Великие Спящие – 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Желающих ожидаемо не нашлось. Хотя… хотя будь жив льер Бримс и задай Айрунг такой вопрос ему, можно было не сомневаться: слишком много возомнивший о себе сопляк ласточкой полетел бы в окно, а означенный Скипетр торчал бы у него хорошо если из-за пояса…

Но Бримса больше не было. И Айрунг мог поступать так, как считал правильным.

— Тогда перейдём ко второму вопросу сегодняшней повестки дня. Есть желающие оспорить моё право называться Магистром? — Айрунг с холодной улыбкой снова обвёл взглядом зал.

Кончиками пальцев рук он машинально поглаживал лежащий перед ним Скипетр. Что будет, если таковые желающие найдутся, никому объяснять не требовалось. Достаточно было вспомнить про Керена. Так что новых кандидатов в Магистры Наказующие тоже не нашлось.

И у Айрунга появилась причина задать третий вопрос.

— Ну и последнее. Если ни у кого нет возражений, то я выдвигаю свою кандидатуру на должность Архимага Нолда. И предлагаю проголосовать за эту инициативу, — громко, на весь зал объявил Айрунг и добавил: — Причём прямо сейчас!

На какой-то миг, когда заседание Совета взорвалось шумом, Айрунгу показалось, что он перегнул палку, но… но шум остался шумом. Сильные и смелые ушли, а те, кто остался, к открытому противостоянию готовы не были. Вместо открытой борьбы предпочитая ярость словесных и, главное, ни к чему не обязывающих битв. Так что когда накал споров стих, Айрунг таки получил своё голосование.

И в миг своего наивысшего триумфа мысленно обратился к медальону льера Бримса: «Простите, Магистр, но… но вашу просьбу исполнить я не смогу. Ваша эпоха ушла вместе с Маллореаном и Спящими. Наступило моё время. Спасибо за всё и… прощайте!»

Через седмицу или две, когда страсти в верхах Нолда утихнут, Айрунг или тогда уже Архимаг Айрунг планировал выйти в море и лично утопить медальон в самом глубоком месте океана. Наследие великого и могучего льера Бримса нуждалось в достойном месте упокоения. Так требовала совесть Айрунга, долг перед старшим товарищем и… чувство самосохранения!

* * *

Олег никогда не думал, что переживёт Битву Конца Света. С момента, когда Оррис Двуликий возвестил о своём возрождении, мага не оставляло ощущение, что его жизнь окончательно и бесповоротно выходит на финишную прямую. Впрочем, когда армия Нолда была переброшена в Грольд и подступила к границе Маллореана, он успел узнать, что такие взгляды разделяли многие.

И многие оказались правы. Битва с богами — или лжебогами, Олег уже запутался — стала очередной межевой линией в истории Нолда. Линией, которая отделила светлое прошлое, где государство Истинных было сильнейшим в мире и служило для всех прогрессивно настроенных торнцев маяком свободы и успеха, от неопределённого настоящего, со смутой в верхах, потерянным авторитетом власти и полным непониманием будущего развития страны.

Чем быть такому свидетелем, Олегу порой казалось, что для него было бы лучше сгинуть в бою. Тем более, что у него была для того куча возможностей. Он до сих пор помнил, как принимал на созданную им защиту вражеские удары, как от боли крошил зубы в песок, но продолжал держаться. Ещё в голове засел тот момент, когда он смог пересилить страх и напасть на саму Альме… и как почти сразу поплатился за наглость. Слава Стихиям, Чимир тогда почти мгновенно вырубился, иначе не смог бы выдержать тех адских мгновений, когда магия Орриса выжигала его жизненную силу и корёжила тонкое тело.

Олег невесело усмехнулся. Стараниями газетчиков он теперь герой. Ветеран Битвы Конца Света, и специалисты уже начали работу над созданием соответствующей иллюзии для демонстрации славным гражданам Нолда… А почему никто не пишет и не говорит о том, что молодой в общем-то маг превратился в еле передвигающуюся развалину, с сомнительными перспективами как на долгую жизнь, так и на продвижение в ранге.

Айрунг, конечно, обещал помочь, и Олег ему даже верил, но… настроения это не улучшало.

Чимир вообще сейчас на всё смотрел крайне негативно — на себя, на окружающих, на изменившийся мир. Последнее раздражало его особенно сильно. Да и могло ли быть иначе, если всё происходящее для человека его взглядов напоминало балаган. Причём балаган, в котором заправляли не знающие меры разумного дельцы.

Достаточно пробежаться по последним новостям. Его приятель Айрунг — хороший маг и неплохой товарищ, но точно не сильнейший в стране чародей — вдруг оказался Архимагом, а недоучившиеся ученики Мастеров, при льере Бримсе считавшиеся потерянным поколением, сами стали Мастерами. Что дальше: в Безликие будут брать кухарок, а младших учеников назовут полноценными чародеями⁈

В мире тоже всё покатилось в Нижние миры. Зелод разорён набегом вырвавшейся из-под Козьих гор орды тварей и полностью разрушен. Джуга и Скарт ещё держатся, но только потому, что монстров почти не осталось. И главная забота властей этих стран теперь не отражение нападений нежити и нечисти, а наплыв беженцев и шляющиеся вдоль границ отряды бывшей регулярной армии Зелода.

Мрачноватом выглядит будущее Гарташа. В былые времена страна была полностью подмята под себя Маллореаном. В армии уклон делался на обычных бойцов, а Гильдия магов была сознательно ослаблена. И вот теперь закономерный итог — Гарташ не способен адаптироваться к правилам изменившегося мира. Когда Маллореан, точнее то, во что он превратился или в скором времени превратится, выплеснет из себя накопившуюся муть, то давнего соперника Зелода постигнет та же судьба. Правда, многие в такие прогнозы не верили, но Олег в отличие от разного рода сплетников на родине эльфов был и лучше многих знал, что битва с богами не проходит бесследно. Торн ещё увидит её последствия!

Так в каком же состоянии цивилизованный мир входит в новую эпоху? Сильнейшие и те, кто тайно вёл их сквозь тысячелетия, пали, Объединённого Протектората больше нет, а мощи одинокого Нолда, даже если бы удалось сохранить его магическую элиту, больше недостаточно для доминирования на Торне. Истинные всё равно могучи, но… но роль главного надсмотрщика пяти континентов им уже не по плечу.

Последнее особенно удручало. Потому как Нолд — это та страна, в которую Олег влюбился с первых лет появления на Торне, и её падение в пучину обыденности, потеря авторитета и реальной власти стало его личной трагедией. Принять это и остаться прежним Чимир не мог.

Утром с ним связался Айрунг, едва-едва разобравшийся с вступлением в новую должность. Звал на морскую прогулку, само собой для серьёзного разговора. И Олег примерно представлял о чём пойдёт речь и зачем он понадобился новому Архимагу. Мало того, он даже примет любое предложение Айрунга, которое тот ему сделает! Вот только душой кипеть за республику и её идеалы точно больше не сможет. Хватит, перегорел…

Все эти мысли крутились в голове Олега, пока он жил обычной жизнью — возился с сыном, решал вопросы управления поместьем, укладывал мальчугана спать, читал вечернюю сказку и отвечал на миллион накопившихся за день вопросов. Чимир поступал и действовал, как и положено хорошему отцу и дворянину, но в глубине души, под криво натянутой маской спокойствия, у него тлел гнев. Гнев, который лишь на время мог угаснуть, чтобы очень быстро вспыхнуть вновь.

И очень часто объектом его ярости становился один человек — К’ирсан Кайфат. Тот, кто разрушает всё, чего касается. Кто так или иначе причастен ко всем бедам и потрясениям последних лет, что в мире, что в личной жизни Олега. Кто настоящее зло цивилизации, которое как и положено злу выживает всегда и везде. Даже с битве с богом.

В конце дня, когда Олег поднимался в кабинет и оказывался наедине со своими мыслями, он часто спрашивал себя, почему в мире погибло столь много славных и достойных людей, а этот мерзавец выжил⁈ Ведь в том числе и его стараниями мир стал страшнее, неспокойнее, а Олег потерял веру в те идеалы, которыми жил раньше!

Нет, он этого так не оставит, ни за что не оставит!

И тогда Олег садился в кресло, зажигал между ладонями несколько огненных рун и на волне магии уносился сознанием к границе с планом Света, столь яркого и чистого, что даже от его отблесков кружилась голова. Туда, где его разум растворялся в пьянящем ощущении свободы от страданий и забот, и где его гнев, точно полоска стали в руках кузнеца, постепенно превращался в смертельное оружие истинного воина Света…

* * *

Рошаг мёртв! Эта короткая пронзительная мысль отказывалась по-настоящему укладываться в голове К’ирсана ещё долгое время. Нити судьбы дракона Междумирья и простого землянина были столь тесно переплетены, что невозможно было отделить одну от другой. Если бы не Рошаг, то Ярослав Клыков никогда бы не превратился к К’ирсана Кайфата, если бы не Рошаг, то гонимый всеми беглец быть может никогда бы и не сделался Владыкой Сардуора, ну и, наконец, если бы не Рошаг, то обычный смертный ни за что и никогда не стал живым богом, каждый миг своего существования помнящим о грядущей встрече со своим истинным врагом и готовящимся к неотвратимо приближающемуся Концу Света. Рошаг был для К’ирсана началом и концом всего, его альфой и омегой…

И вот теперь ставший сначала немёртвым, а затем принявший в себя лжебога, дракон был мёртв, а он, Кайфат, жив. И К’ирсан всё никак пор не мог в это поверить.