– Давайте назовём так ёжика.
– Колбаской? – переспросил папа.
– Нет, – сказала я, – Синьором Колбаской.
Так мы его и назвали.
5
С тех пор, как Синьор Колбаска официально поселился с нами, прошло несколько дней, и мы узнали, что его можно кормить кусочками сухого корма, смоченными в воде, но понемногу, потому что, как мы прочитали, сухой корм хоть и подходит ему, но всё же не совсем. В нём слишком много калорий, и от него ёжик может стать тучным, то есть очень-очень толстым, хотя пока это кажется невозможным, ведь он ещё такой маленький, что даже я могла бы держать его в руке, вот только у него колючки, и это не рекомендуется. К тому же, по словам папы, в сухом корме содержатся красители и усилители вкуса. В общем, мы кормим им Синьора Колбаску по чуть-чуть и всегда вперемешку с мясом из корма Рэмбо. Кроме того, каждый вечер мы нарезаем ему четвертинку яблока, а раз в три дня папа даёт ему постное мясо, которое специально покупает в мясной лавке, режет на мелкие-мелкие кусочки и готовит без масла на сковородке. «Мясо из мясной лавки для ежа! Если бы об этом узнал мой покойный прадедушка, который был пастухом и охотником, то надавал бы мне оплеух». (Так он говорит каждый раз, когда подаёт ёжику мясо, но, как только понимает, что оно заканчивается, сразу бежит в мясную лавку.)
Днём Синьор Колбаска спит, а ночью бодрствует и гуляет. Когда мы просыпаемся и садимся завтракать, он обычно ещё бродит по дому, но ему уже почти пора спать.
– Доброе утро, Синьор Колбаска, – говорит мама, прежде чем приступить к растяжке и разминке перед йогой.
Однажды утром мы услышали её крик: «Он укусил меня за ногу! Он укусил меня за ногу!» Синьор Колбаска и в самом деле обожает кусать нас за пальцы на ногах, вероятно, принимая их за червячков, поэтому мы всегда стараемся не предоставлять ему такой возможности (вообще-то иногда, когда мы поздно вечером сидим у камина, мне нравится позволять себя кусать, но я делаю это тайком, потому что папа очень беспокоится и говорит, что никогда не знаешь, насколько глубоко может укусить дикое животное и какие болезни оно переносит). В общем, в то утро мама приступала к йоге, и Синьор Колбаска напал на пальцы её правой ноги, нанеся два метких укуса. Папа вышел из ванной, включил кофеварку и сказал маме:
– Фиона, если ты раздавишь Синьора Колбаску, когда будешь выходить из стойки на руках, то наша дочь от этого не оправится.
Господи, как же он прав. Если кто-нибудь раздавит бедного Синьора Колбаску, я НИКОГДА БОЛЬШЕ не буду с ним разговаривать.
6
Самое забавное в жизни с Синьором Колбаской то, что его день начинается, когда кончается наш. Когда мы уже до смерти устали и глаза у нас слипаются, он просыпается бодрым и готовым встретить СВОЮ ночь. Обычно бывает так: после ужина, когда родители заканчивают убирать со стола и мы все втроем садимся у камина, вытянув ноги к огню, ЦОК-ЦОК-ЦОК – появляется Синьор Колбаска.
Первые несколько дней мы бурно его приветствовали, ведь ёжик, без передышки расхаживающий туда-сюда из одного конца гостиной в другой, – довольно необычное зрелище.
– Кое-кто вышел на разведку, – говорил папа по вечерам при виде Синьора Колбаски.
– Как бы не опоздать, как бы не опоздать! – мультяшным голоском говорила мама. – Можно подумать, у него назначена встреча в центре города и он не уверен, что на неё успеет.
И действительно: Синьор Колбаска никогда не ходит спокойно и безмятежно, а всегда как будто спешит.
– По-моему, он такой же, как ты, – однажды сказала мама папе. – Дома его можно удержать разве что силой.
Но Синьор Колбаска заботится о своём домике, и ещё как! Как-то раз папа взял свой старый синтетический свитер, отрезал от него несколько лоскутков и разбросал их по комнате – на следующий день, пока Синьор Колбаска гулял по гостиной, мы проверили его домик и обнаружили там лоскутки свитера, а также бумажки и веточки, которые он, видимо, нашёл где-то в доме. Он устроил себе в коробке постельку, как мило! Тогда папа предложил: «Давайте попробуем оставить весь свитер». Свитер был большущий, мы положили его на пол гостиной, и через час Синьор Колбаска подошел его понюхать, понял, что это такое, и потихоньку потащил его в домик. Одно удовольствие было смотреть, как этот малыш, весь покрытый колючками, с малюсенькой мордочкой и тонкими лапками, волочет такую огромную ношу! Мало-помалу Синьор Колбаска полностью затащил свитер в коробку, попутно опрокинув блюдце с водой, и соорудил что-то вроде стены, чтобы отгородить свою маленькую постельку. Мы долго за ним наблюдали, потому что повадки у него были – загляденье! «Решительный и терпеливый», – охарактеризовала его мама, и так оно и было: он действовал решительно и терпеливо, а когда закончил, было уже очень поздно и мне пришлось пойти спать, потому что моё обычное время отхода ко сну давно наступило.
7
Дедушка не мог поверить, что мы оставили ёжика на зиму у себя.
– Твой отец чокнутый, – заявил он, когда я всё ему рассказала. – Он и впрямь чокнутый: если что затеет, его не остановишь. Чокнутый, чокнутый, чокнутый!
Но хоть дедушка и говорил так, было видно: в глубине души он знал, что поступил бы точно так же.
Днём маме нужно было сходить на приём к врачу, а папа её повез, поэтому я осталась у бабушки с дедушкой. После того как я сделала уроки, бабушка поручила мне посадить горох в огороде возле розария, потом мы сходили проверить, снесли ли куры яйца, и собрали их, и дедушка предложил мне: «Может, сходим в канцелярский магазин и купим тебе подарочек?» Я, само собой, согласилась, мы вместе с Рэмбо пошли в канцелярский магазин Уты, и я выбрала себе подарок.
– Не рассказывай родителям, что мы опять купили игру, – сказал дедушка.
Я улыбнулась, подмигнула ему (ну, или попыталась, потому что подмигивать я умею не очень хорошо) и ответила:
– Конечно, дедушка, не волнуйся, это будет наш секрет.
Мои родители немножко зациклены на том, что не стоит скупать игрушки: по их словам, избыток вещей убивает творческие способности. Однажды я услышала, как они говорят: «У неё полная комната игрушек, это вредно. Это убивает творческие способности».
Конец ознакомительного фрагмента.