Вагнер. Дорога на Бахмут. 300! 30! 3!: читать начало книги онлайн

Пусть здесь, пусть в таких условиях, но мы живы… И жаловаться на условия грешно…

Ровно в 00:00 после боя курантов хохлы начали принимать поздравления от наших БМ-21 «Град». Мы сидели до часу ночи и ждали, какой подарок прилетит в ответ. Накануне хохлы громко заявляли, что готовят нам новогодние сюрпризы. Однако прилетел всего лишь «скромный» пакет «Градов» с фосфором. Мы вышли посмотреть на этот фейерверк на улицу. Эх, и красота)!

Они влупили по перекрестку в центре Семигорья, откуда час назад работали наши. Посмотрели и все, легли отдыхать. Наутро мне предстояли дела личного характера.

Вернусь немного в прошлое. Незадолго до описываемого случая меня познакомили с парнишкой. Позывной «Слон», звали Леха. Слон был кашником, небольшого роста, жилистый, прям сиделец сидельцем. Как и многие — с непростой судьбой. По проверенной информации, случайно лишил человека жизни (тяжкие телесные, после которых мужик скончался). Двое детей, жена. Пока отбывал наказание, умерла жена, бабушка от внуков отказалась, и дети оказались в детском доме. Слон очень переживал по этому поводу, искренне хотел вернуться к нормальной жизни, приехать, получить заслуженную амнистию и забрать детей.

Его Брезент с ТЭЦ забрал в саперы.

Леха на зоне был кольщиком. И тут у меня закралась мысль: на память о «конторе» и командировке сделать татуху. Только не обычную, а чтобы такая только у меня была. Слон согласился помочь. Я ему говорил, что хочу видеть, а он рисовал. В итоге мы создали ее. О Лехином умении узнали в нашем расчете, и потом многие изъявили желание набить татуху. Но первым был Игорек Кипиш. Мобик с Омска. Худой, лет тридцати четырех, ниже среднего роста, со своими странностями, из-за того, что когда-то баловался наркотиками, но пацан добрый, отзывчивый. Не помню случая, чтобы он кому-то отказал. И я его подтянул, чтобы без очереди.

Леха деньгами оплату не брал, только подгонами. Мы с Игорьком подогнали ему много ништяков, чтобы он мог заниматься татухами. Телефон, пауэрбанк, краски, сигареты, чай (всего уже не упомню).

Начали с того, что красок у Лехи не было. Он нашел на ТЭЦ транспортирную ленту, и мы стали изготавливать жженку. Для тех, кто не знает, жженка — это самодельная краска. Для ее изготовления нужно сжечь резину, потом все, что осталось, вскипятить, после кипячения протереть через плотную материю, собирая с ткани кашицу. И снова кипятить, и снова протирать. После крайнего кипячения добавляем зеленку и разливаем по баночкам. Вуаля — краска готова.

Утром 1 января 2023 года мы как раз и запланировали начать колоть. С утра пораньше я прыгнул на трактор и поехал к Брезенту в Семигорье. Леха сделал самодельную машинку из моторчика, струны и небольшого регулятора мощности. Это было мое первое тату, за исключением, когда в курсантские годы, сидя на парах от безделья, колол крестик сам себе на кисти иголкой и выдавливал гелевую пасту.

Мне сказали купить заживляющую мазь и какую-нибудь заморозочку в спрее. Вот я приехал к Лехе, мы с ним чифирнули, и это было большой ошибкой. Потому что чифир он делал добротный, настоящий, и пили, как полагалось по глоточку, передавая кружку друг другу вприкуску с шоколадкой. Целая церемония, ё-мое. Заходим в комнату, окна, как всегда, все заколочены и такой полумрак, лишь сигаретный дым, музычка играет в колоночке, что там за окном, прилеты или не прилеты, вообще по фигу.

Лег я на кровать, а тату большая, на левую часть груди, он обмазал рисунок дезодорантом Олдспайс и прилепил на меня. Это нужно было для того, чтобы рисунок свелся на мое тело. Как бы мне стыдно не было, но я скажу, мне пришлось ради этого побрить грудь, видели бы вы эту боль в моих глазах. Но это требовало такого позора. И он приступил обводить контуры рисунка машинкой. Сначала было терпимо, а в той части, ближе к подмышке кожа нежная, даже у меня. Я, когда ехал, думал сделаем за один раз, но это такая боль, что я зарекся, наверное, никогда больше ничего не колоть. Плюс Слон с фонариком работал, а он постоянно разряжался.

Между колкой мы отходили покурить и еще чифирнуть, а чифир поднимает давление, и с меня кровь как с поросенка чуть ли не струйкой лилась, он заколебался постоянно протирать ее. Постоянно подтачивал струну, менялось напряжение, и Леха то медленно колол, то как будто резал. Короче, сделать он смог одну треть, я уже не выдержал больше. Но лучше бы не останавливались на перекуры, потому что, когда постоянно испытываешь боль, как-то привыкаешь, а после остановок это был просто ад.

Сеанс закончен. В следующий раз нужно было идти как минимум через неделю, чтобы успело поджить. Я боялся, что будет недоделано. И даже в случае чего, планировали с ним, что он когда-нибудь мне ее доделает на гражданке, так как живет в ста с лишним километрах от меня. Брезент Леху не любил. Да он вообще кашников не любил и постоянно донимал его, какой-нибудь фигней. Приезжаю домой, сразу «коршуны» налетели: «Ну покажи, ну что там…»

Вечером немного подморозило и даже выпало пару снежинок. Мы с Олегом по необходимости ходили звонить на дорогу (иногда по очереди, иногда вместе). В этот вечер я пошел один: хотел узнать у родных, как отпраздновали, да и вообще, как дела. Разговаривать долго не было возможности. Банально дорого. Приходилось постоянно пополнять счет. Жена Олега как-то прознала про пополнение через интернет, через приложение, и я научил свою. Это было хорошее открытие.

Звоню.

— Привет как дела?

— Всё хорошо, мама умерла…

Тишина… шок.

— Что, какая мама, чья???

Она ответила, что ее. Таким тихим и невозмутимым голосом, что стало жутко. Я реально охренел. Для понимания: в закрытом городе, в котором мы жили, ни у меня, ни у жены родственников больше не было, только хорошие товарищи и знакомые. Жена на тот момент гостила у моих родителей.

В итоге выяснилось, что теща вышла во двор почистить машину от снега, ей стало плохо, упала и все… Нашел ее в пять утра, по московскому времени, участковый, с Уралом разница в два часа. Участковый позвонил жене и скинул фото матери…

Все были шокированы, новость застала врасплох. Надо было что-то делать, но для этого мне надо выехать в город, позвонить товарищам, чтобы хоть как-то помогли по организации похорон.

Первое января, на праздничные дни все билеты на поезда раскуплены… Хрен уедешь. Короче, западня. Но и торопиться особо было некуда, кроме православных канонов погребения не торопило ничего.

Тут опять немного про особенность закрытых росатомовский городов: в выходные или праздники ни хрена ничего не работает, даже морги.

К третьему января мы заранее переехали на новую позицию, в конце Кодемы, под холм. Мне кровь из носу надо было попасть в город, но начальники не торопились меня отпускать. Смекалка наше все, нашелся выход. Пока суета с переездом — поговорил с ребятами с артдивизиона 137-го парашютно-десантного полка, они дали добро и согласились взять на следующий день с ними, но было одно условие: я должен был переночевать у них в Семигорье.

На следующий день, уже под вечер, по темноте, машина, которая ехала с ротации минометчиков, подхватила и меня. В машине среди минометчиков встретил конторского парнишку, который ехал к командиру в Светлодарск. Разговорились, ну я ему и рассказал причину своей поездки. Приехал в Семигорье, сели за стол, а у них даже телевизор оказался с российскими каналами. Сидел тогда, смотрел, как будто первый раз его вижу. Ведь шел пятый месяц командировки…

В этот момент открывается дверь и заходят командир взвода и старшина Муфаса. Смотрят на меня, стоя на пороге, и говорят: «Пошли, поговорим». Саня еще оперся на биту при этом. Выглядело, конечно, эпично.

Я сначала даже не понял, что произошло, а оказалось они приехали меня наказывать за то, что я без разрешения покинул позицию. В моем еще чуть-чуть военном мозгу промелькнула мысль: «Я же за себя все равно оставил заместителя». Но тут свои порядки…

Парни мне говорят: «Выбирай на «Рысь» или здесь?» «Рысь» — это точка командного пункта отряда. Честно, лучше было попасть в штурмы, чем на «Рысь». При этом слове у всех бежали мурашки по коже. В самом начале, как я писал, мы спокойно туда заходили, а после — даже по делу лишний раз никто не хотел ездить.

Что ж, решил здесь, косяк есть косяк.