"Княгиня Ольга". Компиляция. Книги 1-19: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Чего княгиня Ольга точно никогда не носила, так это шапки с меховым околышем (шапки русские женщины начали носить только в XVI веке), царского венца с подвесками (титула, дающего право на такой венец, Ольга не имела) и бармы-оплечья с каменьями, которые художниками тоже заимствуются из более поздних царских уборов.

Часть седьмая

Жизнь после смерти

В церковной стене было оконце…

Почитание Ольги началось очень скоро после смерти. Это видно из того, что Владимир, перенеся (вероятно, в 1007 году) ее останки в новопостроенную Десятинную церковь, не устроил погребение под полом, а поставил саркофаг в помещении, чтобы дать верующим доступ. Чудеса – важное условие святости – начались немедленно.

Псковская редакция жития рассказывает следующее. По прошествии долгого времени после смерти Ольги внук ее, Владимир, вспомнил о мощах своей бабки; отправившись с митрополитом, со всем священным собором, с фимиамом и псалмопением, пришли на место, где была похоронена Ольга, раскопали землю и нашли тело святой неповрежденным. Прославив бога за это чудо, Владимир и его люди взяли мощи и перенесли в церковь Пресвятой Богородицы, где поместили в деревянном гробу, который, вероятно, при Ярославе Мудром заменили на каменный. И «на верху честнаго гроба» – надо думать, сверху в крышке – было сделано оконце, через которое видно, как тело блаженной великой княгиня Ольги лежит нетленно и светится, «яко солнце». Приходящим с верой это оконце открывается, и происходит возле него много исцелений. «О дивное и страшное и преславное чюдо, братие, и похвалы всякиа достойно: тело честное и святое во гробе цело, аки спя, почивает!» – так завершает автор жития свой рассказ.

«Степенная книга», кажется, хотела нам сказать, что в мудрости своей Ольга предвидела свою будущую славу. «Прославляет Бог угодников своих не только в этой жизни, но и после смерти, – учит она сыновей русских, – многие чудеса происходят от них, различные исцеления они расточают. Многие из них в гробах лежат, но мощи их, как живые, нетленны пребывают до общего для всех воскресения». Здесь она с полной уверенностью описывает свою же посмертную участь: нетленность, исцеления.

Это чудо продолжалось как минимум до XII века: «Здесь же ее все люди прославляют, видя, что она лежит много лет, не тронутая тлением», – говорит ПВЛ. Но я не видела описаний нетленного тела Ольги, относящегося к более поздним векам; приходится думать, что оно пролежало там не далее чем до разорения Киева Батыем в XIII веке. Дальнейшая судьба мощей неизвестна.

«Яко голубице цѣломудренаа на финикъ добродѣтели взыде»…

Мне очень нравится эта фраза из церковного канона в честь Ольги; под «фиником» надо понимать пальму, а значит, княгиня Ольга уподобляется целомудренной голубице, взлетевшей на пальму добродетели. Как первая облеченная властью христианка, Ольга не могла не стать предметом церковного почитания и восхваления. Любопытно то, что разные литературные жанры, светские и церковные, делали одно и то же дело – идеализацию своей героини, то есть Ольги, но делали его разными способами, порой противоположными. Если народное предание добавило к биографии Ольги древлянские казни как высшее проявление ее «гражданской доблести» и мудрости, то источники церковные – жития, похвалы и каноны – отношения Ольги с древлянами исключили из повествования. (У Дмитрия Ростовского, писавшего в 1705 году, древлянские казни уже появляются опять.) Основным событием биографии Ольги-святой является, конечно же, ее крещение, а основным смыслом – прославление за этот духовный подвиг.

Церковные писатели с самого начала уподобляют Ольгу идеалу «благоверной княгини», который сам является женским вариантом образа доброго правителя, идеального христианского царя. Первым образцом его был святой Константин, и неудивительно, что Ольга с самого начала уподобляется его матери, а своей небесной покровительнице – святой равноапостольной царице Елене.

Кирилл Туровский (Канон и Служба на память св. Ольги) называет княгиню «преподобной», употребляя атрибут, приложимый к аскетам и монахиням, – этим выражается мысль о том, что крещение Ольги было подвигом. Внешняя красота церковными писателями воспринималась как выражение красоты духа, поэтому именно они не жалели похвал ее облику:

– образом бяше святая тиха и кротка и любима ко всѣм и мудра зѣло…

– тѣломъ жена сущи, мужеску мудрость имѣющи…

– велми юна суши, доброзрачна же и мужествена… не юношески, но старческим смыслом поношая ему (Игорю) глаголаше…

– бяше бо зѣло цѣломудренна и прѣмудра… лицемъ зѣло прекрасна… нача къ нему не юношескимъ, но старческимъ умомъ, пресѣцая бесѣду его, глаголати…

Как пишет М. К. Ферро[98], «В более поздних произведениях, появившихся после XVI в., есть все основания воспринимать внешнюю красоту княгини Ольги как элемент, уподобляющий ее Богоматери: ведь в «Слове на Рожество св. Богородицы» читаем после описания Ее внешнего вида, что Дева Мария «благодатию Божиею исполнена и красоты… тѣм же и призрѣ на ня Богъ».

Важны для понимания церковного образа Ольги многочисленные метафоры света: «как утренняя звезда перед солнцем, как заря перед рассветом. Она ведь сияла, как луна в ночи; так и она светилась среди язычников, как жемчуг в грязи» (ПВЛ). «Яко солнце возсия нам преславная память Олги богомудрыа» (Канон). Метафоры света «с одной стороны, отсылают нас к образу Христа, «Свету мира» (cм. Ин 8: 12; 2Кор 4: 4–6) и «Солнцу правды» (см. Лк 1: 78–79, Пс 18: 5), а с другой стороны, напоминают атрибуты «денница» и «заря» и другие метафоры «светящих тел», которые автор Акафиста адресует Богородице. Итак, элемент света в посвященных Ольге произведениях играет большую роль: посредством атрибутов и метафор вводится идея уподобления Богородице и дается отсылка к теологии крещения, понимаемого вслед за святыми отцами как просвещение, где свет, то есть благодать Божия, умножает способности и просвещает разум княгини»[99].

Таким образом, церковная литература не только превозносила первую русскую святую, но и, через разнообразные риторические приемы, связала ее образ с ее небесной покровительницей – святой царицей Еленой, с Богоматерью и даже с образом Христа. «Степенная книга» восславляет, ее, осыпая блистательными хвалебными эпитетами, будто драгоценными камнями:

Радуйся, всеблаженная Ольга, богоизбранный сосуд целомудрия!

Радуйся, пресветлая свеча!

Радуйся, светлолучная заря!

Радуйся, богоосиянная русская звезда!

Радуйся, богонасажденная и боговозращенная лоза…

Дмитрий Ростовский выстроил целую цепочку благословенных жен: Христос проповедниками своего воскресения сделал жен-мироносиц, свой крест из недр земных явил через святую царицу Елену, так и новую Елену – княгиню Ольга Господь избрал как честный сосуд, чтобы несла Его пресвятое имя по земле Русской. Эта цепь священных образов возводит мысль читателя, как по ступеням, от земли до самого неба: от Русской земли – к Ольге, от нее к царице Елене, от нее к кресту господню, к женам-мироносицам, возвестившим воскресение Христа, и от них – к самому Христу…

Посмертная жизнь Ольги продолжалась и еще одним, весьма своеобычным образом. Как гений места, живет она на берегах реки Великой, оставляя там все больше и больше следов своего пребывания. Местной традиции известны десятки связанных с Ольгой мест и небольших сюжетов, но я хочу рассказать только об одной, знаменательной их разновидности. Совершенно очевидно книжное происхождение легенд про «то самое место, где Ольга перевозила Игоря через реку в 903 году», на них мы останавливаться не будем.

Нас интересует вот какая категория сведений.

«В народе существует следующее баснословное предание: «однажды святая Ольга, торопясь в Выбутскую церковь к заутрени, услышала, что уже кончили благовестить – и опасаясь опоздать, бросила на поле большой камень, который несла в рукаве: облегчённая таким образом она пришла в церковь ещё во время. С той поры камень этот стал называться Ольгиным».

Есть и другие легенды о камне. Например, одна из них гласит, что «когда святая Ольга отправилась «на войну с поганью», т. е. с язычниками, то несла в «платке» множество больших камней, на пол-дороге платок прорвался и из него выпал большой камень»[100].

И далее:

«Различных легенд было много. Во всяком случае, ещё в 1917 году известный собиратель фольклора В.И.Чернышёв записал псковское народное предание об Ольге как о «сильной богатырке», переносившей с места на место огромные камни. Очевидно, что это предание близко к тем, что упомянуты выше.

[98] Об эволюции литературного образа святой княгини Ольги в древнерусских письменных источниках.

[99] Та же статья

[100] Александров А., Во времена княгини Ольги, (в книге «Святая равноапостольная великая княгиня Ольга». – М.: Сибирская Благозвонница, 2012.)