– Да-да, конечно…
Я решила не отчаиваться и не слушать вредного Бяку. Пусть злорадствует сколько хочет. Но я-то знаю, как это бывает: запишешься на маникюр, ждешь своей очереди неделю, а потом хоп – и в самый последний момент то запара на работе, то еще что-то.
В общем, я уговорила себя, что не стоит расстраиваться.
Однако когда к часу не пришла и вторая клиентка, а ароматный чай окончательно и безвозвратно остыл, мой позитивный настрой все-таки дрогнул.
– Да что это такое? Вчера же сказали, что придут! Клятвенно заверили!
– Возможно, – Бяка надулся меланхоличным пузырем, – дело в том, что вчера все были веселы и дружелюбные и под звуки музыки готовы расцеловать тебя в обе щеки и наобещать чего угодно. А сегодня утром проснулись и даже не вспомнили о своих обещаниях… потому что изначально не собирались их выполнять.
Обида кольнула, неприятно оцарапав душу, но возразить мне было нечего.
– Может, все-таки дела?
– Конечно дела, – тут же подхватил Бяка, – гораздо более важные и интересные, чем тащиться на окраину для сомнительного омовения.
– Злой ты.
– Не злой. Просто в облаках не витаю, в отличие от некоторых.
В том, что меня и правда унесло в какие-то облака, я убедилась, когда и третья клиентка не пришла. Они все меня проигнорировали! Я была недостаточно убедительна? Мои листовки оказались смешными? Или все это и правда глупости, как сказал Байхо?
Последняя из потенциальных клиенток должна была прийти в три. Я ее прождала до половины пятого, но была вынуждена признать очевидное: никто не придет.
– Ну и ладно, – буркнула себе под нос и задула ароматическую свечу, стоявшую на подоконнике в купальне.
Сизый дымок тонкой струйкой поднялся к потолку и исчез, как и мое хорошее настроение. Я унесла обратно чистые полотенца, сложила в коробку все штучки и баночки, которые утром расставляла с такой любовь и восторгом, и пошла в кухню.
Чай остыл, печенье, весь день пролежав на блюдечке, засохло и хрустело на зубах. Угрюмо подперев щеку, я жевала его, не чувствуя вкуса, смотрела в одну точку и горестно вздыхала.
Очень обидно, когда начинаешь что-то делать, и на первом же шаге тебя поджидает суровый облом. Нехилое такое испытание для уверенности в себе и своих силах.
Когда солнце уже катилось к горизонту, раскрашивая небо ярко-красным и оранжевым, в дверь постучали.
– Ну и кого там нелегкая принесла? – буркнула я и пошла открывать.
Единственным человеком, которого мне хотелось сегодня увидеть, был дознаватель. Я бы пожаловалась ему, повздыхала, а он бы посмотрел на меня своими яркими глазами и улыбнулся. Увы, за дверью оказался не дознаватель, а какая-то женщина в темно-бордовом платье. В ожидании, когда ей откроют, она стояла спиной к двери, уперев руки в боки, и большими пальцами терла поясницу.
– Добрый вечер, – сказала я.
Гостья обернулась, и я смогла как следует ее рассмотреть. Красивая, с правильными чертами лица, тронутыми беспощадной дланью возраста. В темных волосах пробивались серебряные пряди, вокруг глаз – веер морщинок.
– Здравствуй, – грудным голосом произнесла она и, чуть нахмурившись, добавила: – Мне Ладка вот это дала. Сказала, надо непременно попробовать.
На ее ладони лежала смятая рекламная листовка Алмазных водопадов.
Так вышло, что мои потуги результата не принесли, а вот у Лады получилось заинтересовать и заманить к нам клиентку.
Я мигом справилась с растерянностью, запихала подальше тухлое настроение, одолевшее меня под конец дня, и, радушно улыбаясь, пригласила женщину войти.
– Добро пожаловать. Меня зовут Мари, и я буду вашим мастером.
– Я Элен, – представилась первая клиентка и перешагнула порог.
Пока я вела ее через холл, испытывала смятение, потому что вокруг было не очень. Очень не очень. Прямо совсем не очень. И сейчас, в присутствии гостьи, это особенно бросалось в глаза. Я краснела, а Элен, кажется, ничего не смущало.
– У вас ремонт? – Она водила по сторонам проницательным взглядом, подмечая убогие детали.