Вселенные: ступени бесконечностей: читать начало книги онлайн

Энтузиазм Алкина понятен — как и его пессимистический, как показалось многим физикам, вывод о единственности разума в нашей ветви одного из множества видов многомирий. Вывод, к которому, кстати, еще до работы Алкина пришли физики и астрофизики — правда, исходя не из аксиомы принадлежности нашей Вселенной к мирам-фермионам, а в ходе знаменитой и продолжавшейся несколько десятилетий дискуссии о «полчании космоса». Иосиф Шкловский (1976) был одним из первых, кто постулировал еще в семидесятых годах ХХ века единственность нашего разума во Вселенной (не имея при этом в виду многомировых вариантов, так что в его понимании единственность нашего разума была абсолютной). Алкин придал этой идее, во-первых, статус физического закона, вытекающего из квантово-механической природы мироздания, и во-вторых, фактически подвел исследователей многомирия к идее о необходимости создания инфинитной математики, без которой, как выяснилось впоследствии, невозможно, прежде всего, исследование миров-бозонов, но необходимой и для правильного описания миров-фермионов, где множество разумно ощущаемых реальностей (РОР)[6] тождественно равно множеству существующих в этих РОР разумных наблюдателей с памятью.

Именно статьи Алкина стали переломными в эволюции многомировой физики, хотя у Алкина нет ссылок на работы Эверетта, Линде, Сасскинда, деВитта и др., и ссылается он только на три никем не замеченные статьи Хэмлина. Доказательство (или опровержение) тезиса Хэмлина-Алкина о том, что наша РОР является вселенной-фермионом, так и не получено, к чему есть две причины. Первая: до сих пор никто из физиков не смог даже в первом приближении записать волновую функцию Вселенной в силу очевидных трудностей. А потому и доказать (или опровергнуть) гипотезу, что наша Вселенная является фермионом в квантовом смысле, никто не мог. Решение этой проблемы квантово-механическим путем позволило бы окончательно решить другую до сих пор не решенную теоретическую проблему: существуют ли другие цивилизации в нашей реальности? Если будет доказано, что наша Вселенная — фермион, все попытки обнаружить внеземную цивилизацию или ее следы, обречены на неудачу. И напротив — в случае, если квантово-механические расчеты покажут, что наша Вселенная подчиняется квантовой статистике Бозе-Эйнштейна, то поиски внеземных цивилизаций необходимо вести очень тщательно с полной надеждой на успех.

Проблема не только (и даже, возможно, не столько) в том, что расчет волновой функции Вселенной даже в первом приближении — задача, которая требует усилий лучших современных специалистов (без гарантии получения результата). Вторая проблема в том, что абсолютный антропный принцип Хэмлина-Алкина не стал в сознании исследователей логичным и необходимым следствием сильного антропного принципа и квантово-механического исследования Вселенной. Статьи Алкина остались в тени современной физики, работы Хэмлина можно прочитать или в изложении Алкина, или в библиотеке Кембриджской обсерватории (они даже не были оцифрованы и потому недоступны пользователям Интернета). Я не считаю (как это полагают некоторые мои коллеги), что подобное отношение к трудам Алкина и Хэмлина является примером недобросовестности, замалчивания или какой бы то ни было предвзятости. Все гораздо проще и многократно происходило в истории физики. Исследования Алкина изначально не вызвали большого интереса в силу того, что были опубликованы в мало цитируемом журнале, и, к тому же, в тот год (Alkin P., 2007) большая часть усилий квантовых физиков была направлена на исследования в области струнной и М-теорий. Эпохальная диссертация Эверетта также осталась первоначально не оцененной, хотя руководителем работы молодого физика был сам Уиллер, и лишь почти двадцать лет спустя к этому исследованию было обращено внимание физиков, причем окончательно теория Эверетта была признана еще через четверть века. Надеюсь, что и исследования Алкина-Хэмлина найдут своего читателя, пока же, как мы увидим далее, практическим подтверждением идеи абсолютного антропного принципа является существование Института поводырей.

Замечу, что личная судьба Алкина почти повторила судьбу Эверетта. Опубликовав свои исследования работ Хэмлина в «Записках Астрономического Общества друзей Кембриджской обсерватории», Алкин не мог рассчитывать на быстрый и широкий резонанс. Серьезные же издания его статьи отвергли (к сожалению, рецензии не сохранились, было бы интересно ознакомиться с аргументацией) — возможно, в частности, из-за того, что у Алкина не было такого сильного руководителя, каким был Уилер для Эверетта. Столкнувшись с отсутствием интереса к своим исследованиям, Алкин, к сожалению, ушел из астрофизики в частный сектор и некоторое время работал в корпорации «Эштон», сотрудничавшей с ЦЕРНом. В 2014 году Алкин уволился из корпорации и вернулся в Россию, где, по одним сведениям, работает и сейчас в Институте экспериментальной и теоретической физики (однако, ни одна его работа в этом статусе в Интернете не появлялась), по другим — перестал заниматься физикой.

Как бы то ни было, проблема если не вычисления, то хотя бы качественной оценки волновой функции нашей ветви РОР остается важной и не решенной задачей квантовой физики, несмотря на все достижения этой науки в последние четверть века, приведшие к принципиально новому мировосприятию.

Глава 5

Казус Дубинина: мультивидуум

Расскажу еще об одном случае, который, как и «абслютный антропный принцип» Алкина-Хэмлина, мало известен широкому читателю и даже многими физиками оценивается скорее как артефакт, происхождение которого сомнительно и, возможно, относится к области практической психиатрии, а не к метанауке о многомирии, хотя именно о многомировой сути человеческого сознания и мировосприятия идет речь. Статья с описанием «казуса Дубинина» была опубликована в «Журнале психиатрии» и потому, естественно, осталась вне поля зрения физиков, разрабатывавших теории многомирий. Равно вне их поля зрения оказался и другой случай, отнесенный скорее к юридическим казусам — о нем писали в прессе, о нем некоторое время спорили юристы (три статьи в журнале Ассоциации юристов США), но физики, для которых оба эти «казуса» должны были, по идее, стать отличными аргументами в пользу их же теорий, не сумели в те годы разглядеть их значимость (впрочем, «не сумели» — слишком суровое обвинение, поскольку физики, конечно же, не читали медицинских и юридических журналов, а публикации в прессе, особенно желтой, игнорировали по причине неадекватности подобных публикаций и невозможности их использования в статистических исследованиях).

Первый случай, ставший впоследствии классическим примером подтверждения существовании сознания мультивидуума,[7] был описан, как я уже сказал, в «Журнале психиатрии».

Прежде чем перейти к описанию «казуса Дубинина», сделаю два замечания. Первое — о мультивидууме. Второе — о работе Фрэнка Типлера. Понятие мультивидуума было введено в «ареал» физики многомирия на рубеже ХХ и ХХI веков в работах Менского и Лебедева, когда физики обсуждали роль сознания в формировании ветвей эвереттовского многомирия. Естественно было предположить, что, если именно сознание наблюдателя, обладающего памятью, делает выбор между различными вариантами решений уравнения Шредингера (или выбор между возникающими возможными исходами элементарного процесса), то и само сознание расщепляется на то число независимых в дальнейшем сознаний, на какое расщепляется эвереттовская (в данном случае) реальность. Позднее было показано (Osmar, Li, Siragusa, 2019), что подобное расщепление происходит не только в эвереттовском многомирии, но и в любом другом. Я лишь хочу напомнить, что ветвление сознания и склейки ветвей, в которых каждый вариант сознания существует, приводит к возникновению принципиально новой (новой для исследователей, конечно!) сущности сознания — мультивидууму. С идеей мультивидуума физики, исследовавшие многомирие, были более или менее согласны, и потому, казалось бы, их внимание должно было быть привлечено к поиску не столько математических методов доказательства, сколько к поиску подтверждающих эту идею реальных случаев. Однако в нулевые-десятые годы ХХI века даже широко известные в психиатрии случаи РМЛ (расстройства множественной личности) физиками не рассматривались. Причина понятна, хотя не делает чести ни физикам, ни психологам с психиатрами. Эти дисциплины в те годы развивались независимо, и реальное сотрудничество между физиками и психологами началось значительно позднее.

Второе мое замечание — о работе Типлера (Tipler, 1994), где автор выдвинул именно идею, исследованием которой именно в те годы, как оказалось, занималась психиатрия. Однако отсутствие взаимодействия физиков с психиатрами привело к тому, что осознание важнейших для многомировой метанауки реальных процессов отодвинулось более чем на двадцать лет. Типлер писал о том, что, поскольку сознание мультивидуума связывает многочисленные ветви РОР (об этом подробнее пойдет речь в главе об индуцированных ментальных склейках), в которых данное сознание функционирует в форме индивидуального сознания, то смерть индивидуума может вовсе не означать смерть сознания, которое является не самостоятельным, но лишь частью сознания мультивидуума. Типлер писал о том, что смерти в обычном понимании не существует — тело может погибнуть, сознание же мультивидуума продолжает существовать, поскольку имеется некоторое, достаточно большое, число ветвей, где человек не умер, и сознание его сохранилось.

Типлер приводил мысленный эксперимент: если некий гражданин вздумал сыграть в «русскую» рулетку, то с вероятностью один к шести он вышибет себе мозги, но при этом возникнет минимум пять ветвей только лишь эвереттовского многомирия, где гражданин останется жив, и сознание мультивидуума сохранится, а следовательно, продолжит жить и сознание «погибшего», поскольку является частью общего сознания мультивидуума.

Работа Типлера, как и идея мультивидуума, были восприняты физиками как игра ума, интересная, но вряд ли реализуемая, а ведь достаточно было физикам в те годы заинтересоваться публикациями в журналах психологии и психиатрии, и они нашли бы множество подтверждений идеи мультивидуума. Одним из самых ярких подтверждений этой идеи был «казус Дубинина».

Жизнь этого человека, скончавшегося в 2030 году в возрасте 85 лет, описана в его мемуарах, опубликованных посмертно и проанализированных Альпером и Пасхиным в серии статей («Вопросы психиатрии, 2036»). Впоследствии аутентичность мемуаров подтвердил православный священник о. Александр. В психиатрии этот казус был сначала оценен, как пример разнесенного во времени расстройства множественной личности (обычно в РМЛ описывают одновременное существование нескольких личностей в одном сознании, в случае же Дубинина имело место последовательное замещение одной личности другой — при этом психиатры, изучавшие мемуары Дубинина, так и не смогли интерпретировать смену не только личности, но и РОР).

Итак, Владимир Дубинин реально прожил 85 лет, будучи большую часть жизни клерком в банке, но, как выяснилось, помнил при этом самого себя в других РОР, общим числом двенадцать. Важно отметить, что его сознание (точнее — память) перемещалось в его же сознание в другой реальности ровно в то мгновение, когда в одной из реальностей Дубинин по той или иной причине умирал. Приведу цитату из мемуара Дубинина[8] и обращаю внимание читателя на то обстоятельство, что в конце жизни Дубинин принял православие, уверовал в Творца, и это, конечно, отразилось на стиле и смысле его повествования, которое, тем не менее, вполне адекватно описывает произошедшие с ним события:

«В бесконечном Господнем мире реализуются все возможности, все пути развития — Творец оставил нам свободу выбора, а выбрать мы можем любой из потенциальных вариантов, верно?.. Каждый квантовый процесс может завершиться двумя или даже миллионом вариантов. Почему физики отбрасывают ненужные, как им кажется, решения? Разве этим они не умаляют Творца? Если что-то может осуществиться, оно должно осуществиться — Господь не оставляет нереализованным ничего из того, что сам же сделал возможным!

Я хочу сказать, что мир наш суть великое множество вселенных, где все возможное — реально. Есть мир, в котором государь Николай Второй не отрекался от престола, и есть мир, в котором Россия не победила Гитлера, и есть мир, в котором Володя Дубинин прожил полтора года и умер, подавившись косточкой. И есть мир, где Дубинин жил в страшной стране, под коммунистами, стране, не признававшей Бога, и наложил на себя руки от неразделенной любви…

Разве я один такой? Все мы, каждый из нас, проживаем множество жизней во множестве миров, и Творец следит за каждым из наших решений, каждому решению позволяет воплотиться, и в этом истинный смысл свободы воли, которой Он наградил нас.

Каждый мог умереть в полгода, мог — в десять лет или в тридцать, и это действительно происходит, но в нашем мире, в нашей веточке бесконечно разветвленного Древа мироздания, здесь и сейчас мы не подозреваем о существовании иных ветвей, иных Господних миров.

…Вот со мной и получилось… Умирая в одном мире, я оказывался в другом, там, где продолжал жить. Наверно, каждый из нас проходит через все свои возможные смерти, но Господь в милости своей дарует нам счастье не знать об этом. А я — помню. Почему Творец позволил мне помнить? Почему — мне? Это знак? Означает ли это, что я должен поведать миру о других вселенных, где другие мы живут… живем, осуществляя свободу воли?

Если бы мне было тридцать лет или хотя бы сорок, я, возможно, попробовал бы описать эти идеи уравнениями. Но мне уже восемьдесят пять. Я устал жить. Помню себя молодым — здесь, в нашем мире, и в десятке других. Умирая, я ощущал желание жить, любовь к этому воздуху, свету, к этим людям, деревьям, светилам небесным и гадам морским. Я хотел жить даже тогда, когда забирался на табурет, чтобы уйти из жизни, нарушая заповедь Господню, но не подозревая об этом. Я радовался, возрождаясь в ином мире после очередной смерти, и, в конце концов, решил, видимо, что так будет вечно, и что я, подобно Мафусаилу, переходя от одного своего „я“ к другому и сохраняя память о себе-любимом, буду жить столько раз, сколько миров существует в бесконечно разнообразной Вселенной, созданной Творцом.»

Обратите внимание: Дубинин, не будучи профессиональным физиком и ничего не зная ни об эвереттовском, ни о каких иных типах многомирия, вполне релевантно описывает именно состояние мультивидуума в мире, теоретически предсказанном Типлером. К сожалению, как я уже отмечал, до начала сороковых годов физики и психологи с психиатрами взаимно не замечали друг друга и, в подавляющем большинстве, не использовали в своей практике методы и данные коллег (были, конечно, исключения, вроде работ российского психиатра А. Никонова (2005), описывавшего психические отклонения, в частности, РМЛ, с точки зрения эвереттовского многомирия, и исследований Кавасаки и Ноно (Kawasaki & Nono, 2025), но такие исключения были редки и долгое время не оказывали влияния на общее состояние многомировой медицины — и в частности, психиатрии).

Отсутствие взаимодействия физиков и психологов выглядит с наших сегодняшних позиций странным — ведь физики уже чуть ли не сто лет говорили о влиянии наблюдателя на процесс наблюдения, об участии сознания в создании РОР, но все эти работы (включая блестящие книги Роджера Пенроуза «Новый ум короля» и «Тени разума»[9]) так и не сподвигли в те годы физиков и психологов, а также физиологов, изучавших работу головного мозга человека, объединить усилия в попытке понять ту реальность, которую обе стороны старались описать, используя собственные научные методы. Однако нужно признать, что реальное взаимодействие «физиков и лириков» началось лишь после создания теоретических основ современной науки о многомирии и уже после появления таких физико-психологических направлений, как институт Свидетелей, а впоследствии институт Поводырей.

Глава 6

Мультивидуум: феномен Пейтона

Отметив этот казус, хочу обратить внимание читателя еще на один пример ситуации, когда физики прошли мимо очевидного случая реализации мультивидуума. Я имею в виду широко в свое время описанный (в основном, к сожалению, в желтой прессе) феномен Пейтона.

Стивен Пейтон был в десятые-двадцатые годы нашего века одним из самых известных в США экстрасенсов и целителей. Уже это обстоятельство объясняет, почему профессионалы-физики и психологи не относились серьезно ни к этой незаурядной личности, но к его занятию, которое, кстати, принесло ему капитал более двадцати миллионов долларов. Экстрасенсорика и целительство — в том виде, в каком эти занятия практиковались вплоть до времени, когда ими все же заинтересовались и начали исследовать не на любительском, а на профессиональном квантово-механическом уровне, — считались в научных кругах лукавством, если не шарлатанством. Проводившиеся в ХХ веке (в том числе военными ведомствами различных стран) эксперименты в области экстрасенсорики (напр., попытки «передачи мысли на расстояние» и так называемого телекинеза) ни разу не увенчались успехом, что было естественно при отсутствии понимания физической сути этих явлений и, соответственно, неправильной методической составляющей. На этом общественном фоне понятно, почему в свое время феномен Пейтона не стал даже юридическим казусом и прецедентом, каковым на самом деле являлся. Необходимо было, чтобы в обществе созрела ситуация, когда многомирие перестало восприниматься экзотической физической теорией (не говорю уж о восприятии на уровне метатеории). Впоследствии, конечно, феномен Пейтона был исследован психологами и физиками (к счастью, совместно) и получил теоретическое обоснование, но к тому времени физика многомирия успела пройти много других ступеней в своем развитии, и потому феномен остался в тени научного поиска и не сыграл той роли, какую мог бы сыграть, если бы физики и психологи в свое время обратили на него надлежащее внимание.

На самом деле (и я настаиваю на этом) феномен Пейтона был не «одним из аргументов» для утверждения уже доказанных теорем многомирия, но явлением, которое, при надлежащем к нему отношении со стороны научного сообщества, могло, по меньшей мере, на два десятилетия приблизить создание тех теорем, следствием доказательства которых феномен Пейтона признается научным сообществом.

Не буду даже и пытаться спустя несколько десятилетий после смерти Пейтона в нашей РОР доказывать или опровергать его целительские и (или) экстрасенсорные способности. Имеется ряд свидетельств (не только адвоката Качинского, но и «излеченных» Пейтоном пациентов) того, что Пейтон действительно исцелял от болезней, не имевших, впрочем, существенно органической природы. Иными словами, он действовал скорее как психолог и психотерапевт, нежели врач-терапевт, и в этом смысле мало чем отличался от множества других «целителей» и предсказателей. Казус же Пейтона заключается в том, что он в своем завещании, заверенном юридически правильно и не опротестованном ни родственниками завещателя, ни коллегией адвокатов, распределил между родственниками и знакомыми не только свое движимое и недвижимое имущество, но и собственные способности.

Вот что сказано по этому поводу в завещании Пейтона, в настоящее время изученном не только юристами, но и физиками, и психологами:[10]

«Духовное наследие человека неразрывно связано с материальным и подлежит передаче наследникам в той же степени, но с обязательным учетом личности наследователя».

Далее я цитирую по сохраненному в компьютере адвоката Качински электронному письму Пейтона, которое, будь оно рассмотрено физиками и психологами в свое время, могло ускорить разработку ряда положений современной многомировой теории:[11]

[6] РОР (Разумно Ощущаемая Реальность) — классическая реальность, данная нам в ощущениях.

[7] Мультивидуум — целостность, образованная сообществом индивидуальных сознаний данного Ego в классических мирах (КРФМ) альтерверса (определение Лебедева, 2009). КРФМ, согласно тому же источнику, это совокупность квантово-механических соотнесенных состояний альтерверса, каждое из которых описывается волновой функцией.

[8] Цитируется по апокрифу «Исповедь» (Амнуэль, 2055).

[9] Penrose (1989, 1994)

[10] Цитируется по апокрифу «Завещание» (Амнуэль, 2055).

[11] ibid.