Великие Спящие – 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Жаль только цена, которую пришлось заплатить за избавление от этого вечно занесённого над его головой клинка, была чересчур высока…

К’ирсан до сих пор помнил тот миг, когда после разговора с предательски ударившим в спину Айрунгом, он покинул временно обретшего плоть Двойника и вернулся в своё тело. Как открыл глаза, медленно поднялся, огляделся и… как ужаснулся увиденному.

Вообще идея отправиться на войну с Двуликим Оррисом не лично, а скрыв тонкое тело внутри Двойника оказалась чрезвычайно удачной. Помимо понятной страховки от смерти в бою, Кайфат получил не только связь с защищавшими оставленное дома тело магами, но и смог без проблем контролировать собранную в алтарях энергию веры. А ведь это стало самым действенным оружием Кайфата против Двуликого!

Однако не бывает решений и поступков, которые не несли бы какого-нибудь урона или в чём-то не приносили убытков. Не бывает абсолютного оружия или несокрушимой защиты, идеальных правителей или совершенных законов — всегда есть какой-то изъян, с которым приходится мирится. Точно так же и в любом плане есть слабое место, куда обязательно ударит опытный противник.

Слабым место Кайфата было его тело и именно его атаковал Оррис-Рошаг. Да, К’ирсан подготовился и заранее были созданы заклинательные фигуры, подготовлены Круги магов и шаманов, призваны лучшие воины… Но им противостояла божественная сущность, помнящая ещё вартагов, и она умела сражаться.

Вернувшийся в тело К’ирсан вместо подготовленной ритуальной площадки оказался на ещё одном поле битвы. Вокруг царила разруха — воняло гарью, земля была испещрена шрамами от массово применявшихся боевых чар, повсюду вперемешку с телами погибших магов, воинов и Молниеносных валялись туши разновеликих демонов. Рядом же с Кайфатом, явно прикрывая его до последнего, лежал высохший до состояния мумии Мокс Лансер. Верховный маг отдал жизнь ради спасения своего Владыки. И К’ирсан вряд ли когда смирится с этой потерей!

В какой-то миг он даже подумал, что умерли вообще все, но спустя несколько минут из-за завалов из монстров появились Тёрн, Храбр и Гхол, а впереди всех прыгал Руал. И всё ещё парящие пятна демонического ихора, покрывающие их с ног до головы, буквально кричали о том, чем друзья и соратники только что занимались. И если с Храбром и Тёрном всё было понятно, то присутствие раненого в Талаке Гхола и оставленного рядом с Яр’миром Прыгуна откровенно шокировало. Махнуть рукой на собственное здоровье, проигнорировать прямой приказ и прийти защищать своего императора, возможно даже умирать ради него… От такой верности щемило сердце даже у холодного циника К’ирсана.

— Победа⁈ — сходу принялись кричать самые верные его соратники и друзья.

И К’ирсан, прижав к груди прыгнувшего к нему на руки ластящегося Руала, не выдержал и засмеялся:

— Победа!!!

Распробовал это слово, ощутил его фантастический вкус и снова закричал:

— Победа!!

Да и как иначе? Длинноухие были ослаблены, а то и вовсе выброшены на обочину Большой игры. Льер Бримс как и множество его Мастеров мертвы, а значит больше некому предъявить претензии убийце предыдущего Архимага и главному смутьяну Сардуора. Были опасения, что открыто появившийся на мировой сцене Великий артефакт кое-кому вскружит голову, но и здесь судьба сложилась удачно. Скипетр Всех Стихий был повреждён, что гарантированно снижало его мощность и способность стать очередным пугалом для неугодных государств.

А ещё… и это главное… низвергнуты в Бездну Рошаг и стоящие за ним Великие Спящие. Разве это не победа⁈

К’ирсана навсегда запомнил тот миг, когда несмотря ни на что его распирало от восторга. Когда ему хотелось кричать, плакать, совершать какие-нибудь сумасбродные поступки… И как потом, внезапно, упоение от добытой победы сменилось чудовищной, запредельной, лишь один раз в жизни испытанной болью.

Кайфат рухнул тогда как подкошенный на землю и только нечеловеческим усилием воли смог подавить рвущийся из него вопль. Правая рука, часть правой стопы — те самые части тела, которые были ранены Двуликим Оррисом, вдруг начали стремительно сморщиваться, чернеть, а потом и вовсе распадаться грязным пеплом. И Кайфат ничего не мог с этим поделать. Несмотря на всю мощь К’ирсана, несмотря на то, что повреждения были нанесены не ему лично, а связанному с ним Двойнику, раны всё равно разъели тело. Древний лжебог всё-таки смог отомстить своему убийце.

И это тоже была цена победы!..

Первое время после битвы с лжебогами, пока отлёживался в постели под присмотром лучших лекарей заметно ослабевшего Корпуса и неотступно сидящего с ним Руала, Кайфат верил, что удастся исцелиться. Но реальность далеко не всегда подчиняется нашим желаниям. И есть в мире вещи, которые не по зубам даже могучей воле живого бога. Раны на лице, отсутствующая правая рука и часть стопы — вот те вещи, с которыми ему следовало смириться и с которыми предстояло жить.

Впрочем, Кайфат не жаловался. Горечь потерь — вот тот вкус, что пробивается сквозь приторную сладость побед. К нему надо просто привыкнуть…

Спустя несколько седмиц, Хозяева Порубежья преподнесли ему в дар металлический протез — он пристёгивался к плечу, и при необходимости ему можно было придать нужную форму. Нормальную конечность это не заменяло, но некоторую пользу всё же приносило. Позже появилась искусственная стопа, и К’ирсан начал пробовать ходить без костылей, учиться писать и драться левой рукой…

Жизнь императора Сардуора, а заодно и всего мира постепенно входила в новую колею. В ней не было места мировым заговорам, противостоянию держав и борьбе с божественными сущностями. На какое-то время все сосредоточились на своих собственных проблемах, восстанавливая утраченное, разбираясь с настоящим и задумываясь о будущем. Впрочем, Кайфата мало волновали дела остальных, он впервые за много-много лет сосредоточился на развитии своего молодого государства. И надо сказать, получалось неплохо.

Ещё К’ирсан завершил свой компендиум по магии, своё истинное наследие, достойное передачи его детям. Возродил Двойника и утвердил закон о смене власти в империи, продолжил работать над развитием культа Владыки… Проще говоря, К’ирсан Кайфат строил свой дом. Пусть даже дом этот и был размером с империю. Главное, что он шёл к нему большую часть жизни, преодолевая немыслимые трудности и перенося жуткие испытания, пока, наконец, не добрался до цели…

Вот только в какой-то момент К’ирсан внезапно осознал, что его терзает смутное, ни с чем не связанное беспокойство. Словно у какого-то лодыря, у которого от безделья и понимания всей бессмысленности своего существования, развиваются всевозможные мании и страхи.

И это было неправильно.

Но что самое ужасное, с каждым днём беспокойство всё росло и росло, пока в какой-то момент не превратилось в уже задвинутое на задворки памяти предчувствие надвигающейся угрозы. Пока ещё безумно далёкой, но уже имеющей конкретную цель. И цель эта — К’ирсан Кайфат.

Только тогда Кайфат с внезапной ясностью вспомнил старательно забытый миг, когда Светлая ипостась Двуликого Орриса в панике бежала с места сражения. Ослабленная, потерявшая божественный статус, но полная злобы и ненависти к своим врагам. А как подсказывал Кайфату опыт: хуже нового врага, лишь враг недобитый. И от этого осознания перед внутренним взором К’ирсана словно зажёгся незримый маяк. Не воображаемый символ новой угрозы, а настоящий маяк, причём зажжённый не непонятно где, а во вполне конкретном и узнаваемом месте. На вершине Гуур’о’деми, Горы Грозящих Небу Демонов.

Именно тогда К’ирсан осознал, что дом, который он посчитал концом своего пути, этот дом не для него. Кайфат строил его для своих детей, и для детей тех, кто поверил в будущего императора, кто рискнул пойти за ним в пахнущую кровью неизвестность, кто убивал во имя Владыки и умирал с его именем на устах. Это был дом для них всех. Но никак не для К’ирсана Кайфата. Вечная война, вечная борьба за счастье близких и вечный поиск места для себя — вот его удел…

Во всяком случае пока живы враги! Однако кто сказал, что этого нельзя исправить? Пусть не сегодня, быть может даже не завтра и не послезавтра, но когда-нибудь совершенно точно. И тогда… именно тогда К’ирсан Кайфат доберётся до своего дома. Настоящего дома.

Липецк — Москва — Липецк,

Июнь 2015 — ноябрь 2017.