВОДА МУТНА, МОЖНО ОМЫТЬ В НЕЙ СТОПЫ

Если это справедливо, то что можно сказать о нашем времени? Я лично в последние годы ощущаю прилив небывало мутных вод, который накатил и накрывает нас с головой. Воды реки Цанлан замутились до такой степени, что стали жёлтыми и ни дна, ни рыб разглядеть нельзя.

В последнее время нам снова и снова во всей неприглядности демонстрировали, как на самом деле функционируют политическая и экономическая сферы. Мы узнали, до какой степени превратились в бизнес и пренебрегли человеком охраняющие нашу жизнь медицина и социальные службы. Нас заставили остро почувствовать бессилие школы и педагогов, и мы травмированы тем, что не в состоянии понять мысли и поступки мальчишек и девчонок. Бесполезными оказались даже религия и философия, в которых люди пытались обрести какой-то стержень, чтобы выжить в наш век.

Ничто на этом свете не имеет смысла — так бы я думал, если бы мне было двадцать лет. Да и не только молодёжь, разве те люди, что составляют сейчас основу общества, изо всех сил живут и работают, — разве каждый из них не ощущает то же самое?

Цюй Юань был правдолюбцем былых времён, но, кажется, его гнев и отчаяние можем разделить и мы, живущие в эпоху Хэйсэй.

«Этот мир безумен. Но именно поэтому нельзя во всём согласиться с Цюй Юанем. Однако всё же решиться жить в этом грязном мире по его грязным правилам не хватает мужества. Но раз весь мир таков, невозможно ведь в одиночку пойти против течения? Ну что ж, придётся и мне жить, обманывая себя и приспосабливаясь к обстоятельствам, как это делают остальные».

Вот так примерно люди ведут торг сами с собой. На самом деле всем нам, и плохим и хорошим, суждено существование, которое ни с кем нельзя разделить и в котором ни на что нельзя опереться.

Я думаю, что в словах рыбака, беседовавшего с Цюй Юанем, кроется мудрость и отвага простого народа, живущего в глубинке наперекор обстоятельствам.

Наш мир порой бывает чист и прозрачен, а порой — взбаламучен. Точно так же, как вода в реке. Большие реки Китая, как правило, несут собой много жёлтого ила и прозрачными бывают редко, но можно ли жить, постоянно сердясь и сетуя в одиночестве на то, что вода не чиста?

Если, на счастье, вода станет чистой, можно будет омыть в ней самое главное. Можно омыть душу, можно омыть лицо. Но даже если вода жёлтая от мути и ила, ни к чему, по-моему, застывать в растерянности, сердиться или горевать. Лучше стоит опустить взгляд на свои ноги. Смотрите-ка, вы ступали по грязи, и ваши ноги испачкались, на них налипли нечистоты. И пусть даже вы считаете воду мутной, она сгодится для того, чтобы вымыть ваши грязные ноги. Не думаете же вы, что чисты, подобно алмазу, и что к вашему телу нигде не пристало ни пылинки?

Может быть, в своей песне рыбак пытался оправдать тот факт, что, подобно живущим в реке рыбам и обитающим на равнинах животным, человек живёт в этом каждый миг изменяющемся мире. В то же время у Цюй Юаня свои собственные жизненные принципы. Не признать этого нельзя. Он жил, защищая свои идеалы, и в конце концов бросился в реку и погиб. Это тоже один из возможных способов прожить свою жизнь. Потихоньку поддакивая притче рыбака, люди уже не один век продолжают рассказывать историю об упрямом Цюй Юане, сочувствуя его страстной натуре.

Как нам жить сейчас, в наш век, — вопрос очень сложный. И руководящий чин пятидесяти четырёх лёг, и четырнадцатилетний подросток в смятении утеряли путеводную нить. Но мы не можем смеяться над ними или упрекать их за это, словно сами — в стороне. Как истолковывают притчу о Цюй Юане люди, оказывавшиеся на самом краю? Если говорить о моих личных симпатиях, то, сочувствуя Цюй Юаню, я всё же ощущаю, что песня рыбака способна дать мне нечто большее. Нельзя просто негодовать на муть в реке. Если вода в реке Цанлан грязна, следует вымыть ноги. Так я и живу, ворча это себе под нос.

СОВЕТУЮ ПОСТУПАТЬ ВОПРЕКИ ОБЩЕПРИНЯТОМУ

СЛУШАТЬ ВНУТРЕННИЙ ГОЛОС

Есть такие люди, которые ни во что не верят без надёжных доказательств. По той причине, что это ненаучно. Однако живём-то мы не только по науке и не только по одним лишь законам рынка. Доказательств у меня нет, но я считаю, что отнюдь не вредно в жизни поступать так, как считаешь нужным, лишь бы ты сам в это верил.

Исходя из этого посыла, я в последнее время всё больше стал обращать внимание на то, что противоречит так называемому здравому смыслу. Всё потому, что не могу отделаться от мысли: так жить для человека более естественно. Что значит «так»? А это значит жить по наитию. Говоря высокопарно, повиноваться озарению, по старинке — чутью. Это называли раньше «шестым чувством». Есть ещё такое выражение: «звериное чутьё», однако для меня оно неприемлемо. Я считаю, что доверять можно только своему человеческому чутью, человеческой интуиции. А «звериное чутьё» вызывает в воображении какой-то сопящий нос, судорожно обнюхивающий окрестности. Мне этот образ несимпатичен.

В этом отношении, когда я оглядываюсь на прожитую жизнь, то оказывается, что делал я всегда именно и только то, что было вопреки здравому смыслу. Если я скажу, что слушался внутреннего голоса, то это будет звучать несколько кичливо, но главный принцип, которого я упрямо придерживался всю жизнь, был такой: не предпринимать ничего, к чему не лежит душа.

К примеру, такое — я никогда не делаю рентген. Уколы считаю для себя вредными и избегаю их. Обследований тоже не прохожу. Нельзя же, в самом деле, полагать, что организм радостно приемлет все эти обследования! А что всякая химия, синтезированные лекарства вредны для здоровья — я просто уверен, это же естественно. Поэтому я всегда в своей жизни старался держаться от больниц подальше.

У меня есть друг, который любит прижать меня к стенке, мол, хоть и рассуждаешь так, а сам к зубному врачу всё же ходишь. Ну, тут уж ничего не поделать. Вполне естественно, что к середине седьмого десятка зубы уже испорчены.

«Пятьдесят лет — людской век» — так издавна считалось, и похоже, что срок годности человеческого организма примерно такой. Если, как говорится, «мерить с каблуками», то естественная продолжительность жизни человека — около шестидесяти лет. В соответствии с законами природы зубы, глаза и всё, что ниже пояса, выходит в тираж.

Вот по этой причине время от времени к зубному врачу я обращаюсь. Но вовсе не по своей охоте. Иду только тогда, когда не идти нельзя, лишь по необходимости, и держаться от врачей как можно дальше — мой принцип. Когда лечат зубы, неизбежна опасность того, что будут делать рентген и придётся облучаться или что будут использованы сомнительные препараты для свёртывания крови. Добросовестные доктора могут мне не поверить, но на свете прозябает немало профессионально отсталых и просто никудышных врачей.

[17] Эпоха Хэйсэй началась в Японии с воцарением в 1989 г. нынешнего императора.