Лёвушка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Куда? – удивилась бабушка, которую внук вырвал из объятий сладкого воскресного сна.

– Как куда?! В церковь. Ты что, забыла? Копуха!

На своём веку женщина повидала разных людей – хороших, плохих, очень плохих, безбожников и тех, кто не потерял веру в Бога. Жизненный опыт научил её сомневаться в пользе существ, каковыми являлись потомки Адама, но сейчас сомнения эти пошатнулись, потому что религиозное рвение внука было недоступно даже ей. Дарье Ивановне стало стыдно, что в церковь она ходит скорее по привычке, нежели влекомая духовной необходимостью, но всё это покрывала счастливая мысль, что её внук, её кровиночка, её единственная радость на этой бренной земле, так возлюбил Бога, которого, кстати, открыла ему она.

– Сейчас, мое сонечко, сейчас, мой сладкий, одну минуточку, бабушка только причешется, сейчас, сейчас…

Скорости, с которой баба Даша собиралась в церковь, мог позавидовать новобранец, которого старшина три месяца гонял, дабы тот научился одеваться за одну минуту, и уже через эту самую минуту, крепко сжав ручонку мальчика, она торопливо семенила по тротуару.

Конечно, они пришли рано, слишком рано, но двери храма были открыты. Высокий, как жердь, дядька в чёрном балахоне счищал воск с многочисленных подсвечников и недовольно косился на них. Продолжая крепко держать внука за руку, бабушка Даша положила несколько монет в ящичек, взяла две тонкие свечки, зажгла их и поставил в чёрненькие дыры многосвечника у большой иконы.

– Одна свечечка за упокой души дедушки твоего Артемия Сидоровича, а вторая – за здравие всех близких, – тихо объясняла она внуку свои действия.

Лёвушка чуть было не спросил, касается ли «здравие» также бабы Розы, но промолчал, потому что из боковых дверей неслышно вышел священник. Он тоже был одет в простой чёрный балахон, только крест на груди отливал жёлтыми бликами. Священник удивлённо посмотрел на ранних прихожан, затем улыбнулся Лёвушке. И весь страх прошлого посещения улетел, и иконы на стенах уже не пугали, и ему стало легко и весело, даже хотелось что-то крикнуть озорное, побегать по пустому храму, поиграть в жмурки с этим человеком. Но бабушка, крестясь, медленно пятилась к выходу, увлекая за собой внука. А священник улыбался и рассекал правой рукой воздух вслед уходящему ребёнку.

Щедрость Дарьи Ивановны была поистине царской – в карманчике штанишек лежало два рубля, а в руках мальчугана трещал заводной мотоцикл, купленный в универмаге.

Единственное, что омрачало это прекрасное утро, была бабушка Роза, торчавшая на пороге своей персональной клетки как скорбный монумент погибшим воинам, который стоял в сквере возле гастронома. Встретившись с ней взглядом, Лёвушка виновато опустил голову и быстро спрятал игрушку за спину, а вот баба Даша, гордо вскинув голову, пронзила соперницу ненавистным взглядом и нарочито смачно поцеловала внука в обе щеки:

– Иди, играйся, моё золотце!

Конечно, Розалия Соломоновна приняла брошенный вызов, и когда Лёвушка отошёл на расстояние, не позволявшее слышать разговор взрослых, она язвительно произнесла в пространство:

– Лярва она и есть лярва!

– От лярвы слышу! – вздыбилась бабушка Даша.

– Услышишь, услышишь. Когда я скажу участковому, что ребёнка силой тащат в церковь, ты всё услышишь!

– Силой?! Шоб ты усохла! Шоб тебе повылазило отовсюду! Шоб у тебя руки отвалились, ябеда!

Захлопали окна – и во двор выглянули сонные головы первых зрителей этого представления. Ну что за воскресенье без яркого скандала?

Единственным, кто поимел выгоду от дикой ссоры женщин, был, конечно, их внук. Лёва ожидал упрёков от бабушки Розы и даже, когда заводил свой мотоцикл, который со страшным треском летал по комнате, втыкаясь то в ножку стола, то в комод, раздумывал, как бы половчее вывернуться из неприятной ситуации. Конечно, можно переждать бурю дома, но весёлые игры братьев и сестёр пересилили страх, да и мотоцикл внезапно зачах, щёлкнув недолговечной пружиной. Выждав, Лёвушка опасливо открыл дверь веранды и выглянул во двор.

Главы семейств шумно забивали «козла», и сизый дымок их самокруток окуривал вишнёвую крону дерева. Ребятня играла в жмурки, рассыпаясь по команде в потайные места, которых во дворе было видимо-невидимо из-за многочисленных сарайчиков, клозетов, деревянных ящиков и собачьих будок. Лёвушку тут же заставили водить, завязав глаза тряпочкой, он бегал по двору, растопырив руки, пока не воткнулся головой в знакомый тёплый живот.

– Идём, майн хаис, бабушка тебе даст твоё любимое вишнёвое варенье.

– Не хочу. Потом! – вырывался Лёвушка. – Не видишь, я играю!

– Хорошо, никуда эти хулиганы не убегут. Съешь только ложечку и пойдёшь себе играть.

Лёвушка покорился, но не вишнёвому варенью, которое он любил больше всего на свете после мороженого, а крепкой руке бабушки Розы.

Усадив внука за стол и вытерев передником сопельки, она не без подозрения спросила:

– А где твой мотоцикл?

– Поломался. Пружинка лопнула.

Ответ удовлетворил Розалию Соломоновну:

– Я так и знала! Нет, чтобы купить ребёнку хорошую вещь. «На тебе, боже, что мне не гоже». Чего ждать от гоев?! А зачем ты пошёл с ней? Ты мне что обещал?