Вевка сидел на крыльце и играл в очко с тремя подростками. Шабсовича они приметили, только когда заскрипела калитка. Карты с трех сторон полетели в руки Вевки.
— Что же вы перестали играть? — спросил Шабсович.
Он подошел ближе и протянул руку. Вевка нехотя подал ему колоду.
— Разве в милиции уже нет карт? — лениво поинтересовался он.
— В милиции нет картежников, — в тон ответил Шабсович, ловко тасуя растрепанную колоду. — Вон там, у твоей правой ноги валяется еще одна карта.
— И все-то вы замечаете, — ехидно ухмыльнулся Вевка.
— Такая работа…
Вевка наклонился за картой, подбросил ее на ладони.
— Туз червей. К чему бы это?
— К сердечному разговору, — ответил Шабсович и, согнав с крыльца одного из подростков, сел на его место. Ребята на цыпочках потянулись к калитке.
— Смываетесь? — миролюбиво сказал милиционер. — Ладно, идите. Я все равно каждого из вас навещу.
Калитка закрылась, и Шабсович остался наедине с Вевкой.
— Вы снова мораль мне читать пришли? Ну-ну… — Вевка откинулся к перилам, надвинул на глаза клетчатую кепчонку.
— Во-первых, сядь как положено, — сказал Шабсович. — Не в театре все-таки. Во-вторых, не забывай, с кем разговариваешь.
— Извиняюсь, гражданин начальник. Слушаюсь.
Шабсович закурил, помолчал, потом, глядя Вевке в глаза, быстро спросил:
— Буряки где прячешь?
Вевка бросил невольный взгляд на сарайчик в глубине двора, но тут же спохватился и потупился.
— Какие буряки? Никаких я буряков не знаю.
— Так-таки? — удивился Гавриел, — А те, что пацаны для тебя воруют с машин?
— Для меня? Докажите!
— Сейчас докажу, — сказал Шабсович, — Встань-ка со своего насеста.
И он двинулся к сараю.
— А ордер на обыск у вас есть? А понятые где?
— Ува, какие мы слова знаем! — и Шабсович потянул Вевку за рукав. — Иди вперед, законник.
Не надо было быть знаменитым сыщиком, чтобы сразу после взгляда, который Вевка бросил на сарай, понять, где он держит краденую свеклу. В углу стояли, приваленные друг к другу, несколько мешков. Из дыр торчали длинные хвосты буряков, облепленные засохшими комками земли.
— Это что такое? — спросил Шабсович.
— Нёня, брат вчера принес, — с ходу начал выкручиваться Вевка.
— А Нёне зачем? Свиней кормить?
— Вы его спросите!