— Так тебе дашь — и ты уйдешь, — вмешался муж с гривной. — А ведьма как присосется, так пока досуха не высмоктает, не отпустит.
— А может, и не ведьма она, — так же лениво продолжал Дедко. — Может, дурит вас?
— Не-е! — уверенно возразил муж с гривной. — Чаровница исконная. Батя мой, староста наш, ей княжьим гневом пригрозил, так она на него палкой махнула и испортила. Слег батюшка и не встает, хотя допрежь крепок был. Она, дрянь такая, на всех в деревне пообещала порчу напустить, ежели не откупимся.
— А ну как она на меня палкой махнет — и я тоже слягу? — поинтересовался Дедко.
— Не будет того. Ты ж ведун. Вас ни яды, ни порча не берут! — уверенно заявил муж с гривной. И вдруг усомнился: — Иль вранье это?
— Правда, правда, — успокоил Дедко. — Ущучим мы ведьму. Верно, малой?
— Ага! — охотно подтвердил Малец. — Ты, Дедко, кого хошь заборешь! Без всяких приманок.
— Спужался всё же, малой, — хихикнул Дедко. — Ну за испуг я тебя после спрошу, а нынче надо бы коняшек поторопить. Этак мы до завтра в санках трястись будем.
— Не побегут они шибче, — буркнул возница. — Сказал же: притомились. Устал — так на лыжи встань да беги рядом.
— Холоп у тя больно разговорчив, человек, — с легкой угрозой процедил Дедко. — Давай я ему язык отрежу? Забесплатно.
— Он верно говорит, — поддержал возницу муж с гривной. — Устали лошадки. Идут как могут.
— Да ну? — прищурился Дедко.
Малец знал этот прищур. И еще знал: недоволен Дедко. А когда Дедко недоволен, лучше сразу запрятаться куда-нибудь и сидеть тихонько.
— Показать тебе, как они могут? — поинтересовался Дедко у мужа.
— Ты, ведун, это… — начал тот, но закончить не успел. Дедко сложил руки у рта ковшиком и завыл. Да так похоже. Будто вожак стаю скликает.
Лошадки всхрапнули разом и дружно перешли с шага на рысь.
— Видишь? — спросил Дедко. — Могут они и лучше. И еще лучше могут, — удовлетворённо произнес Дедко, когда из чащи откликнулось сразу несколько волчьих голосов. Да сразу так близко, что лошадки рванули со всех ног, едва ли не галопом. Понесли.
Санки уже не качались, а взлетали и падали, мотаясь из стороны в сторону.
Возница, вставши на ноги, вцепился в вожжи.
Дедко тоже встал, держась за бортик. Власы его, выбившиеся из-под шапки, развевались на ветру. Дедко захохотал.
Вой тоже вскочил. С копьем наизготовку.
Привстал и Малец. Сидеть в несущихся санях было очень неудобно.
Вот они!
Малец увидел мелькающие меж деревьев серые тени. Волки мчались высокими прыжками, утопали в снегу, пока не выскочили на дорогу.
— Прочь, прочь! — заорал вой, размахивая копьем.
Лошади храпели, Дедко хохотал. Малец тоже засмеялся. Он тоже так сможет, когда выучится.
Если ведьма не сожрет.
Ведьму деревенские поселили в лучшем доме. У того самого мужа с гривной, что сейчас из-за волков сам на Дедку волком смотрел. Пахло из сеней вкусно. Малец сразу учуял, как они с Дедкой во двор вошли.
А ведьма — ждала. Стояла в дверях. Лицом — строгая. На голове плат расшитый, обереги на платье — жемчугом да серебром. Сапожки синие, сафьяновые. Такие жалко о грязный дворовой снег марать.
Она и не стала. Остановилась на крылечке.