Увидев за сеткой любопытные лица, Луиза улыбнулась: именно на это она и рассчитывала.
– Значит, пора раздавать приглашения. – Луиза вытащила из сумки флаеры, которые успела распечатать утром, и протянула их Харпер.
Та скривилась, но взяла листовки и решительно зашагала к забору. У дальнего угла возвышалась знакомая фигура: даже на таком расстоянии этого гиганта ни с кем нельзя было спутать. Луиза улыбнулась, помахала, почему-то обрадовалась, когда Кас помахал в ответ, и направилась к нему. Они не виделись с того дня, когда он уступил ей свой офис. Луиза держала слово и не появлялась в спортзале по вечерам, когда туда приходили дети. Однако они с Касом продолжали обмениваться записками. Каждое утро Луиза находила на столе новое послание с ответом на заданный накануне вопрос. Этот странный способ общения ей нравился, хотя чем именно, она вряд ли смогла бы объяснить.
– Привет! – сказала она.
– И вам привет! – улыбнулся он.
Он был одет в отглаженный угольно-серый костюм, белую рубашку и темно-синий галстук; лицо чисто выбрито. Луиза даже уловила слабый запах одеколона. Она удивилась и поняла, что до сих пор представляла Каса таким, каким он был в тот вечер, когда из-за нее чуть не получил по лицу боксерской грушей. В спортивной майке, наносящим быстрые удары самыми мускулистыми руками, какие она видела в жизни. Только сейчас Луиза осознала, насколько прочно въелся в ее воображение этот образ.
Она кашлянула.
– Разве вы не должны быть сейчас в школе?
Он закивал и показал стопку бумаг, которую держал под мышкой.
– Должен, конечно. Пришлось зайти вот за этим – забыл захватить вчера вечером. – Он посмотрел ей за плечо, где работал экскаватор. – Смотрю, у вас тут все полным ходом.
– Ну, что бы мы в итоге ни сделали с этим участком, для начала его нужно расчистить, – ответила она. – Я очень рада вас видеть. Хотела попросить об услуге… Это насчет субботы – помните, открытая встреча? Я подумала, может, вы тоже согласитесь прийти? Это, конечно, выходной, и вы наверняка будете заняты…
– Да нет, без проблем. Мы же договорились помогать друг другу, – улыбнулся он. – Я все равно приду в клуб после обеда – закончим с детьми в три, а потом я останусь и помогу вам все организовать.
– О! Спасибо, – с облегчением сказала она. – Вы ведь наверняка будете знакомы с большинством присутствующих. Честно говоря, я надеюсь, что вы поможете растопить лед.
– Буду рад помочь всем, чем смогу. – Кас снова бросил взгляд на экскаватор. – Слушайте, извините, но мне уже пора – и так опоздал. Удачи вам сегодня!
– Пока! И спасибо! – крикнула она в его удаляющуюся спину. Он обернулся и не то помахал, не то отсалютовал ей – вышло слегка неуклюже (жест совсем не вязался с его огромной фигурой), но забавно и мило.
Сзади раздался оглушительный грохот. Старая фабричная стена рухнула, подняв тучу пыли, – легко, как песчаный замок под напором прилива.
К полудню Харпер ушла, но Луиза и Ник, экскаваторщик, продолжали работать. Зрители приходили и уходили; в какой-то момент на противоположной стороне улицы даже собралась небольшая толпа – люди стояли и что-то оживленно обсуждали. Луиза направилась к ним – поздороваться и раздать флаеры, но группа тут же рассосалась: говорить с ней они явно не хотели.
Луиза решила сохранить то, что осталось от фабричной стены. Пока Ник очищал участок от растрескавшегося асфальта, она перетаскивала к контейнерам куски песчаника. Камень был тяжелым, и она мечтала о помощи добровольцев (или хотя бы одного – огромного мистера Пи). Но рассчитывать приходилось только на себя, и Луиза продолжала работать.
Часа в три начало темнеть, и она совсем выбилась из сил. Луиза подошла к Нику, сгребавшему ковшом обломки стены, и жестом попросила его остановиться.
– Давайте на сегодня закругляться, – предложила она, перекрикивая шум мотора. – В следующий раз начнем пораньше. Как думаете, завтра сможем убрать остатки асфальта?
Ник взглянул поверх ее головы на стоянку в дальнем конце площади и кивнул: «Конечно».
Он уже приготовился собрать последнюю на сегодня груду камней, когда Луиза заметила что-то среди обломков и предостерегающе взмахнула рукой. Она присела на корточки, пытаясь понять, что за яркое пятно привлекло ее внимание, и вдруг наткнулась на почти погребенный под разрушенной стеной измятый букет цветов. Желтые хризантемы были завернуты в прозрачный целлофан. Раздавленные, но не увядшие, они явно пролежали здесь недолго. Луиза выпрямилась с цветами в руках и огляделась. Выходит, кто-то прислонил их к стене? Но кто? И почему?
Ей вдруг стало неуютно, по ноющим плечам пробежал холодок. Она аккуратно положила цветы на землю.
Глава тринадцатая
Весь вечер и следующий день Луиза пыталась выяснить как можно больше о фабрике – и ругала себя за то, что не сделала этого раньше. Вдруг здесь случилась какая-то трагедия, о которой ей стоило узнать еще до приезда в Коллатон? Это объяснило бы, почему кто-то оставил у стены фабрики цветы. Что-то вроде мемориала.
Увы, поиски не дали результатов. Она оставила Касу записку – вдруг он знает, кто мог принести букет и зачем? Но он ответил, что ему ничего не известно. Харпер просто пожала плечами. Это могло означать что угодно: и что она не знает, и что просто не хочет говорить. Как бы то ни было, наступила суббота, приближалось время встречи с горожанами, а Луиза все еще оставалась в неведении.
Незадолго до начала встречи она вошла в зал с коробкой оборудования, которое привезла из дома. Кас с небольшой группой подростков вытирали пыль со старых пластмассовых стульев. Из маленького плеера на столе Каса доносилась музыка, сливаясь с общим смехом; по залу, как обычно, гуляло эхо.
– Всем привет, – сказала Луиза с улыбкой. Когда дети в ответ хором поздоровались, у нее отлегло от сердца. – Ух! Я и не ожидала, что тут будет такая бурная деятельность. Спасибо!
Кас встал с колен и тоже расплылся в улыбке.
– Попросите помощи в Коллатоне, и вы ее непременно получите.