— Я же просил ждать меня в гостиной, — наконец произнес он спокойным тоном. Однако глаза, пустые и темные, были устремлены не на меня, а на обсаженную деревьями подъездную аллею.
— Простите. Не знаю, что на меня нашло, — искренне ответила я и подняла на него взгляд.
Александр, затягиваясь сигаретой, все так же смотрел в сторону, избегая меня.
— Мне нужно отсюда выбраться, — сказал он и зашагал к сверкающему черному «роллс-ройсу» с откинутым верхом, оставив меня в одиночестве, будто наказанную школьницу.
Только усевшись в машину, он наконец оглянулся.
— Вы едете или так и будете там стоять? — нетерпеливо бросил он, и я, очнувшись, поспешила за ним. Как это я умудрилась влипнуть в подобную историю?
Я села, и в ту же секунду автомобиль сорвался с места, вздымая из-под колес фейерверки гравия. Какое-то время мы ехали молча, пейзаж мелькал за окнами, сливаясь в одно зеленое пятно. Александр вел машину на головокружительной скорости, и я от страха вцепилась в сиденье. От него волнами исходила ярость, и я не знала, что сказать, чтобы как-то улучшить ситуацию. На крутом повороте нас занесло, и, заметив побелевшие костяшки моих пальцев, хватавшихся за обивку, Александр наконец снизил скорость.
— Извините, — мягко произнес он, искоса глядя на меня. — Я не хотел вас напугать.
— Вы очень сердиты на меня, да? — кротко ответила я, и его глаза расширились от удивления.
— Сердит на вас? — воскликнул он. — Вовсе нет! Вы так подумали? — Я молча кивнула, и он вздохнул. — Не стану отрицать: я слегка смущен тем, что вы увидели. Вообще мне хотелось бы, чтобы вы в кои-то веки поступили так, как вам было сказано… — несколько надменно добавил он и умолк, погрузившись в раздумья.
Мы ехали мимо живых изгородей из ежевики. Я глубоко вдохнула и слегка расслабилась. Ветер усилился, но солнце еще припекало, и воздух был насыщен ароматом дикого чеснока. В моей голове роились тысячи вопросов, правда, задавать их я не решалась. Словно прочитав мои мысли, Александр снова заговорил.
— Что бы вы ни подумали, на самом деле все не так, — сказал он, не отводя взгляда от дороги, стелющейся впереди.
— Я ни о чем и не подумала, — возразила я фальшиво.
— Мой отец, он… он нездоров, — продолжал Александр. — Война обошлась с ним очень сурово… Я даже представить себе не могу, через что он прошел. Он пострадал и физически, и умственно. Мы все надеялись, что со временем его состояние улучшится. Но, кажется, с годами становится только хуже. И все эти новости о вторжении Японии в Китай определенно осложняют ситуацию… — Он оборвал фразу и покачал головой.
Я подумала о своем отце, который вернулся с войны со множеством шрамов. Однако он, хотя и был всегда довольно авторитарным, ни разу не поднял руку на членов семьи.
— Это не оправдывает того, что он с вами сделал, — мягко ответила я, коснувшись его руки в попытке утешить. Почувствовав, как дернулись его пальцы, я тут же в смущении убрала руку. Наверное, зря я это сказала.
Некоторое время мы ехали в молчании. Я понятия не имела, куда мы направлялись, но мне было все равно. Заметив, что он крепко вцепился в руль, я взглянула на его лицо. В напряжении он покусывал внутреннюю сторону щеки, явно чем-то озабоченный.
— Я никому не скажу… если именно это вас беспокоит, — произнесла я наконец.
Он посмотрел на меня с облегчением, и пальцы на руле слегка разжались.
— Почему вы вернулись в наш дом? — осведомился он, меняя тему.
— Я хотела забрать свою книгу, — запинаясь, объяснила я, чувствуя себя очень глупо и проклиная Нину за то, что она украла эту чертову собачонку!
Но Александр вдруг ослепительно улыбнулся.
— Она у меня в машине. Если хотите, мы можем найти какое-нибудь тихое место и дочитать ее.
— Я не обижусь, если вы просто отвезете меня домой, — выпалила я, испытывая вину за то, что солгала ему — неизменно доброму даже после всего пережитого.
— Нет, я хочу ее дочитать, — настаивал он. — Но, возможно, вы уже не хотите? Вы так и не ответили мне вчера…
Мгновение я помедлила, теребя упавший на лицо локон, который никак не желал слушаться.
— Нет, мне тоже хочется дочитать. Я просто боюсь причинить вам какие-либо неприятности. Если вы планируете жениться, разве Эвелин не сочтет это неподобающим?
— Значит, вот что вас беспокоит? — удивился он, и я кивнула, хотя и не была вполне уверена, что это именно так. — Эвелин все равно, с кем я провожу время, Берди, — безразличным тоном бросил он.
Подобные слова о невесте показались мне довольно странными. Однако я вспомнила, как равнодушна к Александру была Эвелин вчера вечером. Предположив, что он знает ее лучше, я молча пожала плечами.
— Хорошо. Значит, решено, — сказал он. — А теперь, если не возражаете, мы сначала заедем в одно место.