— Кгда ты был ещё свсем маленькм, сюда пршло сущство, представившееся древним именем из лгенд. Твй отец долго сприл с ним о чем-то. Гврил, что никгда не сглситься на это преступление. Они ни о чём не дгворились, тогда-то и появился я. Это сщество, лица которого я так и не рассмтрел, гворило о пророчестве, оно предсказывало будщее. Оно предложило мне сделку – я сгласился поступать в чётком соответствии с его инструкциями, а взамен мне бла обещана аблютная власть.
Визиум замахнулся совершить ещё одну атаку и, вместе с этим, продолжил говорить. Пришлось и слушать, и сражаться.
— Кждое моё действие и слово было сдлано и скзано в соответствии с плном. Свсем скоро мой сын побдит Селестию, зтем убьёт тебя, и тгда мы начнём наш вликий поход пртив всего мира. Мы зхватим его.
Я отбил его магический пучок, а затем рассмеялся, не сдержав эмоции.
Вдох. Выдох. Эмоции потом.
— Какой ты дурак, Визиум, — совершенно искренне сказал я, — Столько книжек прочитал, а мозгов не хватило додуматься, что тебя используют. Пророчество действительно существует, но не имени тебя. Это личное проклятье Селестии, так что… Будь уверен – сыночка твоего она порубит на мелкие кусочки, а я ей в этом помогу.
Разобрав смысл моих слов, Визиум так разозлился, что его лицо сложилось в морщинистую гармошку, а из носа пошёл пар. Ну, или мне показалось.
— Твоя способность контроля души на меня не сработает. Я давно готовился к битве с тобой и давно научился отключать эмоции.
Он топнул ногой:
— Нкто ещё не мог справиться с моей техникой!
Тогда Визиум раскрыл руки, как птица раскрывает крылья, задрожал и выпустил из себя чёрный туман, который стремительно полетел ко мне. Но я не испугался.
Вдох. Выдох. Эмоции потом.
Туман накрыл меня со всех сторон плотным облаком, но, как я и предполагал, ничего не изменилось. Я научился полностью брать себя под контроль. Теперь, когда вспомнил слова Влада, ещё больше поверил в победу над Фенрином. Если Селестия выживает, то Фенрин наверняка умирает. Поскольку пророчество поведёт Селестию как минимум до Статиума, можно уже сейчас сказать – Фенрин мёртв.
Исходя уже из этого – я тоже выиграю Визиума, ведь без меня Селестия не сможет победить Фенрина. Всё уже решено.
Драг Визиум Алма-матр потерял дар речи. Он думал, что всё контролирует, а, на самом деле, от него совсем ничего не зависело.
Я замахнулся и чётким движением отрубил его голову. Тело грохнулось грязным мешком на землю, а противную рожу я схватил за волосы. Секунду посмотрел в глаза, что были уже мертвы, но ещё живы. Он попытался что-то сказать, но не смог – доступа к лёгким уже не было. Вскоре глаза закрылись, а я бросил головёшку.
Одним меньше. Ещё совсем немного и победа. Я скорее побежал на истошный звон сталкивающихся мечей, миновал высокие арки и забежал в королевский зал.
Такой яростной битвы я не видел никогда в своей жизни: Фенрин, в основном, стоит на месте и отбивается от атак. Селестия же носится вокруг великана и беспощадно пытается разрубить его броню. Когда у Фенрина наконец выпадает возможность контратаковать, он пытается ударить или схватить Селестию, но она лишь активирует какое-то заклинание и удар моего бывшего брата уходит в пустоту.
Тогда дева родом из племени Красных Ящеров продолжает наступать. Она оставляет на чёрном орке тысячи порезов, но у Влада никак не получается пройти глубже.
Корона делает моего брата чудовищно сильным и крепким. Но вот я здесь, а в руках у меня – спасение. Я выхватил большой бутылёк с семенами внутри, затем быстро залил внутрь плохопахнущее содержимое ещё двух бутыльков, после чего стал крутить смесь.
Стеклянная колбочка у меня в руках нагрелась. Самое время разбить её об голову Фенрина, чтобы смесь попала прямиком на корону. Я сбросил меч,
чтобы меня ничего не тормозило, а затем стал разбегаться. Быстрее, быстрее и быстрее. От пола на стену, впиваясь в когтями. Взгляд сосредоточен на ненавистной короне, рука продолжает закручивать бутылёк. Выжидаю момент…
Пора! Я прикладываю все усилия и отпрыгиваю от стены, лечу сверху вниз, прямо орку на голову. Он так увлечён битвой, что совсем не замечает меня. Ещё немного.
Замахиваюсь, целюсь прямо в корону, а затем…
Жгущая пламенем резкая боль. Я вижу, как моя рука, та самая, в которой я держал спасительный бутылёк, падает. Уже отдельно от меня.
Что-то молниеносное отрубает мне руку по локоть. Так быстро, что я даже не успеваю заметить оружие.
Неужели…
Смотрю на Селестию и совсем её не узнаю. Она превратилась в чёрный комок пульсирующих червей. Виднеются только кисти и лицо, рот жадно глотает воздух.
— ЭТО МОЯ БИТВА, — разносится по залу нечеловеческий голос.
Таким, обычно, рычит Фенрин, когда очень чем-то недоволен. Но это не его голос. Он и сам не ожидал услышать его. Впервые за всю жизнь я вижу, буквально чувствую, страх в его глазах. Он боится. Теперь он жертва.
Моя рука падает чуть раньше меня, стекло бьётся, а субстанция впивается в каменную плитку, почти моментально разрушая последнюю. Появляются уже знакомые цветки. Белые, но сейчас с красноватым отливом. Они растут прямо из камня, пуская корни во всё вокруг.
![Шанхай [litres]](/uploads/posts/covers/48/c8/150/shanhay-litres-ekomicu-riiti-457548_wm.webp)
