За столом восседал старший лейтенант, с очень важным лицом. Выражение того лица стало еще более важным, когда он увидел меня — молодого парня, в не самом модном спортивном костюме и кроссовках. Сам он в военной форме, которая слегка отличалась от той, что носили офицеры советской армии.
— Парень, ты заблудился? — хмуро спросил он.
— Нет, я по нужному адресу!
— Вот как? И к кому же? — тот отработанным движением раскрыл журнал регистрации. — По какому вопросу?
— К полковнику Черненко!
Услышав фамилию, тот посмотрел на меня слегка удивлённым взглядом.
— Документы!
Я отдал ему удостоверение личности и предписание на выполнение задания. Его оформили в строевой части училища, правда, к этому документу были определенные вопросы.
С умным видом ознакомившись с документами, тот записал в журнал. Затем вернул обратно.
— Ну, чего встал? Иди!
— Куда? — спокойно спросил я, демонстрируя полное безразличие.
— Секция «А», кабинет номер пятнадцать.
— И что, даже звонить никому не будете? — поинтересовался я. — В идеале, хорошо бы меня ещё и сопроводить… Нет?
Но старлей не ответил. Он вообще потерял ко мне интерес, записывая что-то в свой журнал. Судя по всему, это была дежурная запись об осмотре территории.
Конечно, КГБ СССР структура грозная, крупная и вездесущая. Все там делалось с размахом. Если ты случайно попал под бдительное внимание сотрудников комитета, если был замешан в чем-то серьезном, то будь уверен, из тебя гарантированно всю душу вытрясут. Виновен, не виновен — не важно. Потом, может быть, разберутся и принесут извинения. А если докажут вину, пощады не будет. Абсолютно!
Местный штаб в городе Припять работал в штатном режиме, но ленивый дежурный выдав мне крайне скудную информацию, почему-то только этим и ограничился. И это после того, как полгода назад на ЧАЭС было доказано присутствие иностранного диверсанта.? Да тут должна вестись плотная работа, причем по всем направлениям. Хм, это слегка странно. Разве что, у этого старлея были какие-то иные установки относительно меня…
— Ну, ладно… — пробормотал я и двинулся через фойе.
Справа и слева был прямой коридор с кабинетами. На стене обозначения — Секция «А» слева, секция «Б» справа. Под обеими табличками шли номера с кабинетами. Кафельный пол, побеленный потолок. Возникало чувство, что штаб тут разместился временно. И это действительно странно. Быть может, еще ничего не построили?
Все здесь было оформлено в строгом стиле, с сильным уклоном во все советское. Патриотизм буквально висел в воздухе. Все в красно-коричневых тонах. Тут и там лозунги, непременно с уклоном в безопасность. Ну, оно и понятно — следовало из аббревиатуры структуры. Сотрудников на этаже было крайне мало — я увидел только троих, один из которых был дежурным. Честно говоря, с этой структурой, как и с ее приемницей после развала СССР я был знаком плохо. Все контакты с Кикотем в счёт не беру. Один человек хотя и принадлежит к системе, но все же не вся система.
Свернул в секцию «А», методом перебора отыскал пятнадцатый кабинет, так как таблички почему-то имелись не везде. Дверь оказалась запертой, с опечатывающим устройством. Металлическая плашка с пластилином и капроновой нитью, сверху были выдавлены цифры «2006». Надо же, какой любопытный номер.
Ну, замечательно… Дежурный наверняка был в курсе, что ключи сданы, а кабинет опечатан и сдан под охрану… Но ничего не сказал.
Постояв несколько минут, я сделал пару задумчивых кругов. Затем, двинулся обратно, чтоб уточнить этот момент в старшего лейтенанта, но вдруг в фойе за углом раздались громкие голоса, шум.
— Товарищ полковник, за время вашего отсутствия…
— Вольно, занимайтесь!
Послышались шаги. Такой звук, да ещё по кафельному полу бывает только от туфель. И я не ошибся, это действительно оказалось так.
А через три секунды из-за угла мне навстречу показался уже знакомый силуэт. Да, это был он, полковник Черненко. Только в прошлую нашу встречу он был в военной форме, а теперь был в строгом темно-сером костюме-тройке. В руке кожаная папка, вроде как крокодиловая, но цвет рыжий.
— А! Прапорщик Громов? — без всяких эмоций произнес тот, двигаясь навстречу. Одновременно посмотрел на свои часы. — Давно ждёте?
— Десять минут назад подошёл.
— Это хорошо! Прошу меня извинить, дела не ждут. Я и в служебных командировках занимаюсь сразу несколькими вопросами государственной важности. Так… Ну что же, у нас тоже есть дело.
Никакого приветствия, все строго по-деловому. Ну, ясно почему — во-первых, передо мной не абы кто, а целый полковник КГБ. Во-вторых, он явно хочет поговорить о чём-то серьёзном и разговор этот явно будет непростой. Он даёт понять, что никакого панибратства не будет, без шуток, без распыления на ерунду. Ну, что сказать, суровый мужик, правильный офицер, хотя сам уже в возрасте.