Для Олега это было особенно важно, потому как Нолд он полюбил не сам по себе, а как флагман той самой цивилизации, как передовую часть того самого Света. И К’ирсана Кайфата Чимир не любил в том числе и за то, что его стараниями варвары, те, кто вне Света, медленно, но верно оттесняли цивилизацию…
Понимание, пришедшее к много повидавшему и пережившему Олегу, не принесло ему радости и не добавило веры в будущее, но разбило последние иллюзии. А ещё заставило понять, что же является истинной ценностью в этом дерьмовом мире. Для Олега таковыми стали семья, и он собирался держаться за неё, как за спасительный якорь. Сегодня, сейчас и все последующие дни!..
Снизошедшая на Чимира ясность была столь неожиданна, что он поначалу даже заподозрил влияние какого-то заклинания, но быстро отбросил данную мысль. Свет неизбежно искажает мышление своих адептов, так что замеченные им трансформы сознания вполне могут быть связаны именно с этим. И не важно, что Олег к Первостихии едва-едва прикоснулся…
Об этом обязательно следовало хорошенько поразмыслить, но позже. Сегодня Олег возвращался домой, а значит… значит всё остальное могло катиться к мархузу!
С таким настроем прямо от пузырной переправы он и направился домой, благо на развёрнутый доклад к новому Архимагу тащить его никто не пытался. Потом, конечно, вспомнят и об Олеге, но сейчас всё внимание сосредоточено на Айрунге и Скипетре Власти. И этим следовало воспользоваться…
До поместья Олег добирался на двухколёсном экипаже, по пути успев заснуть. Да так крепко, что когда кучер высадил его у главного входа, Чимир ещё не меньше пары минут приходил в себя, пытаясь прогнать липкую дремоту. И наверное именно поэтому он столь поздно заметил странную красную лужу, вытекающую из-под ворот. Но когда всё же заметил, сонную одурь как ветром сдуло.
Что-то случилось! Бывает, конечно, всякое, но свежая кровь на пороге поместья не та вещь, от которой можно просто отмахнуться. Что-то было явно не так.
Олег с разбегу вскарабкался на стену вокруг родового владения Чимир и, перевалившись через гребень, рухнул в заросли шиповника. Весь искололся, исцарапался, но этого даже не заметил. Едва выбравшись из кустов, он побежал вокруг сторожки в сторону ворот, чтобы спустя несколько мгновений практически споткнуться о тело одного из охранников. Бедолага умер от ранения в горло — убийца одним махом разрубил ему шею почти до позвоночника. Однако судя по кровавому следу на камнях, произошло это не здесь, а у ворот. Погибшего просто отволокли подальше, чтобы не бросался в глаза, да так и бросили. Однако маскировать пролитую кровь любитель резать глотки не стал.
Чувствуя, как всё внутри холодеет, Чимир заспешил по центрально дорожке ко входу в дом. И почти сразу обнаружил новую жертву — из кустов торчали ноги садовника. Сразу за кустами начиналась дорожка к флигелю для прислуги, и там тоже обнаружились следы крови. Несколько кровавых отпечатков небольших стоп, обутых в обувь без каблуков вели в сторону от флигеля. И можно было не сомневаться, что трупы есть и там.
Кажется Олег нашёл, где начиналась тропа смерти!
Внезапно Чимир вспомнил, что именно в доме для прислуги поселили Селерея. За перипетиями вокруг охоты за Скипетром, он как-то совсем забыл про сына Насти… И кажется зря! Сердце внезапно защемило от дурного предчувствия, и Олег побежал в сторону особняка. Мархуз с этим Селереем, как он мог забыть, что где-то в доме находятся Аливия с Тураном⁈
В распахнутые настежь двери он вбежал уже в откровенной панике. Всклокоченный, раскрасневшийся, с бешеными глазами. И почти сразу наткнулся на очередного погибшего. В прихожей, в проходе, ведущем в небольшую гардеробную на спине лежал один из братьев жены. Причём лицо его было так залито кровью, что Олег даже не разобрал, кто это был. Только по фамильному перстню и понял, что кто-то из родичей.
Погибший явно пытался сопротивляться: вдоль одной из стен тянулась полоса растрескавшегося камня как после попадания Луча Силы, но на этом разрушения заканчивались. Сделать что-то большее родственнику просто не дали и прервали колдовство на середине. И это заставляло иначе взглянуть на способности убийцы. Потому как одно дело резать слуг, и совсем другое расправиться с Истинным магом да ещё без подходящих для этого инструментов. Насколько смог понять Олег, орудием убийства послужило обычное оружие: не артефакт и не клинок из обсидиана, а ничем не примечательная остро заточенная железяка. Рядовой головорез на такое не способен… как впрочем и многие знакомые Олегу Наказующие. Здесь чувствовалось мастерство и особая школа!
Все эти мысли промелькнули в голове у Чимира за какой-то миг. Он даже шаг почти не сбавил, а когда понял, что окровавленный родственник мёртв и вовсе ринулся вглубь дома. Бегом миновал несколько коридоров, лестниц, крытых галерей — ни мёртвые, ни живые слуги или обитатели поместья ему не попались — пока не оказался перед входом в спальню Турана. Там он замер на секунду, собираясь с духом, а затем рывком распахнул прикрытую дверь и ворвался внутрь… Чтобы застать сцену, увидеть которую он не хотел бы и в страшном сне. Непохожий на себя Селерей с застывшим лицом и заледеневшим взором именно в этот миг вонзал короткий клинок в грудь Аливии.
Происходящее было настолько шокирующим, что Олег словно бы впал в ступор. Когда ты всё видишь, всё понимаешь, но не можешь пошевелить и пальцем. Бессильно наблюдая, как убивают твою любимую.
У него на глазах клинок в руке сына Насти зажёгся тусклым оранжевым пламенем и его остриё погрузилось в возникший на пути амулетный Щит. Олег даже оружие узнал — однолезвийный меч с изукрашенным драгоценными камнями эфесом висел на стене в оружейном зале и всегда считался парадной никчёмной железякой. Однако в руках Селерея «никчёмная железяка» словно преобразилась, стала живой, хищной, смертоносной. И вполне подходящей для того, чтобы пробить магический барьер вокруг Аливии.
Сильнейший в своём классе амулет оказался недостаточно хорош, чтобы противостоять способностям гостя с Сардуора.
— Аливия!!! — заорал Олег, разрывая сковавшую его паутину бессилия, и выстреливая из ладони Стрелой Эльронда.
Огненный сгусток устремился к Селерею, но на расстоянии вытянутой руки от него вдруг вильнул в сторону и улетел в окно. Малолетний же убийца на нападение даже ухом не повёл. Нанёс Аливии ещё один явно смертельный удар и лишь тогда повернулся к магу. Смертельно же раненная жена Олега повалилась на пол. Впрочем, кровь великого рода не зря бежала по её жилам — даже умирая, она изо всех сил пыталась прикрыть своим телом кроватку со всё ещё спящим Тураном.
— Зачем⁈ Скажи мне, зачем⁈ — зарычал Олег, безуспешно пытаясь унять затягивающее разум бешенство.
Он жаждал обрушить на мерзавца весь дом, загнать его на версту под землю и там медленно жарить на огне, испепелить Светом, но… но рядом был сын. Если Олег не хотел потерять ещё и его, то ему следовало унять эмоции. И каким-то образом убрать мархузова ублюдка подальше от ребёнка…
Однако Селерей и сам не спешил расправиться с Тураном, как не спешил вставать в позу и рассказывать о причинах своего нападения на семью Чимир. Вместо этого, он по-звериному оскалился и неуловимыми для глаза движениями заскользил навстречу Олегу, одновременно занося меч для удара. Всё происходило настолько быстро, что Чимир едва не пропустил подходящий для встречной атаки момент.
Олег не стал ни выкрикивать заклинаний, ни соединять потоки Силы в плетения, вместо этого он напрямую воззвал к тем крохам Стихии Земли, что ещё сохранялись в пошедших на постройку дома камнях и глине. И магия откликнулась на призыв адепта! Из стены слева выстрелил похожий на нож каменный осколок, пробил стенку шкафа с вещами малыша и устремился к голове малолетнего убийцы. Причём в отличие от Стрелы Эльронда, спасовавшей перед необычной аурой хфургова сына, этот снаряд отличался заметно большей устойчивостью к чужой магии. Просто так его было не отразить…
Увы, Селерей даже не стал пытаться проверять способность своей ауры устоять перед новой атакой. Вместо этого он лениво взмахнул мечом и банально отбил каменный нож в дальний угол. Вот только и Олег тоже не собирался ограничиваться одним магическим ударом. Вслед за первым колдовским клинком полетел второй, третий, четвёртый… Убийца отбивал их одни за другим, но с каждым разом подпуская волшебные снаряды всё ближе и ближе. Пока, наконец, пятый по счёту нож из камня не скользнул по клинку меча и… не рассыпался пылью, столкнувшись с уплотнившимся до видимого обычным зрением аурного Щита. Ранить Селерея не получилось. Единственное, чего удалось добиться, это заставить его остановиться, сосредоточившись на работе с тонким телом.
Олегу же большего и не требовалось. Упав на колено, он хлопнул ладонью по полу и направленным магическим импульсом создал в перекрытии под кроваткой сына провал в сажень диаметром. Мебель с драгоценным малышом тотчас ухнула вниз, однако о пол нижнего этажа не ударилась — Олег успел замедлить падение чарами, заодно ухитрившись закрыть образовавшееся отверстие «заплаткой» из стянутого отовсюду песка и глины.
— Успел! — выдохнул он с облегчением.
Всё, сына он обезопасил и теперь осталось лишь продержаться до прибытия подмоги. Запрятанные в стенах дома амулеты наверняка уже среагировали на применённую в особняке боевую волшбу и передали тревожный сигнал в службу охраны. Так что если Олег не наделает ошибок, то…
Ход мыслей Чимира был прерван внезапной вспышкой резкой боли. Он вдруг понял, что его защита пробита, а в боку торчит глубоко засевший в теле заточенный штырь. Рана не смертельная, по крайней мере для мага уровня Олега, но очень, очень неприятная. Путающая мысли и сбивающая концентрацию.
Как у этого сына хфурга и шуши так получается-то⁈ До настоящего момента Чимир был искренне убеждён, что на подобные чудеса не способны не то что простые воины, а маги! Но Селерей раз за разом убеждал его в обратном. Вот и сейчас он снова приближался к Олегу, странно перебирая ногами, непонятным образом перестраивая ауру и неудобно на первый взгляд отставив меч в сторону.
Времени на создание заклинаний не оставалось, и Олег внезапно осознал, что сейчас он умрёт. И эта простая мысль так подстегнула его разум, что вместо привычных чар, он ударил по Селерею смесью Огня и Света. Не сплошным потоком и не спрессовав Силу в кулак или копьё, а накрыв своей магией малолетнего убийцу точно одеялом. Настолько плотным, что пацан словно оказался под непроницаемым для посторонних взоров облаком. И это облако начало Селерея душить и сдавливать в объятиях…