Мы — из уголовного розыска: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Таких преступлений могло бы и не быть, если бы наши люди не позволяли себя обманывать и не вступали в сделки с преступниками и собственной совестью.

Тройка, семерка, туз

Это произошло года два тому назад, осенью. В одну из сберегательных касс Москвы вошли трое. Осмотрелись. Сели за столик. Начали что-то обсуждать, заспорили, Почувствовав недоброе, работники кассы насторожились. Когда из помещения вышли все посетители, один из подозрительных бросился к барьеру, отделявшему зал от операционных столов, и перескочил через него. Кассир мгновенно выхватил из ящика пистолет и направил на незнакомца. Тот поднял руки. Двое его соучастников скрылись.

Ограбление сберегательной кассы — дело в нашей стране редкое. Через несколько минут на место происшествия прибыла оперативная группа.

Преступник (назовем его Петров) повел себя весьма странно. Вопреки логике, он очень обрадовался появлению милиции и стал сбивчиво объяснять, что его вынудили, что у него не было другого выхода.

В Московском уголовном розыске грабитель, выпив несколько стаканов воды, успокоился и рассказал о случившемся более связно.

В тот злосчастный день он прилетел в столицу с Крайнего Севера. На Внуковском аэродроме, компостируя билет в Сочи, познакомился с двумя мужчинами, которые якобы так же, как и он, только что прилетели в Москву. До самолета Петрова оставалось несколько часов, и новые знакомые предложили ему скоротать время за картами. Сначала хотели играть на щелчки, потом посчитали, что это не солидно, и начали играть по копейке. Петров решил не мелочиться и поставил гривенник. Игра приняла какие-то спринтерские темпы. Вскоре на кону лежала огромная сумма денег, небрежно поставленная партнерами, а у самого Петрова на руках оказались отличнейшие карты. Настолько «верные», что можно было считать: выигрыш в кармане. Сначала Петров заколебался, но такая уж у него рискованная натура — и он бросил на кон аккредитив на тысячу рублей. Открыли карты. Случилось невероятное. У партнеров они были чуть-чуть лучше, чем у Петрова. Тридцать минут игры — и он оказался без денег. Потерял возможность отдохнуть на юге и, главное, купить приданое ребенку, который должен был вскоре родиться, и подарки беременной жене. Выигравшие почти насильно усадили Петрова в такси и привезли в сберкассу, требуя, чтобы он получил деньги по аккредитиву. Петров сообразил, что стал жертвой мошенников, начал тянуть время... Он почувствовал, как насторожился персонал кассы, увидел, как забеспокоились его партнеры, и ринулся за барьер — под защиту кассира...

Диспетчер Внуковского аэропорта показал мне пачку заявлений транзитных пассажиров, которые, жалуясь на проигрыш, просили заменить билеты на юг обратными — домой. Или просили билеты в кредит, или, оставшись вообще без копейки, умоляли о бесплатной отправке, обещая оплатить билет по возвращении. Было легко понять — подобные случаи не единичны.

По адресу, который дал мне начальник МУРа Владимир Федорович Корнеев, в одном из тихих московских переулков я разыскал и познакомился с довольно интересной личностью. Это был старик, давно разменявший восьмой десяток лет. Когда я передал ему свою «верительную грамоту», он оживился и гордо сообщил, что уже давно не имеет дел с уголовным розыском. Последний раз, лет пятнадцать тому назад, его за мошенничество арестовал Корнеев. Осудили, он отбыл срок и, как говорят, «завязал». Нет, не потому, что стал плохо видеть и болят ноги, просто решил перед смертью пожить спокойно. Пенсию ему, конечно, не платят, но помогают дети, дочери и сын. Они-то все работают и по его дорожке не пошли.

Я сказал, что меня интересуют картежники.

— А, шулера, — с удовольствием подхватил старик. — Раньше и я был не промах. Помню, плавал по Волге. Билет первого класса, приличный костюм, монокль и крапленые карты. «Же ву при, силь ву пле...» Войдешь в доверие к купчику какому-нибудь и все деньги из него вытрясешь. Теперь не то. Краплеными, то́чеными картами не играют. Не та школа. Просто умело сдают, подтасовывают карты, ну, как эти самые... — старик вспомнил забытое слово и обрадованно закончил: — Как иллюзионисты в цирке. Ну, и, конечно, психология на первом месте. Шулер, он в первую очередь должен войти в доверие, суметь расположить к себе своего «клиента», уловить его настроение, так сказать, в душу к нему влезть.

Я спросил, где сейчас собираются картежники. Старик подумал и начал рассказывать.

— Нет теперь настоящих картежных притонов, на жаргоне они «мельницами» назывались. Собираются кое-когда на некоторых квартирах, да редко. Квартиры-то эти сразу же МУРу становятся известны. Играют больше на вокзалах, в аэропортах, в подъездах, летом в скверах. Теперь очень модно стало играть в такси. Конечно, в таких случаях шоферу — особое доверие и соответствующая плата. Играют и в бильярдных, главным образом в той, что в Парке культуры.

— Что же, и там в карты?

— Редко, — ответил старик, — да и то из-под полы. Там играют в американку, в пирамиду, а иногда и в карамболь. На деньги, конечно. Те, что толкутся возле столов, играют в железку, — старик посмотрел на часы. — Сейчас двенадцать, ехать минут сорок, значит, на месте будем вовремя, около часа. Давайте съездим в Центральный парк, в бильярдную, — предложил он. — Там я вам шулеров покажу, да и сам развеюсь малость.

В бильярдной вокруг столов вертелись какие-то молодые люди, степенно расхаживали убеленные сединами мужчины, все хорошо одетые, многие навеселе. Была середина обычного дня рабочей недели, и я спросил своего спутника, почему они здесь, а не на работе. Тот пожал плечами и со вздохом ответил:

— В основном все работают. Одни придут на службу, отметятся и уходят. Другие просто числятся...

— Как это — числятся?

— Ну, на каких-нибудь должностях, и даже зарплату получают.

Я хотел пройти за барьер, к столам, но билетерша меня не пустила и грубо потребовала стать в очередь, небольшую, человек десять, но все же очередь. И тут же, вежливо раскланявшись, пропустила хорошо одетого солидного мужчину. Указав на счастливчика, я предположил, что это артист.

— Какой там артист! Шулер он. Знаю я его, «Чаплик» кличка.

В Московском уголовном розыске я поделился своими впечатлениями с полковником Корнеевым.

— Да, вы правы. Конечно, мы проверяем бильярдные, кое-кого вылавливаем, но не могу же я к каждому столу прикрепить по инспектору уголовного розыска... Наверное, есть смысл оставить бильярдные только там, где бывают постоянные посетители: в заводских клубах, дворцах культуры, в домах ученых, журналистов.

— Владимир Федорович, старик сказал, что некоторые картежники не работают, а только числятся в штатах учреждений. Как это происходит?

Корнеев задумался и посоветовал:

— А вы сходите в народный суд Тимирязевского района. Там разбирается интересное дело, чуть ли не первое в РСФСР, когда шулеров привлекли к уголовной ответственности за мошенничество. Вот один из них не работал, а именно числился.

...В зале суда шел допрос потерпевшего. Стоя перед судьей и заседателями, Подгорнов рассказывал, что целый год копил деньги на мотоцикл и прилетел в Москву, чтобы купить себе «Яву». В магазине на Хорошевском шоссе мотоциклов не оказалось. Он уже собирался уходить, когда его остановил молодой грузин и предложил помочь купить заветный мотоцикл. Их разговор услышал другой мужчина и попросил заодно помочь и ему. Оказалось, что через посредника мотоциклы можно купить под Москвой, переплатив сверх стоимости 25 рублей. Все трое направились к стоянке такси. Но машин не оказалось, и один из новых знакомых потерпевшего остановил проходившее такси и попросил подвезти их в Лианозово. Пассажир, занимавший переднее сиденье, не возражал и сказал, что им по пути, но он выйдет раньше. По дороге Подгорнову предложили развлечься, сыграть в карты. Мужчина, сидевший впереди, Комаров, достал новую колоду и передал ее Абрамовичу, тому, который тоже хотел приобрести мотоцикл. Перетасовав карты, Абрамович отдал их для сдачи посреднику — Контарадзе.

Игра, которую затеяли в такси, называлась «спекулянт». По правилам, банкомет ставил определенную сумму и следующий, судя по своим картам, был обязан пасовать, уплатив столько, сколько стоит в банке, или играть, увеличивая ставку. Вскоре Контарадзе бросил на кон пятерку и из игры вышел. Абрамович проиграл сорок пять рублей и спасовал. Остались двое: Подгорнов и Комаров, причем сдавал карты Подгорнов, а тасовал их Абрамович. В банке собралось много денег, а Комаров поставил еще пятьсот рублей. Подгорнов посмотрел в свои карты и застыл от изумления. По правилам игры на руках может быть максимально 33 очка, а к нему пришло 31! Верный выигрыш! Вместо одной «Явы» он купит две — себе и брату, решил Подгорнов. Чуть поколебавшись, он заявил, что ставит шестьсот пятьдесят рублей, но деньги должен получить по аккредитиву. Абрамович порекомендовал Подгорнову расписаться на картах Комарова, чтобы тот не подменил их, пока они будут ходить в сберкассу, а также взять с собой кепку с деньгами. Вместе с Абрамовичем и Контарадзе Подгорнов вошел в сберкассу, около которой остановилось такси. Вернувшись, они снова уселись, машина тронулась дальше. Подгорнов отсчитал 650 рублей (стоимость новой «Явы»), положил их на кон и открыл свои карты. Комаров выждал секунду и хладнокровно открыл свои... У него было на одно очко больше. Небрежно забрав все деньги, он заплатил шоферу, остановил машину и вышел.

Я представил, как, словно в шоке, сидел Подгорнов, как он потом бросился за Комаровым, а вернувшись, увидел, что исчезли и остальные...

В милиции заявление Подгорнова приняли. Сотрудники уголовного розыска задержали Контарадзе, Комарова и Абрамовича, отыскивавших новые жертвы у того же магазина на Хорошевском шоссе. Шофера такси найти не удалось.