— Физически захватить Убежище? Даже без предварительного слушания в суде?
— Штрафные санкции предполагают сначала захватить имущество, а потом уже проводить слушание. Вероятно, поэтому Дженнифер предпочла такую последовательность. Всем придется пошевеливаться. Половина конгресса сейчас на каникулах. — Лейша удивилась, как равнодушно звучит ее голос.
— Но как же правительство завладеет Убежищем? — спросила Стелла.
— Они могут сбить его с орбиты ракетой типа "Трут", — заметил Джордан.
— Нет, — возразила Стелла, — зачем уничтожать собственность, на которую претендует налоговое управление? Должно произойти... вторжение. Но орбитальные комплексы такие хрупкие. О чем, черт возьми, думает Дженнифер?
— Не знаю, — ответила Лейша. — Посмотрите на подписи. Ричард Энтони
Келлер Шарафи, Наджла Шарафи Джонсон, Гермиона Уэлс Келлер — думаю, Ричард не знает, что его дети обзавелись семьями.
Стелла с Джорданом переглянулись.
— Лейша, — упрекнула Стелла в своей обычной резкой манере, — тебе не кажется, что это выходит за рамки семейных новостей? Это гражданская война! Дженнифер наконец удалось отделить почти всех Неспящих от остального народа, от основных течений в американском обществе...
— Ты не находишь, — Лейша безрадостно улыбнулась, — что мы, двенадцать человек, сидящие в этом заброшенном компаунде в пустыне, сделали то же самое?
— Ты думаешь, — нарушила молчание Стелла, — что Убежище может на равных сражаться с Соединенными Штатами?
— Не знаю, — сказала Лейша, и Стелла в ужасе взглянула на Джордана. — Я плохой оракул. Всю свою жизнь я ошибалась в Дженнифер Шарафи.
— Но, Лейша...
— Я иду к ручью, — сказала Лейша. — Позовите меня, если начнется война.
Она оставила сердитых, сбитых с толку родственников, которые не могли отличить преступное равнодушие от преступной бесполезности, что Лейша находила гораздо страшнее.
Конгресс Соединенных Штатов серьезно отнесся к угрозеотделения Убежища. Это же Неспящие. Сенаторы и конгрессмены, разъехавшиеся было на зимние каникулы, поспешно вернулись в Вашингтон. Президент Кэлвин Джон Мейерхофф, крупный, малоподвижный мужчина, прозванный журналистами "молчаливый Кэл—2", обладал острым умом и слыл тонким политиком. Если Мейерхофф и видел иронию судьбы в том, что крупный внешнеполитический кризис в конце срока его президентства связан с частью округа Каттарогус, штат Нью—Йорк, то эта ирония не нашла выхода в пресс—релизах Белого дома.
Однако информационные сети Жителей усмотрели пищу для забавных двухминутных комедийных скетчей. Немногие Жители когда—либо сталкивались с Неспящими — те предпочитали работать с ишаками. ПрограммыЖителей восторженно предсказывали: "Очередь за Орегоном! Взгляд изнутри!" Голоактеры с наклеенными ресницами упражнялись на тему необходимости для жителей Орегона "разорвать политические узы, связывающие их с другим народом". Лозунги "Свободу Орегону" украсили гонки скутеров, брейни—вечеринки, дворцы для бесплатных танцев. Кимберли Сэндз выиграл Белмонтские зимние гонки на скутере, на котором флаг Орегона был нарисован поверх государственного флага.
Третьего января Белый дом сделал заявление о том, что в документе Убежища содержится подстрекательство к государственному мятежу и террору, поскольку Убежище является частью штата Нью—Йорк. Подобные призывы противоречат условиям свободной демократии. Национальная гвардия находилась в состоянии боевой готовности. 10 января делегация чиновников Госдепартамента и Налогового управления — редчайшее сочетание в истории американской дипломатии — прибудет в Убежище "для обсуждения ситуации".
Убежище пообещало встретить огнем любой космический корабль, который приблизится к орбитальному комплексу.
Конгресс собрался на экстренное заседание. Налоговое управление объявило о принудительной оценке имущества компании "Убежище, Инк." и его главных акционеров — семейства Шарафи. Таблоидные информационные сети, которые больше интересовались внешней стороной дела, вопили, что Убежище выставляют на аукцион для оплаты налогов и штрафов. "Кто—нибудь желает купить подержанный шаттл? Слегка поврежденную орбитальную панель? Орегон?" Компания ВБРН, "Брейни—канал", поставила спектакль, в котором Орегон достался паре из Монтеррея, штат Калифорния, и супруги заявили, что Национальный Парк Кратерного озера требует независимости.
Восьмого января Отдел информационных сетей "Нью—Йорк Таймс" вместе с почтенной газетой ишаков под тем же названием опубликовал статью "Зачем удерживать Орегон?" Переданная по всем ежедневным сетям экранная версия была озвучена комментатором; бумажная распечатка состояла только из этого материала.
Дру появился в Нью—Мексико вечером 6 января. День выдался необычно холодный; он кутался в красный шарф, а ноги прикрыл пледом. И то, и другое, как заметила Лейша, было из тонкой ирландской шерсти. Он проехал в своем кресле через большую открытую гостиную, когда—то построенную с расчетом на семьдесят пять гостей. Дочь Стеллы, Алисия, со своей семьей переехала обратно в Калифорнию, Эрик был в Южной Америке, Сет с женой — в Чикаго. Дру снова изменился, подумала Лейша.
Привык к славе. Здороваясь, Дру смотрел открытым взглядом, но теперь в нем не было даже жажды внимания. Он уверен в себе и без ее поддержки. Но в то же время Дру все еще взирал на мир с интересом, но к этому добавилась легкая вызывающая улыбка.
Лейша помнила — так смотрел ее отец.
— Я решил вернуться домой, — сказал Дру, — на тот случай, если политическая ситуация станет по—настоящему напряженной.
— Ты думаешь, этого не произойдет? — сухо спросила Лейша. — Хотя ты ведь не знаешь Дженнифер Шарафи.
— Да. Но зато ты знаешь. Лейша, скажи мне, что будет с Убежищем?
В его голосе слышалась прежняя одержимость. Неужели Убежище питает его светлые сновидения?
— Военные не расстреляют Убежище, если ты это имеешь в виду, — ответила Лейша. — Там, наверху, гражданские лица и примерно четверть из них — дети. Дженнифер всегда хватало политической осторожности, чтобы не пересекать грань, за которой может последовать серьезный ответный удар.
— Люди меняются, — заметил Дру.