Первый раздел работы об основах ленинизма называется «Исторические корни ленинизма». Видно, что Сталин весьма диалектически подходит к изложению материала – и это, кстати, заметно облегчает понимание.
Это противоречие, кстати, ведет к взаимному ослаблению капиталистов: в данном случае оно работает и в нашу пользу.
Не правда ли, удивительно напоминает сегодняшний день?
Сталин не просто так упоминает о том, что говорил Ленин. Он всегда приводит цитаты, в которых это подтверждается. Поэтому данная книга ценна, помимо всего остального, еще и как сборник полезных выдержек из ленинских произведений.
Второй раздел – «Метод».
Можно прокомментировать, ссылаясь на то, как Гегель определял метод. Это осознание формы внутреннего самодвижения содержания того предмета, который вы разбираете. В данном случае речь идет о России в целом, о том положении, которое она имеет в мире, о той эпохе, которая была, и обострении противоречий, которые наблюдались в нашей стране: они поставили рабочий класс, трудящихся России в такое положение, что единственным выходом и разрешением противоречий по линии прогресса было осуществление социалистической революции. Поэтому, когда Сталин рассуждает о методе, надо иметь в виду, что этот метод неотделим от политической и идеологической практики, которую осуществлял Ленин, а затем и сам Сталин. Ну и, конечно, партия под их руководством, потому что ни Ленин, ни Сталин неотделимы от партии большевиков. Они были ее руководителями, вдохновителями, главным ее «мотором». Прав был Маяковский, заявлявший:
То же самое можно сказать и про Сталина. А вот про дальнейших деятелей уже нельзя так сказать. Итак,
Об осознании формы внутреннего самодвижения содержания. Внутреннее самодвижение – это когда рабочий класс борется. Не партия придумывает и направляет… т. е. она, конечно, направляет, но, поскольку идет классовая борьба, имеет место самодвижение – движение народных масс. Как утверждал Маркс, «когда идея овладевает массами, она становится материальной силой». Некоторые люди, отделяющие идею от класса, не понимают, что, как только эта идея войдет в массы, эти самые массы придут в движение. Ибо эти массы осознают, что осуществление этой идеи, отвечающее на вопрос «что делать?», – их коренной интерес. И они борются не просто за идею, а за свой коренной интерес, который выражается данной идеей. И в этом величие и Ленина, и Сталина, сумевших выразить данную идею четко и ясно.
Что тоже редко происходит.
Это правильно. Если не давать человеку совершать ошибки и извлекать из ошибок уроки, то чему он вообще научится?
В этой работе Сталин приводит много «аргументов» оппортунистов и меньшевиков – и убедительно их разбивает.
Это уже столько раз обсуждалось, что больше уже не имеет смысла. Главное – вопрос стоит не о большинстве и меньшинстве, а о силе. А сила организованного меньшинства может быть значительно больше, чем сила неорганизованного большинства. Вот простейший бытовой пример: спецназовец и рота домохозяек. Можно утопить самый передовой отряд в массе, так сказать, в болоте людей, которые вовсе не собираются сражаться – и тормозят все дело.
Сталин сформулировал четко и ясно эту дилемму: сначала брать власть, а потом учиться управлять – или сначала учиться управлять, а потом уже претендовать на власть? Это серьезнейший вопрос. Действительно, как же могут люди брать власть, если они не умеют управлять? Они ее не удержат, у них ничего не получится. Но ответ на этот вопрос не столь сложен, как может показаться на первый взгляд. Разве можно научиться управлять, если вы не будете управлять? Вы даже велосипедом не научитесь управлять, если не будете практиковаться в этом. И как вы сможете уверенно спускаться с гор на лыжах, если не будете стараться делать это снова и снова? Как вы можете научиться чему-то серьезному и большому, если не войдете в эту среду и не начнете этим заниматься? То есть учиться надо на практике. Учиться надо в борьбе. И никакого другого варианта не может быть. Как можно научиться управлять Россией, если вы не будете ею в прямом смысле слова управлять?
Поэтому надо сначала брать власть, указывает Сталин, а потом уже учиться управлять. А не так, что сначала мы научимся управлять, а уже потом… Ибо как же вы сможете научиться управлять страной, если вас везде эксплуатирует буржуазия, не давая решать никакие принципиальные вопросы. Но вы можете эту диктатуру буржуазии сместить, снести ее напрочь – и тогда начать учиться управлять. А пока нужно сделать первый шаг, убрать диктатуру буржуазии. Что же касается диктатуры пролетариата, то ее наладить непросто, это большая задача. И этой работой рабочий класс должен заниматься в течение всего переходного периода и далее, управляя движением социализма при перерастании в полный коммунизм, а также освобождением от родимых пятен капитализма. Этого он тоже никогда не делал. Он не знает, как это делается. Вот на этом и споткнулся рабочий класс в России. «Наверху» не оказалось необходимых людей, надежных вождей… а те, которые оказались, вместо того чтобы направить государство диктатуры пролетариата на решение этой принципиальнейшей задачи – перерастания социализма в полный коммунизм, – заявили: «Нам классовая борьба не нужна. Прекратим же ее! Вот, классовая борьба завершилась. Нам не нужна никакая диктатура. Мы будем теперь ждать пришествия полного коммунизма».
Все потому, что в реальности они ничем серьезно не управляли – никто и никогда на своем месте. Вот, скажем, чем управлял Горбачев? Да ничем. Горбачев управлял своим домашним хозяйством и своим благополучием. Это все люди, которые управляли своим благополучием, а не благополучием трудящихся – тех самых низов. То есть опять был нарушен базовый принцип.
Опять цитируют Энгельса, и снова получается, грубо говоря, не пришей кобыле хвост.
Своими аргументами Сталин просто разбивает оппонентов в пух и прах!
…особенно в условиях нового этапа капитализма, который при Марксе не изучали. А не изучали его потому, что он еще не наступил. Его изучением вплотную занимался Ленин. И сталинский метод это учитывает. И этот метод однозначно приводит к следующему выводу: не может быть революция сразу во многих странах, она может произойти только в одной отдельно взятой стране. На эту тему написаны две работы; одна из них называется «О лозунге Соединенных Штатов Европы» и посвящена тому, что мировую революцию не надо рассматривать как непременный результат одновременного усилия пролетариата всех ведущих стран: дескать, социалистическая революция совершилась натурально одним махом, в одно действие. Нет, так не бывает. В разных странах революция «созревает» по-разному. В условиях империализма не может быть такого, чтобы одновременно везде созрели условия для революции. Это во-первых.
Во-вторых, нельзя забывать, что революция – это весьма сложное действие, которое связано и с политикой, и с экономикой. Поэтому мировую революцию надо понимать как цепь взаимодействия революции и контрреволюции в разных странах. Какой же должна быть логика этого движения? Количество победоносных революций, как мы уже отмечали, должно превышать количество контрреволюций. И если мы внимательно посмотрим на ход развития мира после Октябрьской революции, то должны будем признать, что первая социалистическая революция дала освобождение от капитализма только в одной стране. А сейчас мы уже имеем определенное количество социалистических стран, которые успешно совершили социалистическую революцию и строят социализм. И потому это развитие теперь шагает семимильными шагами. В том числе и в Китае оно шагает, несмотря на все измышления Хрущева про мирные революции и про то, что теперь надо осуществлять революционные преобразования парламентским путем. Подобные теории являются не более чем искажением и извращением как теории империализма, так и теории революции. И несмотря на все эти измышления, скажем, Корейская Народно-Демократическая Республика и Китайская Народная Республика, опираясь на учение Сталина и верных соратников Сталина – товарищей Мао Цзэдуна и Ким Ир Сена, – продолжают свое движение вперед. И вполне логично уже вышли в авангард социалистического развития.
Третий раздел сталинской работы – «Теория». Здесь автор освещает ряд тем, начиная с того, какое значение имеет теория.
Дальше Сталин напрямую цитирует Ленина о том, что без революционной теории не может быть революционного движения.
Революционная теория – это и есть теория революционного движения. Как можно разделить теорию и движение? Что нам нужнее – сухая теория без движения или слепое движение без теории? Короче говоря, это антидиалектическое разделение категорически противно и марксизму, и историческому материализму. Оно, к сожалению, было характерно для Троцкого, Бухарина и других подобных деятелей – людей, которые вроде бы ходили «около» марксизма, «около» ленинизма, но так и не овладели ни марксизмом, ни ленинизмом как его новейшей и самой высокой, самой развитой версией.
То, что происходит стихийно, всегда находится на линии наименьшего сопротивления.
Давайте вспомним, что об этом оппортунизме писал Ленин. Он заявлял, что оппортунист не предает своей партии, не отходит от нее, а искренне усердно продолжает служить ей. Но его характерные черты – податливость настроению минуты, неспособность противостоять моде, беспринципность и бесхарактерность, принесение коренных интересов движения в жертву побочным и сиюминутным. Другими словами, он крутится тут же, рядом с вами, что-то делает, чем-то руководит. Но при этом он постоянно отвлекается на всякие мелкие задачи. И решает эти мелкие задачи. А осуществлять коренные задачи рабочего класса не хочет. Почему? Потому что это требует большого труда, равно как и большой ответственности. Образно выражаясь, он боится сунуть нос в кипяток жизни. Ни Ленин, ни Сталин подобного не боялись. Они натурально лезли в самый кипяток – так сказать, в сердцевину классовой борьбы.
Далее автор ссылается на рассуждения Каутского и его сторонников, которые сводятся только к первой части этого высказывания Маркса, но не берут его целиком. А ведь главное в революционном деле – дать правильный лозунг борьбы, призыв к немедленному движению трудящихся во главе с рабочим классом. Иначе получается абсолютно шаблонное восприятие положений марксизма.
Если немного упростить, оппортунизм – это просто приспособленчество. Получается, эти люди все время находятся поблизости, у них могут быть соответствующие значки, звания и должности. Они стремятся пробиться в руководители, желательно и в комиссары; хотят быть в военных советах. Но, повторимся, главные задачи они не могут, не умеют и откровенно боятся решать. Более того – уходят от них. И самое страшное, что они тем самым отвращают и народные массы от борьбы за свои коренные интересы. Им-то самим вся эта деятельность не нужна. Они ведь уже решили или решают свои карьерные задачи. Что же касается рабочего класса, то нужно помнить всегда: если вы не идете вперед, вы начинаете двигаться назад.
Этой теме посвящены многие работы Ленина (об империализме).
Сейчас таких принято называть глобалистами, а мы называем их империалистами.
Передовых – в плане эксплуатации трудящихся. Они эксплуатируют не только своих рабочих в собственной стране, но и трудящихся других стран. Причем даже в большей мере, чем своих.
…к которому этот самый империализм ведет империалистическую буржуазию. Одним словом, это дело и самой империалистической буржуазии, чья политика исходит из интересов получения прибыли. Причем в условиях, когда есть страны империалистические (метрополии) – и страны зависимые, колониальные. И само это положение вещей уже подводит дело к социалистической революции. Но прорваться цепь империализма может в каком звене? В слабом. Не в слабой стране, а в слабом звене. А слабое звено – там, где, кроме прочего, особенно решительную борьбу ведет рабочий класс.