Больше чем смерть: Сад времени. Неадертальская планета. На белой полосе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вы знаете, какая задача стоит перед моей группой, — начал он голосом, который век тому назад Арнольд Беннетт отнес бы к берущим начало из пяти городов. — Мы пытаемся изучать язык пришельцев, не зная, есть ли таковой у них. Но это единственный способ проверить. Можно говорить о некотором прогрессе, который мой коллега Уилфред Брегнер продемонстрирует нам через пару минут.

А я пока сделаю кое-какие общие замечания. Наши пришельцы, эти двое ребят с Клементины, не понимают, что такое письмо. У них нет письменности. Это ни в коей мере не относится к их языку вообще — многие языки африканских негров были впервые записаны лишь белыми миссионерами. Примерами могут служить языки эфик и йоруба из группы суданской, к слову практически не упоминаемые сегодня. Я говорю все это вам, друзья, потому что до тех пор, пока не появится идея получше, я буду относиться к пришельцам как к паре африканцев. Это может дать свой результат и уж куда как лучше, чем относиться к ним как к животным. Вы, может быть, помните, что первые исследователи Африки считали негров гориллами… Если мы все же обнаружим, что они действительно имеют язык, предлагаемый мною подход мог бы избавить нас от ошибок, допущенных романцами.

Я уверен, что у наших толстяков есть язык, — и вы, господа из прессы, можете процитировать меня в данном случае, если пожелаете. Вы бы только послушали, как они пыхтят вместе. И это не просто пыхтение. Мы это поняли из наших записей и распознали 500 различных звуков, хотя, возможно, многие из них одинаковые, но воспроизведены в разных тонах. Вероятно, вам известно, что существуют земные языковые системы. Такие, как, э-э, сиамская и кантонезийская, которые используют шесть акустических тонов. А от этих ребят можно ожидать и еще больше, судя по тому, как легко они варьируют звуковым спектром.

Человеческое ухо не воспринимает вибрации с частотой больше чем примерно 24000. Эти же парни способны, по нашим исследованиям, производить колебания частотой в два раза больше — как наша земная летучая мышь или рангстедианская кошка. Итак, еще одна проблема: если мы хотим войти с ними в контакт, мы должны сделать так, чтобы дни не выходили за пределы воспринимаемой нами длины волн. Исходя из этого они, вероятно, должны изображать своего рода пиджин — язык, который был бы нам понятен.

— Я протестую, — выпалил статистик, которому до сих пор приходилось довольствоваться тем, что сидеть молча и чесать свой язык о зубы. — Вы теперь кричите и приводите нас к выводу, что мы стоим по развитию ниже их?

— Ничего подобного я не говорил. Я только утверждал, что их диапазон звуков гораздо выше и шире, чем наш. А теперь мистер Бребнер продемонстрирует вам несколько фонем, которые мы предварительно выделили.

Мистер Бребнер поднялся и встал, покачиваясь с боку на бок от приземистого Бодли Темпла. Ему было около двадцати пяти — стройная фигура, светло-русые волосы; костюм с откинутым капюшоном. Его лицо залилось тонким румянцем от смущения перед публикой, но говорил он хорошо.

— Вскрытие умершего чужеземца многое нам раскрыло об их анатомии. Если бы вы прочли довольно длинный отчет, то узнали бы из него, что наши друзья обладают тремя отверстиями, через которые они и производят столь характерный шум. Все эти шумы являются составляющими их языка, как мы предполагаем, если у них вообще есть язык.

Во-первых, на одной из голов есть своего рода ротовое отверстие, которое связано с органами обоняния; и хотя оно выполняет дыхательные функции, главная его роль заключается в поглощении пищи и воспроизведении того, что мы называем звуками.

Во-вторых, у наших друзей есть шесть дыхательных отверстий. По три с каждой стороны, расположенные на теле повыше шести конечностей. В настоящее время мы их характеризуем как ноздри. Они представляют собой щели губоцветочной формы и, несмотря на то что они никак не соединены с голосовыми трубками, как ротовые отверстия, эти ноздри производят широкий спектр звуков.

В-третьих, наши подопечные издают определенные наборы звуков через прямую кишку, расположенную на второй голове.

Их вид речи состоит из звуков, выдаваемых всеми этими отверстиями по очереди, или любыми двумя вместе, или тремя, а то и всеми восемью одновременно. Потом вы увидите, что те несколько звуков, которые я вам продемонстрирую, относятся к самым легким. Магнитофонные записи всего диапазона звуков, конечно, доступны для вас, но они еще не вполне доработаны.

Первое слово — это иннноррр-инк.

Чтобы произнести это слово, Уилфорд Бребнер вывел в передней части своего горла какой-то легкий храп, расширив его тонким писком, представленным здесь как «инк» (все формы чужеземного языка, напечатанные в этой книге, следует воспринимать как нечто очень приблизительное).

Бребнер продолжил свое изложение:

— Инннорррр-инк — слово, зарегистрированное нами несколько раз в различных контекстах.

Доктор Бодли Темпл выделил его впервые в прошлую субботу, когда пришел к нашим друзьям со свежей капустой. Второй раз мы отметили его в субботу, когда я достал пачку жевательной резинки и дал по пластику доктору Темплу и Майку. Мы не слышали его до вторника после полудня, когда оказалось, что у них нет еды. Главный хранитель, Росс, вошел в клетку, где находились в это время и мы, когда оба существа хором произнесли этот звук.

Поэтому нам кажется, что это слово должно быть выражением негативных эмоций, так как произносилось, когда они отказывались от капусты, когда им не была предложена жевательная резинка, которую они могли принять за еду, и когда они увидели Росса, который мешает им, убирая клетку.

Тем не менее вчера Росс принес им ведро речной грязи, которую они любят, и мы опять услышали «иннноррр-инк», несколько раз в течение пяти минут. Исходя из этого мы считаем, что это слово относится к какой-то разновидности человеческой деятельности: возможно, ношение чего-либо, в дальнейшей работе мы уточним его значение. Из этого примера вы могли заметить, через какой процесс отбора проходит у нас каждый звук.

Ведерко с речной грязью выделило для нас еще одно слово. Оно звучит как «уип-буит-бион» (короткий свист в сопровождении двух надутых губных звуков). Мы его услышали также, когда им были предложены грейпфруты, овсянка с кусочками банана — блюда, по отношению к которым они проявляли некоторый интерес и энтузиазм, и еще когда мы с Майком уходили вечером.

Мы считаем, это своего рода знак одобрения.

Еще нам кажется, что мы знаем и знак неодобрения, хотя слышали его дважды. Один раз он был сопровожден жестом неодобрения, когда один из смотрителей задел нашего друга струей воды из шланга. В другой раз — мы предложили им рыбу, приготовленную немного сырой. Как вы можете понять, они скорее всего вегетарианцы. Звук был…

Бребнер извинился, посмотрел на миссис Вархун, выдыхая серию обескураживающих звуков, похожих на треск выходящих газов, завершая вдохом при широко раскрытых губах:

— Бббр-бббр-бббр-бббр-аааах.

— Действительно, звучит недоброжелательно, — произнес Темпл.

Еще не прошла волна изумления, как раздался вопрос одного из репортеров:

— Доктор Темпл, это все, что вы можете нам показать из вашего прогресса?

— Вам была представлена приблизительная картина того, чем мы занимаемся.

— Но у вас нет ни одного отдельного слова. Почему вы не сделали так, как сделал бы любой, даже непрофессионал в этом деле? Пусть они посчитают, назовут свои части тела и ваши. Тогда вы по крайней мере будете знать, с чего начать, вместо этих ваших абстрагированных «ношений чего-либо».

Темпл посмотрел на бабочек на своем жилете, пожевал губами и потом сказал: