В густом лесу близ городка Эгер притаились пятеро мужчин в немецкой военной форме, их лица скрывали маски из черного шелка. Внешне они выглядели как обычные германские пограничники, но опытный глаз заметил бы несколько деталей. Слишком новые сапоги, чуть иной покрой кителей, а главное отсутствие тех мелких знаков отличия, которые германские солдаты носили неофициально.
Майор Петров, высокий широкоплечий человек с характерными скулами, проверил в последний раз радиостанцию. Рация замаскирована под немецкую, но настроена на частоты НКВД.
Его товарищи, капитан Лебедев, старшие лейтенанты Морозов, Кудряшев и Рябинин, прошли тщательную подготовку. Все свободно говорили по-немецки и знали военные уставы рейхсвера.
— Товарищи, — шепнул Петров, — еще раз проверьте документы. У всех удостоверения 12-го баварского полка?
Каждый похлопал по внутреннему карману. Фальшивые документы были изготовлены мастерски. Бумага, печати, даже подписи командиров выглядели абсолютно достоверно.
В пять сорок семь утра группа бесшумно пересекла границу. Чехословацкий пограничный пост представлял собой небольшую деревянную постройку с наблюдательной вышкой.
Рядом стояла полосатая будка, где дежурил пограничник. Все было тихо, смена заступала в шесть утра.
Петров подал сигнал рукой. Лебедев и Морозов заняли позиции справа от поста, Кудряшев и Рябинин обошли слева. Майор остался в центре с радиостанцией.
В пять пятьдесят два из поста вышел сонный чехословацкий пограничник в расстегнутом кителе, зевая и потягиваясь. Увидев приближающихся «немецких солдат», он резко выпрямился и потянулся к кобуре.
— Halt! Руки вверх! — крикнул Лебедев по-немецки.
Произошла короткая перестрелка. Чехи попытались оказать сопротивление, но были подавлены превосходящими силами.
Через семь минут все закончилось. Двое чехословацких пограничников убиты, трое ранены. Один из раненых, сержант Новак, успел передать по рации сообщение о нападении, назвав нападавших «немецкими солдатами».
Петров тщательно осмотрел место происшествия. На земле разбросаны немецкие гильзы, настоящие, украденные с оружейного склада. Рядом с телом одного из убитых пограничников лежал немецкий военный документ, случайно «потерянный» в суматохе.
Группа исчезла так же внезапно, как появилась. Через двадцать минут они были уже на территории Германии, быстро снимая немецкую форму и переодеваясь в гражданскую одежду. Военное обмундирование сожгли в небольшом костре, пепел тщательно закопали.
В восемь тридцать утра чехословацкие власти официально обвинили Германию в вооруженном нападении на пограничный пост. К полудню новость облетела всю Европу.
В Берлине день начался обычно. Гитлер завтракал в своей резиденции, просматривая утренние сводки. Геббельс готовился к выступлению на радио. Гиммлер изучал доклады гестапо.
Первые тревожные сигналы поступили в девять пятнадцать. Начальник пограничной охраны доложил министру внутренних дел о «провокации на чехословацкой границе». Через полчаса Гиммлер лично докладывал фюреру.
— Чехи утверждают, что наши солдаты напали на их пост, — говорил рейхсфюрер СС, нервно теребя папку с документами. — Двое убитых, трое раненых. Якобы найдены немецкие документы.
Лицо Гитлера потемнело:
— Это ложь! Я не давал приказов о пересечении границы!
— Мой фюрер, возможно, кто-то действовал без санкции…
— Кто? Кто посмел предпринять военные действия без моего ведома?
Срочно вызвали генерала Бека. Начальник генерального штаба прибыл в рейхсканцелярию через час, его форма была безупречна, но лицо выражало крайнее недовольство.
— Генерал Бек, — начал Гитлер без предисловий, — что вы знаете об инциденте на чехословацкой границе?
— Мой фюрер, рейхсвер не имеет к этому никакого отношения, — четко ответил Бек. — Все наши части находятся в казармах. Журналы регистрации могут это подтвердить.
— Тогда кто? СА? СС?
Гиммлер поспешно замотал головой:
— Мой фюрер, эсэсовские части также в расположении. У нас есть алиби по каждому подразделению.
В кабинете повисла тяжелая тишина. Гитлер ходил взад-вперед, его руки дрожали от ярости.
— Значит, кто-то хочет втянуть нас в войну! — выкрикнул он. — Кто-то действует втемную, подставляя рейх!