― Давай, ― говорит Грей, выводя меня из задумчивости, и выскальзывает из машины.
Я вылезаю следом и осторожно закрываю дверь, не желая пока будить ее. Я поворачиваюсь к Грею.
― Мне нужно знать, кто это с ней сделал. Она не говорит.
― Уже занимаюсь этим. Я отправил ее данные Винни. Он подготовит досье в течение ближайших нескольких дней.
― Спасибо. ― Я оглядываюсь на машину. ― Я не представляю, что с этим делать. Как мне ей помочь?
― У тебя все получится, парень. Ты любишь эту девушку, даже если не готов принять это. Просто убеди ее, что она не одна. Напомни ей, что у нее есть выбор, ― говорит Грей.
Он прав. Я люблю ее, это никогда не вызывало сомнений. Но сейчас ей нужен друг. Все, о чем я могу думать, ― это о том, как я ее подвел. Точно так же, как и Шона.
― Спасибо, что поехал со мной. Но тебе пора.
― Ты уверен? Я могу остаться ненадолго, ― предлагает Грей.
― Нет, я разберусь. Езжай домой, к семье. Увидимся утром.
― Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. ― Он кивает головой, поворачивается и идет прочь по подъездной дорожке. Он живет всего через пару домов отсюда, и это очень удобно, учитывая, что он оставил свою машину у ледовой арены.
Я подхожу к пассажирской двери. Открываю ее и наклоняюсь, чтобы отстегнуть Монтану. Я уже собираюсь взять ее на руки, но останавливаю себя.
― Танна, мы дома, ― шепчу я, делая шаг назад, чтобы дать ей необходимое пространство.
Я заметил, что она не любит, когда к ней прикасаются, и это бесит меня еще больше, потому что раньше она всегда с радостью принимала мои объятия. Именно она держала меня за руку на похоронах Шона.
Ее ресницы трепещут, и она растерянно оглядывается по сторонам, кажется, в замешательстве, прежде чем взгляд ее больших голубых глаз встречается с моим.
― Я не хотела засыпать.
― Все в порядке. Пойдем, я провожу тебя внутрь. ― Я делаю еще один шаг назад и протягиваю руку. После секундного сомнения она наконец вкладывает свою ладонь в мою, и я помогаю ей выйти из машины.
Как только мы оказываемся внутри, Монтана поднимает голову и оглядывает холл.
― Ты живешь здесь один? ― спрашивает она, высвобождая руку. Затем она отодвигается, чтобы увеличить расстояние между нами.
― Да, я живу один, Танна. С кем еще я могу жить?
― Не знаю. Девушка, жена? ― спрашивает она.
― У меня нет девушки. И ты первая узнаешь, когда у меня появится жена. ― Потому что ты единственная, кто может ей стать. Я не произношу этого вслух. Вместо этого я жестом руки приглашаю ее следовать за мной. ― Пойдем, я покажу тебе гостевую комнату. Ты сможешь подняться по лестнице? Хочешь, я понесу тебя?
― Я справлюсь.
И она делает это. Медленно, так чертовски медленно. Вижу, как ей больно, но я иду рядом с ней, готовый помочь и подхватить ее, если она упадет.
Когда мы добираемся до верхней площадки, Монтана, кажется, вот-вот рухнет.
― Ты не обязана делать вид, что все в порядке. Если тебе нужна помощь, я здесь, рядом.
― Я знаю, ― говорит она, но я сомневаюсь, что она действительно так думает.
Я открываю дверь в гостевую комнату, расположенную прямо рядом с моей спальней, вхожу и жду.
― Если тебе что-то понадобится, просто дай мне знать, ― говорю я, откидывая покрывало на кровати. ― Ложись. Я пойду приготовлю тебе что-нибудь поесть. ― Я указываю на дверь, ведущую в смежную ванную. ― Ванная там.
Монтана кивает головой. Я наблюдаю за ней некоторое время, чтобы убедиться, что она в состоянии сама забраться в кровать. Затем я бегу обратно вниз по лестнице, перескакивая через несколько ступенек.