Коко Шанель. Я сама — мода: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Послушайте.

Размашистым движением он сел за рояль, и в следующее мгновение люкс отеля «Ритц» наполнился музыкой, куда более мощной, чувственной и волнующей, чем та, что она слышала в балете. Габриэль поддалась своему инстинкту — вместо того чтобы сесть на диван в глубине комнаты, она, наоборот, подошла ближе.

Она смотрела на своего гостя и думала, что рояль — идеальный реквизит для любого мужчины. Музыка делает красивым даже самого непривлекательного. Особенно если он играет только для одной женщины. И если пальцы этого мужчины превращают им же написанные ноты в звуки… Потрясающе. Вдохновение, могущество и ранимость. Сила его музыки мощным потоком обрушилась на нее откуда-то из глубины музыкального инструмента. Совсем не так, когда слушаешь, как кто-то исполняет произведение, написанное другим. И хотя Габриэль уже не первый раз видела Стравинского за роялем, именно в этот момент ее охватил настоящий восторг. Она вдруг почувствовала удивительную близость, музыка будто превращала их в одно целое. Каким счастьем было бы наполнить свой дом этой музыкой! Слышать ее каждый день, каждый час, который им отпущен. Только он и она. Это прекрасное видение так захватило ее, что реальность вдруг перестала существовать…

Глава одиннадцатая

Габриэль с огромным удовольствием рассказала бы Мисе про Игоря Стравинского и его «любовь» — что бы ни означало для него это слово, — но твердо решила молчать. Она ничего не сказала подруге ни о своем романе, ни даже о новой редакции «Весны священной». Мися вряд ли смогла бы понять, что связь со Стравинским скорее духовная, чем физическая, — даже несмотря на то, что рядом с ним ее тело по-настоящему оживало. Это было нечто совсем иное — такого она не испытывала еще ни к кому, даже к Бою. Однако страсть никак не уменьшала скорбь, Стравинский не мог соперничать с умершим.

Какое облегчение, что Мися снова рядом! Габриэль сейчас не хотелось ничем осложнять их возобновившуюся дружбу. Так приятно было прогуливаться с Мисей по выставочным залам отеля «Друо». Во Франции этот аукционный дом был могущественной монополией, а потому ценностей здесь хранилось, наверное, больше, чем во многих музеях. Антикварная мебель, картины, скульптуры, итальянские хрустальные люстры, восточные ковры — чего тут только не было, и среди прочего — старинные рукописи и драгоценности. Интересно, много ли русских эмигрантов смогло, убегая из страны, увезти с собой свои сокровища? Большая часть этих сокровищ определенно ушла с торгов именно здесь.

В одном из богатых залов с затемненными окнами, устланном мягким красным ковром, под матовым приглушенным светом были выставлены лоты для следующих больших торгов. Мися и Габриэль остановились у одной из витрин. За стеклом лежали те самые рукописи, ради которых они пришли. Несколько листков, исписанных убористым почерком, на удивление хорошо сохранившиеся чернила и четкие контуры букв. Однако расшифровать написанное было невозможно — отчетливыми остались только цифры.

— Это же невозможно прочитать, — разочарованно протянула Мися.

— Но наверняка найдется кто-то, кто занимается старыми рукописями, — возразила Габриэль.

— Ну да, найдется, но я имею в виду — мы не сможем это прочитать. А значит — никакого смакования подробностей за бокалом шампанского у тебя в гостиной, — Мися вздохнула. — Столько усилий! Тебе сначала придется найти специалиста, который в этом разбирается, а потом еще как-то убедиться, что он не врет. Прости, Коко, боюсь, мы зря сюда пришли.

Мися была права, как всегда. Глупо вкладывать деньги в то, чего не понимаешь, — это может дорого обойтись.

Но что-то в этих пожелтевших листках притягивало Габриэль. Дело не казалось ей таким уж безнадежным, как считала Мися. Она теперь многое знала о Медичи. Например, то, что Екатерина привезла с собой из Флоренции парфюмера, которого считают основателем парфюмерного дела во Франции. Некто Рене, он упоминается даже в романе Александра Дюма «Королева Марго». Габриэль совершенно забыла об этом, книгу Дюма она читала, по совету Боя, уже очень давно. Но теперь, после стольких вечеров, проведенных за изучением истории Медичи, она вспомнила об этом, а вдобавок узнала, что по приказу Марии Медичи в Грассе, на юге Франции появилась первая лаборатория, в которой алхимики занимались исключительно производством ароматов.

Габриэль прижалась лицом к стеклу витрины. Последовательность чисел и букв действительно напоминала формулу. Это могла быть формула того самого чудодейственного аромата, которым мечтала обладать Мария Медичи. Аромата, способного уберечь женскую красоту от старости. Если это так, то это будет сенсация!

— Я уверена, это формула.

— Возможно, — согласилась Мися. — Но не забывай, мы не знаем, о какой формуле идет речь. Может быть, это туалетная вода, а может, просто рецепт похлебки.

Такова была Мися — то восторженная до невозможности, то скептичная до ужаса. Габриэль улыбнулась. Как хорошо, что она уже давно привыкла к характеру подруги. Однако ее саму сомнения сейчас просто раздирали на части: с одной стороны, магическое действие рукописи, с другой — здравый смысл, который говорил, что Мися права.

Габриэль застыла, изучая артефакт за стеклом. Вдруг ее взгляд упал на карточку с номером, под которым эти рукописи были выставлены на аукцион.

— Мися, я не вижу, какая тут цифра? — взволнованно спросила она. — Тут так темно, у меня все плывет перед глазами. Какой номер на карточке?

Мися удивленно уставилась на подругу, но не стала никак комментировать этот внезапный приступ слепоты.

Покопавшись в сумочке, она вытащила оттуда лорнет в серебряной оправе и посмотрела на карточку.

— Номер пять. Это лот номер пять.

— Мое счастливое число! — Сердце Габриэль радостно забилось. Значит, это не ошибка — она и сама видела цифру на карточке, но хотела убедиться, что ей не почудилось. Один, два, три, четыре, пять… Мистика монастыря Обазин — единственное светлое воспоминание о жизни в сиротском приюте. — Я куплю эту рукопись. И пожалуйста, не говори, что это напрасно, даже если мне придется заплатить за нее огромную цену. Этот номер — знак судьбы!

— Боже мой, да ты, похоже, по уши влюбилась! — изумленно выдохнула Мися.

Габриэль не расслышала: она не сводила глаз с рукописи за стеклом, безуспешно пытаясь прочесть хоть слово.

— Ну причем тут Игорь Стравинский? — пробормотала она, погруженная в свои мысли.

— О-ля-ля!..

Возглас Миси вывел Габриэль из задумчивости, она посмотрела на подругу.

— Что случилось?

— О, как я понимаю, случилось уже очень много всего! — Мися натянуто улыбалась, но глаза ее сверкали. — Ты скрыла от меня свой роман?! Вот уж не ожидала от тебя такого, Коко!

— Нет никакого… — начала Габриэль, но осеклась и замолчала. В горле у нее пересохло. Только сейчас до нее дошло, что она совсем не так поняла безобидную фразу, сказанную Мисей, — и сама угодила в ловушку, которую ей никто не расставлял.