Салах пересказал на заседании Дивана разговор, который у него произошел с Аланом, потом рассказал, что увидел и понял вчера, когда гулял по городу и разговаривал с жителями. Советники Айюба вначале стали возмущенно возражать появлению в городе чужестранцев. Но как ни странно, эмир и визирь поддержали новую идею. Диван сегодня собирался по единственному вопросу — как пополнить казну. Приближалась «зима» на Сабахе, время межсезонья, когда не хватало еды, и эмиры, как правило, в преддверии этого периода закупали продукты, чтобы поддержать население и не допустить голода в городе. Идея пустить туристов в город и дать возможность людям самим заработать была новой, неожиданной, но достаточно перспективной. Вдобавок ко всему, идея с налогом на торговлю с неверными, давала возможность наполнить казну без усилий со стороны эмира.
Вызвали Алана, и разговор пошел по второму кругу. Алан опять рассказывал об экономике и «мертвых деньгах». Потом бета повел эмира с визирем в кабинет Ясмина и показал три сундука, доверху заполненных золотыми монетами. Айюб выглядел равнодушным, но вот у визиря загорелись глаза. Алан потом всю свою речь строил из расчета на его алчность, и расчет оказался верным. Визирь сам стал уговаривать пустить туристов в город. Он находил все новые и новые аргументы для совета и, в конце концов, совет разрешил пустить туристов в город.
Глашатаи на площадях города объявили жителям волю эмира. Людям рассказали, что в город придут неверные, посмотреть, как хорошо живется людям под мудрым руководством эмира, который правит, соблюдая заветы Аллаха и его пророка. Жителям предписывалось в этот день надеть праздничные одежды, навести порядок на улице и радушно встречать гостей. Кроме этого, сообщалось, что за торговлю с неверными с торговцев будет сниматься дополнительный налог, когда они будут менять деньги неверных на правильное золото.
Торговцы услышали глашатаев, но поняв только то, что будет торговля и новые налоги, пришли за разъяснениями не к эмиру, а к Алану. Алан разговаривал с ними как с визирем, на языке денег и прибыли. Он рассказал, что туристы это такие люди, которые любят тратить деньги на сувениры. А сувениром может стать любая вещь, которая им понравится. Туфли местного производства, тарелки из белой глины с синим узором, ковры, мелкие поделки из полудрагоценных камней, которых было много на карьерах. Главное, чтобы вещь радовала глаз. Достаточно просто дополнительно украсить обычные туфли, и их сразу купят туристы. По поводу цен на товары, Алан посоветовал поднять цены в два раза, для того чтобы туристы могли поторговаться и уйти счастливыми от того, что им хорошо уступили в цене.
Торговцы все это поняли. Торговаться они умели и любили. Они разошлись по лавкам в предвкушении новых приключений. К приезду туристов город был убран, как перед приездом дорогих гостей. Все сияло чистотой, а люди ходили в красивой и нарядной одежде. Лавки были заполнены всевозможной дребеденью, которая раньше валялась по углам и была мало кому нужна. Обычные вещи типа туфель были украшены, как жеребцы на праздник — кистями и бубенцами. Мелкие кошели и сумки были разукрашены и выставлены на самые видные места. В карьеры послали детей, чтобы те набрали всевозможных цветных камней, из которых взрослые изготавливали различные фигурки животных или просто бусы и браслеты.
Когда в городе появились первые туристы, все настороженно замерли в ожидании чудес. И туристы не подвели! Они сметали из лавок все! При этом не забывали фотографироваться и радоваться, что они увидели, наконец, аборигенов.
Местные побежали узнавать сразу у учителя Вилена, кто такие аборигены? Это обидное слово или нет? Но Вилен на полном серьезе сказал, что это хорошее слово, оно обозначает «уважаемый местный житель», и торговцы успокоились. Единственное что огорчало торговцев это то, что туристы совершенно не торговались. Привыкшие все покупать в маркетах люди даже не думали торговаться, они просто платили сказанную сумму и радовались, что такая хорошая вещь явно ручного труда досталась им так задешево!
Туристы платили за поделки кредитами федерации. Алан накануне показывал и рассказывал, как считать нули на купюрах, и сколько местных монет стоит та или иная цветная бумажка. Идея бумажных денег не укладывалась в головах у торговцев, и они после того, как автобус с туристами покинул город, напряженно пришли с ворохом «бумаг» к Алану, чтобы обменять их на настоящие деньги. Алан с удовольствием менял кредиты на золото, и когда торговцы увидели в своих руках полновесный металл, который они получили с их точки зрения, ни за что, то они оказались в шоке. В головах людей произошла небольшая революция, и когда приехали следующие туристы, они бросались к ним навстречу, как к любимым родственникам.
В конце дня, когда туристы собирались уже уезжать, вдруг выяснилось, что пропал один омега! В городе начался настоящий аврал. Буквально все бросились на поиски пропавшего. Все торговцы поняли, что торговля с туристами это очень прибыльная вещь, а если что-либо отвратит туристов от поездок в город, то это будет конец такой вкусной торговли! Поэтому все бросились на розыски. Альфы — охранники метались в поисках потерянного гостя. Но в городе побывало слишком много омег и альф, чтобы по запаху можно было определить, куда делась пропажа.
Пропажа нашлась сама, когда вышла довольная из ювелирной лавки! Омега был в экстазе, он купил столько всяких украшений за копейки! А в лавке плакал торговец. Местные его отпаивали водой и успокоительным. Оказывается бедолага, хоть и поднял цену в два раза, но оказался совершенно не готов к тому, что один человек может купить у него почти половину товара. У него такой выручки не было бы, даже если бы он торговал целый год! Ну, сколько обычно покупали местные! Ну, браслет на праздник или серьги в подарок, но не столько же!
Когда день закончился, в каждом доме обсуждали только одно: как раздобыть товар для следующих туристов. Запасы мелочевки были не бесконечны. Местные торговцы не покупали столько однотипного товара. Сколько кошельков или туфель надо человеку на год? Поскольку торговля всегда велась в замкнутом пространстве, то торговцы всегда держали примерно одинаковое количество товара. Надо было срочно найти сырье и, главное, изготовить товар к приезду любимых туристов! Из шахтерского городка были отозваны все мужчины, которые могли работать руками. Их всех посадили за изготовление сувениров!
Во дворце тоже были очень впечатлены мешком золота, который лег на стол перед эмиром в конце дня. Визирь посадил своего человека рядом с Аланом, тот контролировал, чтобы расчет был верен. Чтобы не было ошибок при расчёте с торговцами, а главное, при исчислении налога, который взимался сразу при обмене денег! Когда служащий визиря в конце дня подсчитал полученную сумму, то Алану пришлось приводить беднягу в чувство!
Если глину и поделочные камни можно было раздобыть в карьерах, то количество кожи и тканей было ограничено! Поэтому все в нетерпении дожидались прибытия каравана. Когда очередные торговцы приехали в город, то у них не меняли товар на товар, а просто скупили все, что было! Все, подчистую. И ткани, и кожу, и вещи, все, что было на продажу. Стоимость каждой вещи была уже давно обговорена. По законам шариата стоимость можно было поднимать только, если это было обосновано. Цена мешка фиников всегда была одна и та же, вне зависимости от того, был ли год урожайным или нет. В рулоне ткани всегда было одинаковое количество метров, и стоил он всегда одинаково. Чтобы поднять на нее цену, надо было вначале доказать, что у тебя качество лучше, чем у других. Любая спекуляция приравнивалась к воровству и жестоко наказывалась. Именно поэтому торговцы предпочитали меняться, чтобы избежать вероятности торговаться и взять непомерную цену, а потом быть обвиненным в спекуляции.
Другое дело торговля с неверными! Алан специально притащил на рынок кади и выспросил у того все, что было написано в Коране о торговле с неверными. В Коране ничего не было сказано о туристах и сувенирах. И в конце разговора Алан договорился с кади о том, что торговцы не продают туристам мешки с финиками втридорога или вещи повседневного спроса. Ведь никто не станет ходить в туфлях с бубенчиками. А если вещь дополнительно украшена, то за украшения можно взять дополнительные деньги, и это не спекуляция, а это изготовление сувениров! И потом, то, что торговцы называют высокие цены, это совсем не значит, что покупатели не могут торговаться. Но если туристы согласны покупать такие дорогие вещи, то это уже их забота. Ведь торговцы согласны уступить в цене, если те сами об этом попросят, ведь именно в этом и есть смысл торговли. Хотеть максимальные деньги, но сойтись на минимуме!
После этого все торговцы успокоились. Если все это законно, то надо постараться заработать побольше! Они специально бегали к Алану за советом, что может понравиться туристам. Алан показал им портмоне и чехол для ключей. У местных не было портмоне, потому что монеты было удобнее носить в кошеле с завязками. А мелких ключей у них отродясь не было! Ключи, если и были, то большие и кованные, под стать массивным дверям! Все ремесленники старались изготовить что-нибудь новенькое, такое, что понравилось бы туристам!
Пока местные осваивали новые предметы для торговли и назначали им цены, приезжие торговцы ходили по городу в замешательстве. Они полностью продали свой товар, а вот купить что-либо не получалось! В любой лавке и магазине на них смотрели и честно говорили, что у них нет товара для продажи. Караванщики были в смятении. Уезжать с пустыми руками было недопустимо, надо было обязательно что-то привезти в следующий город. Поэтому все караванщики, походив безрезультатно по городу, оказывались в магазине Алана, у него единственного в городе был товар на продажу. Торговцы, тяжко повздыхав, оставляли у него свое золото и увозили в другие города электроплиты, фонари и фонарики.
Комментарий к Введение в экономику
https://vk.com/photo265570678_378342574 восточный базар
https://vk.com/photo265570678_378342695
========== Экономика это искусство или … ==========
Постепенно город заполнялся людьми. Все почувствовали вкус легких денег, и каждый хотел откусить себе кусочек. Шахтерский городок опустел. Там теперь оставались только одинокие люди, которым некуда было возвращаться. Добыча минералов почти остановилась. Было созвано экстренное собрание Дивана. Совет пытался решить, как заманить людей обратно в шахты. В шахтах всегда работали люди, город жил за счет добычи драгоценных камней. И такое было впервые, чтобы в шахтах стояла тишина.
На заседание Дивана был вызван Алан. Советники эмира попытались наброситься на него, но Алан очень быстро всех осадил. Айюб с безмятежностью сфинкса наблюдал, как на Алана и Салаха пытаются повесить всех дохлых псов и обвинить во всех смертных грехах. Он наблюдал за сыном, и ему понравилось, как тот реагирует на чужие гневные слова и на несправедливые обвинения. Он был доволен поведением и выдержкой своего наследника. Похоже, в последнее время сын повзрослел, в нем как-то совершенно неожиданно стали появляться черты спокойного и уверенного в себе мужчины, пропала угловатость неуверенного в своих силах подростка. Похоже, брак со зрелым и умным омегой пошел ему на пользу.
Айюб жестом остановил язвительные высказывания советников и, рыкнув на зарвавшихся помощников, распустил заседание Дивана. В комнате осталось всего четыре человека - Айюб, визирь, Алан и Салах. Эмир сошел со своего церемониального кресла и сел на подушки у стены. Он велел принести щербет и угощения. С создавшейся проблемой надо было что-то делать, и эмиру нужен был совет умных людей.
Выпив щербета и поговорив на отвлеченные темы, Айюб вернулся к насущному вопросу, что же делать? Любой мужчина хочет жить в кругу семьи, а не лазить по штольням, рискуя своей жизнью. Горожане сейчас увлечены изготовлением сувениров для туристов. Они столько заработали на торговле с туристами, что это, похоже, лишило их рассудка. Все только и считают дни, когда же, наконец, приедет автобус с туристами.
А как же эмир? Пока нет добычи драгоценных камней, эмирская казна пустеет, а значит, в конце месяца нечего будет выставить на торги с Федерацией. Это, в конечном счете, приведет к тому, что не будет средств на покупку продовольствия, и люди останутся голодными. А голод в городе недопустим! Там где голод, там и болезни, город, где люди болеют, пустеет и становится «призраком».
— Чем кормить людей, лучше дать возможность им заработать! — Алан внимательно смотрел на реакцию эмира. — Это как притча о рыбе и удочке. Если у человека есть удочка, то он постарается поймать щуку сам, не ожидая, что добрый дядя принесет пескарика! А если человек ленится заработать сам и ждет подачек вместо того, чтобы работать, то его стоит наказать за леность, а не кормить! У вас в городе живут предприимчивые и трудолюбивые люди, все у них будет хорошо!
Алан долго говорил, а его внимательно слушали, время от времени задавая вопросы. Бета уверял, что в новых условиях надо просто пересмотреть старые порядки. Например, зачем добывать горючий камень для кухонных плит, если все жители уже поняли, что намного выгодней купить электрическую плитку на солнечной батарее и не зависеть от покупки горючего камня. Больше не будет необходимости постоянно поддерживать огонь для приготовления еды. И теперь эмиру можно не думать, как обеспечить едой работников, работники теперь думают о своем пропитании сами. Доказательством того, служит то, что у караванщиков помимо вещей на продажу скупили весь урожай фиников!
Эмир так и остается самым богатым человеком в городе, потому что он остается единственным землевладельцем. Ему принадлежат оазисы, в которых произрастают финики, а теперь еще появился Сашши со своими посадками чудесных овощей и перспектива фруктовых садов и виноградников! Может, стоит заняться земледелием как Саид? Ведь вся почва принадлежит эмиру, так же как и вода. А значит, ему выгодней всего будет заняться земледелием!
И кроме этого, местным жителям вскоре понадобятся поделочные камни и большее количество глины для поделок. Может, стоит взять это под свой контроль? Одно дело, когда берется немного глины для пары тарелок, другое дело, когда тарелки делают в большом количестве для продажи. И то же с поделочными камнями. Сейчас дети собирают их просто на поверхности вблизи карьеров, но вскоре за ними полезут в шахты. Ведь на яшму, агат и сердолик раньше не обращали внимания. Это был бросовый камень, который попадался при добыче горючего камня и дорогих самоцветов. А теперь они стали востребованными, и его стоит продавать на вес, как раньше продавали горючий камень. Только цену заложить намного выше.
Эмир с визирем удивленно переглядывались. Им подобное даже не приходило в голову. Все это было ново и непривычно. Торговать едой, а не менять на чеки, которые зарабатывали на шахтах? Выращивать еду помимо фиников? Наполнять казну налогами, а не продажами драгоценных ресурсов Торговой Федерации? Все это не вписывалось в привычные схемы поведения.