Нексус Эрдманна (сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дру энергично говорил:

— Гипноз частично тормозит кору головного мозга, вызывая универсальные... очертания, как я их называю. У меня не хватает слов, Лейша, ты же знаешь, мне их всегда не хватало. Я просто знаю, что они существуют во мне и во всех остальных. Я вызываю их наружу, и они принимают свои собственные контуры во сне человека. Это нечто вроде частично управляемого сна наяву. — Он глубоко вдохнул. — Это мое открытие.

У Лейши возникли вопросы, и она немного успокоилась.

— Ты хочешь сказать, что ты определял, что именно мне будет... сниться? — Она не смогла сохранить бесстрастный тон. Ее одолевало слишком много разноречивых чувств. — Дру, это и называется спать? Именно это происходит со Спящими?

Он покачал головой:

— Нет. Очень редко. Мне кажется... я еще сам не знаю, что получил. Ты же первая, Лейша!

— Мне... снился отец. И мать.

Глаза юноши блестели.

— Я работал с очертаниями своих родителей.

Его лицо внезапно потемнело, и Лейше вдруг не захотелось поделиться с ним воспоминаниями. Сновидения... это слишком интимно. Слишком иррационально. Слишком много табу снято. Но если это капитуляция солнечному свету, нежности... Нет. Она всегда знала, что сны — это бегство, она, которая никогда не видела снов. Забвение — такой же уход от реальности, как псевдонаука Алисы о близнецах. Но Дру ее заставил испытать такое...

— Я слишком стара, чтобы выворачивать свой мир наизнанку, словно носок!

Дру неожиданно просиял такой торжествующей улыбкой, что она ослепила Лейшу. Но она крепко держалась за свой разум.

— Дру, четыре пациента после такой же операции не приобрели подобного дара... — Она не могла подобрать нужного слова.

— Они ведь не были художниками, — возразил он с уверенностью заново родившегося человека. — А я — творец.

— Но... — Лейша не смогла продолжить, потому что Дру, все еще улыбаясь, подался далеко вперед из своего кресла и крепко поцеловал ее в губы.

Лейша застыла. Ее тело отозвалось на поцелуй впервые за... сколько лет? Много. Соски стали твердыми, мышцы живота напряглись... от него пахло мужским естеством. Лейша резко отодвинулась.

— Нет, Дру.

— Да!

Ей очень не хотелось портить его триумф. Но в другом она была тверда.

— Нет.

— Почему? — Он побледнел, зрачки стали огромными.

— Потому что мне семьдесят восемь лет, а тебе двадцать. И для моего разума, Дру, ты ребенок. И всегда им останешься для меня.

— Потому что я — Спящий!

— Нет. Потому что нас разделяют те пятьдесят восемь лет, которые ты не прожил.

— Ты думаешь, я этого не знаю? — яростно спросил Дру.

— Да. Ты не представляешь себе, что это значит. — Она накрыла его ладонь своей. — Я думаю о тебе как о сыне, Дру. Не о любовнике.

Он посмотрел ей прямо в глаза:

— Чем так испугал тебя сон об отцах и детях?

— Мне очень жаль, Дру, — она вложила в эти слова все сострадание, на которое была способна.

— Я усовершенствую свое искусство, Лейша, и покажу тебе такое, о чем ты никогда... Лейша!