ОПЯТА (роман-зеркало для массового чтения): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Гастрыч-третий: - Я бы перво-наперво прихватил этого урода, что последним пришел.

Гастрыч-главный: - Я бы тоже. Но он пока нужен. Он организует точки, фермы, площади под посадку. А главное - финансирует. У него очень много отхожих мест.

Гастрыч-седьмой: - Площадь под посадку он тебе оформит, это верняк.

Гастрыч-главный: - Хоть ты и седьмой, а дурак.

Гастрыч-девятый: - А нас за что?

Гастрыч-главный: - Во-первых, на что вас столько? Во-вторых, будем бодяжить недоразложенными. В третьих, их башковитый сынуля сочинил из вас добавку типа виагры. Продлевает жизнь, стойкость - ну, вы поняли. Однако не доработал: вы что, не помните? Не в курсе, бедняги...

Гастрычи-второй и третий: - Что-то смутное вспоминается.

Гастрыч-главный: - Значит, надо поскорее добраться до пацана. Пусть выбалтывает, что хочет. Тому, кто его украл, все равно не жить.

Гастрыч-десятый: - Красавцу?

Гастрыч-главный: - Ему.

Разъехался лифт, и вышел Богородец-лохотронщик.

- Вот видишь, как бывает, - наставительно сказал ему главный Гастрыч.

Богородец припал к стене и схватился за сердце.

- Ступай в хату, тебя ждут, - свирепо приказал ему Гастрыч, хотя впервые в жизни видел Богородца. - Прости, что не провожаю. Я провожу, если понадобится. Запомните это лицо. Я при делах.

Шатаясь, низколобый Богородец поплелся к дверям Амбигуусов.

- Вот как! - встретил его Куккабуррас и топнул тростью. - И ты здесь! Замочить старика задумали! И кто же еще придет, кого мы ждем?

- А всех, - Извлекунов, развлекаясь декоктом, то раздваивался, то сливался. - Всю компанию, что посетила похороны Давно.

- Анюта! - позвал Амбигуус. - Ты можешь выйти. Этого страшного больше нет.

Богородец перекрестился.

Зазор уже почти наполовину выбрался из щели. У него что-то зацепилось - какие-то побрякушки, стянутые им с ночного столика нижних соседей. Те не спали, сидели в кухне и боялись войти в спальню, откуда доносился устрашающий треск.

- Придурки они, - сказал окулисту Эл-Эм. - Такие похороны всегда фиксируются спеслужбами. Неужели все засветились?

Извлекунов побледнел.

- Ну, лучше некуда, - вздохнул Куккабуррас и закурил пятую сигарету.

Раздался звонок. Явился Гастрыч, неся на плече мешок.

Не обошлось без курьезов. Какой-то юный азербон, как назвал его шовинистически настроенный Гастрыч, с порога начал трясти да размахивать пачками денег: именно денег, а вовсе не ассигнаций, нарушая стилистику бессмертной пьесы.

- Я в институт хачу кончить!..

Как нарочно, Эл-Эм удалился в оранжерею по неотложному делу. Амбигуус распушил хвост:

- Это мы с удовольствием.

Восточный гость принялся выгребать из-за пазухи денежные кирпичи с российскими видами, способными тронуть даже самое черствое сердце:

- Мне дядя дал...