ОПЯТА (роман-зеркало для массового чтения): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Крышин и Ключевой откровенно любовались немолодым, но неизбежно умудренным до изношенности участковым.

- Кобура лишняя, - шепнул Крышин, и Ключевой согласно кивнул, размышляя о платоновской любви к сединам. За нею следовала уже любовь к абстрактной идее, но с этими вещами у него пока не было связи: досократовский возраст.

Аверьян Севастьяныч проследовал в спальню, где действительно пораспахивал шкафы, заглянул под кровать, поискал кровавые пятна. Очень внимательно исследовал ванну, рассчитывая найти там зарубки от мясницкого тесака. Надолго задержался в лаборатории Амбигууса-младшего.

- Студент второго курса химического факультета, - немедленно отрапортовал сообразительный Артур-младший и сунул участковому просроченный студенческий билет.

Аверьян Севастьяныч взял пальцем какого-то порошка, лизнул и скривился, увидев, что это не героин и не кокаин. Это был кокаин, просто Амбигуус еще не успел довести его до ума.

- Много вас здесь, - изрек участковый уже не без жалобы в голосе.

Анюта Амблигуус вынесла ему стакан с ломтиком красного перчика.

- Эх!.. - Тот, наконец, снял фуражку и присел к столу. - Шампиньоны, говорите. А как же СЭС? Вы имеете разрешение?

- Вопрос двух часов, - Гастрыч поднял обе руки. - Возможно, трех.

- Это же не запрещено? - улыбнулся нарколог Амбигуус.

- Добро, - Аверьян Севастьяныч выпил стакан, прощально и ловко хрустнув перчиком.

Слово не воробей, к тому же оно материально. Сказав "добро", участковый подобрел на глазах.

- Ну, хорошо, - он встал и надел фуражку, прихватил папку. - Я вижу, что ничего разлагающегося у вас тут нет. Конечно, огород не предусмотрен...

Обнаглевший Гастрыч, напрочь забывший, с кем он имеет дело, пощелкал пальцами в сторону короля преступного мира. Куккабуррас, как припрятанного туза, шулерски вытянул стодолларовую купюру. По мере своего перемещения от короля к милиционеру, купюра магическим образом, незаметным даже для дающей шулерской руки, сменилась и превратилась в тысячерублевку, которую Гастрыч почтительно вложил Севастьянычу в нагрудный карман. Он побоялся, что Севастьяныча поразит сумма, и тот решит, что дающему есть, что скрывать.

- Ну, я пойду, - откозырял полностью удовлетворенный участковый, которому даже отшибло разум и нюх. Он больше не чувствовал никакого неприятного запаха. - А вашему соседу я передам...

- Не надо, - придержал его Гастрыч, лучась недавно изреченным добром. Он отражал его, произнесенное. - Мы сами с ним побеседуем, дружелюбно и по-соседски, как полагается цивилизованным людям...

Участковый вышел на лестничную площадку и шуганул дворничиху.

- Делом займись! - рявкнул он. - Гляди, сколько свинства кругом! - А Гастрычу посоветовал: - Вы все-таки, именно что цивилизованно, постарайтесь, чтобы никаких от него не было заявлений... о членовредительстве, оскорблении действием и словом....

- Не тревожьтесь, - Гастрыч деликатно подталкивал участкового в спину. - Никаких заявлений не будет вообще. Он славный малый, если разобраться, и у меня к нему найден особый подход.

- Почему вы без телохранителей? - осведомился окулист, усаживая Куккабурраса в самое мягкое и удобное кресло.

- Они в лимузине, я велел им остаться, - проворчал Эл-Эм. - Случись со мной что, и дом бы попросту взлетел на воздух. Да оно же и лучше вышло? - он вдруг улыбнулся простецкой, давно позабытой улыбкой. - Явись мы всем кагалом...

Анюта Амбигуус, бессмысленно хлопоча, воображала себе взлетание дома, о котором догадалась и сама, случись какая-нибудь неприятность.

- Добрая месть, но слабое утешение, - заметил Извлекунов. - Впрочем, вы, как обычно, поступили мудро. Вами водила ваша прославленная интуиция, и она подсказала, что эти громилы здесь будут лишними...

- Мной не водят, - огрызнулся авторитет. - Водят знаешь, чем? И по чему?

Окулист сник.

- Откуда ему знать, - ухмыльнулся Гастрыч.

- Да, да! - подхватили Крышин и Ключевой. Гастрыч склонился над ухом Куккабурраса и что-то шепнул.

- Выставьте отсюда петушню, - приказал Эл-Эм. - И не подпускайте близко, чтобы порядочному человеку не оскоромиться.

- Ясно? - обратился к одноклассникам Гастрыч, по-рачьи выпучивая глаза. Те испарились не хуже собственных копий. Правда, Амбигуус-младший, направлявшийся в гостиную, успел расслышать, как они бормочут какую-то чушь о пещерной половой дискриминации.

Куккабуррас устроился поудобнее и закурился, если припомнить название сигарет. К сожалению, неудобно ему бывало в любом положении, и оставалось удивляться, как это он ухитряется вести себя по-барски непринужденно в разного развязного рода общественных местах - например, в ресторанах.