Башня Богов III: читать начало книги онлайн

Кровоед издал мерзкий клокочущий рёв и прыгнул на меня, а эррис сиганул ему наперерез. Мне ничего не оставалось, кроме как превратиться в свет и отпрыгнуть на максимальные пятьдесят метров в сторону! Вернее, так я хотел сделать, но не удалось. Аурис полыхнул, меня швырнуло в сторону, но в самом начале прыжка способность сбилась, я выпал в траву и прокатился по ней, ударившись спиной в дерево. Это магия крови сбила импульс! Вокруг кровоеда висело поле, которое дрейнило энергию и тем самым вносило рассинхрон в любые способности! Крайне неприятный сюрприз.

Жуткий волк и тварь с окровавленным рылом сшиблись и с ненавистью вцепились друг в друга, рёв и вой распугал всё живое на километр. Оба монстра дрались за добычу: меня. Они раскатились, на боках кровоеда темнели рваные раны от волчьих когтей, а на шее эрриса багровела вмятина от тупого рыла, которое высасывало кровь. Я начал отползать от чудовищ обратно в лес, как вдруг оба замерли и буквально вжались в тропу, низко пригнулись и замолчали. Наступила гробовая тишина.

Я не удержался в замершем положении и пошевелился, кровоед и эррис дёрнулись в явном страхе и метнулись прочь! Эррис плавным и мощным прыжком ушёл в другое измерение, откуда раньше и выпрыгнул: судя по тому, как всколыхнулась серая дымка в месте входа, волк упрыгал в мир тени и сумрака. Кровоед не обладал способностью перемещаться по граням стихий, поэтому просто вломил по лесу с максимальной скоростью, и умчался, перепрыгивая гигантскими скачками от дерева к дереву прямо по стволам, оставляя за собой крошево выдранных щепок. За три секунды он скрылся в туманной дымке.

А я остался наедине с тем, что напугало двух монстров, способных сожрать меня заживо.

Вскочил, озираясь, пытаясь разглядеть или почуять чистотой, откуда грозит опасность. Но лес словно вымер: ни стука и чириканья птичек, ни шуршания зверьков, даже ветер стих и листья умолкли, боясь шелестом привлечь к себе внимание. Справа от меня вспыхнула чёткая, точечная магия хаоса, что-то липко воткнулось мне прямо в солнечное сплетение и молниеносно дёрнуло вбок.

Внимание: вас пленили Высоким Арканом! Вы связаны с применившим эту способность неразрывными узами двух атманов.

Меня во всех смыслах заарканили⁈ Среагировать не успел, да и просто нечего было противопоставить такой необычной атаке. Все тела неприятно сжались: физическое, эфирное, астральное, стихийные и атман — они осознали чужеродную связь, словно холодный металлический крюк, засевший в груди. Мир поплыл перед глазами и раздвоился на обычный слева и алый справа. Невидимый аркан рванул меня вправо, и я оказался… в грани стихии огня!

Жар ударил в лицо, всё вокруг пылало: деревья, кусты, трава, земля и даже облака в небе. Первый слой огнемира был точной копией материального, отражал его до мелкой детали — только вместо живых деревьев и трав тут росли их отражения-копии из пористого чёрного материала, который непрестанно горел. Дышать было трудно от жара, видимость тоже не ахти, хотя бы не валил едкий дым, как от горения чего-нибудь в нашем мире. Ведь дым возникает от сгорания материала, а тут пылал чистый энергетический огонь и ничего не сгорало — кроме, возможно, меня!

Огненный урон −10 (290/300), сообщила система, и это было с вычетом 20 за резист с моего нового доспеха. Без него я терял бы 30 хитов каждые несколько секунд — но, к счастью, доспех по всей поверхности тела защищал носителя от магического и физического дамага.

Я использовал ускорение ауриса, чтобы двигаться и реагировать быстрее, судорожно развернулся направо и увидел существо. Узкое тело и трёхгранная морда на длинной загнутой шее, два широких крыла-гребня по бокам, — мой похититель напоминал ящерицу и одновременно птеродактиля с усечёнными крыльями. Он стоял-балансировал на тонком хвосте, свитом спиралью, упруго покачиваясь, как королевская кобра перед броском. Ни зубов, ни клыков, только ротовые и носовые мембраны; глаза не живые, а твёрдые, как два тёмных кристалла, внимательно и выжидающе следят за каждым моим движением.

Пламя стекало по телу существа, не причиняя вреда; крупная жаропрочная чешуя кирпичного цвета облекала всё тело, а голову венчал гребень, который наверняка впитывает жар и добавляет ему энергии. У него не было ни ног, ни рук, только хвост, крылья и морда. Очень странный, явно не рвёт врага и не жрёт его — что же он со мной сделает, поджарит для фана?

«Шен-сокк, адаптирующийся мимик, стихия: хаос, уровень 19», погодите, он значительно слабее эрриса и тем более кровоеда, почему лесные чудища испугались и сбежали⁈

Огненный урон −20 (260/300), равнодушно известила система, я ощутил, как накаляется всё тело и вещи, волосы вставали дыбом и вот-вот загорятся, пот начинал стекать по лицу ручьями, губы и рот высохли, а в сухих глазах начиналась резь. Надо срочно выбираться отсюда, иначе погибну и никакой доспех не спасёт! Но как⁈

Чистота чуяла в существе сильно выраженную магию огня и ни капли хаоса, а системное инфо говорило иное. Но это ясно: мимик, значит, утащил меня в грань огня, чтобы я тут поджарился в чужеродной среде — а сам приспособился к огню и выжидает, пока я ослабну, чтобы напасть. Хрен тебе, а не угольки. Я вспомнил про Амулет холода, выхватил его и прыгнул на шен-сокка, ведь при касании действие шло с бонусом. Мимик отшатнулся на гибком хвосте, закрылся упругими перепончатыми крыльями, но его морда была вытянутой, я достал и ткнулся в неё ладонью.

Огненный урон −30 (230/300), полыхнуло уведомление, а затем жахнула яркая синяя вспышка в моей руке и на его морде: Оледенение. Получи, фашист, гранату! К огню приспособился? Вот тебе лёд, взрывайся.

Термальная реакция бахнула даже сильнее, чем я ожидал: резкий перепад температур нанёс шен-сокку −65 дамага! Вы знали, дети, что маги огня и льда имеют добавочный дамаг на сочетании спеллов двух стихий из-за температурного перепада? Я знал, потому что сам это когда-то придумал и прописал в систему много лет назад.

Шен-сокк дёрнулся и заверещал тонким криком, от которого мои нервы задёргало, как от игл иглоукалывателя. На существо сработал эффект оледенения, правда, еле-еле: враг был выше уровнем, чем я, а закон Думрока на увеличение силы воздействия не сработал. В общем, мимика не парализовало холодом, а лишь замедлило. И то хлеб. Но куда больший эффект на него произвёл сам факт внезапного ледяного удара — ведь приняв огненную форму, он получил уязвимость к магии холода.

Забившись в судороге, шен-сокк сделал разумное с его точки зрения действия: адаптировался к холоду. А чтобы не сгореть здесь к чертям вместе со мной, он рванулся налево, у меня внутри всё сжалось, перед глазами замутилось, мир опять раздвоился, теперь на красный и синий… и мы выпали из полыхающей грани огня глубоко в грань воды.

Жар почти моментально охладило, мои волосы не успели загореться, — уф-ф, как же хорошо прямо из пожара бухнуться в воду! Дамаг от возгорания прекратился, но вот всё остальное было куда хуже. Я едва успел вдохнуть побольше воздуха перед тем, как попасть на глубину. Вокруг царила практически кромешная темнота, толщи воды простирались во все стороны; что-то крупное светилось фосфоресцирующими огнями — кажется, это были гигантские глубинные манты, которые проплывали мимо нас с равнодушием великанов. Благодаря их волнообразным светящимся элементам (которые приманивали планктон к поглощающим впадинам по бокам) я мог хоть что-то видеть на глубине.

А вот дышать здесь было немного нечем! И всплывать абсолютно некуда! Дело в том, что в плане воды нет поверхности. Нет и всё тут. Захлебнись, глупый странник, какого фига ты нырнул в грань воды без акваланга или хотя бы воздушного пузыря за пяток энзов? Стоп, у меня в руке есть магия воздуха! Фу-у-х, выдыхай, Яр! Усилие воли, моё лицо окружил вздувшийся пузырь, угроза захлебнуться отступила. Но смерть находчива и тут же нашла ко мне другой подход.

Давление: −5 хитов (225/300), −1 к силе, ловкости, интеллекту и мудрости каждые 5 секунд до конца эффекта.

Всё верно, когда у моря нет верха, ты всегда на глубине. Но в грани воды нет и низа, т.е. планеты под ногами — а потому гравитация в целом низкая. Но толщина жидкости огромна, и потому давление смертельно для людей, хоть и не как в Марианской впадине. Сразу не расплющит, а будет плющить медленно и неотвратимо. В голове стучало, сердце с большим трудом проталкивало кровь по артериям и венам, я чувствовал нарастающую тупую боль в голове и ломоту во всех костях. Твою мать, скоро станет так же хреново, как было в огне.

Силуэт шен-сокка мелькнул рядом: мы были накрепко связаны Высоким Арканом, он поймал меня на крючок и сам не мог разорвать эту связь. Похоже, цикл охоты мимика состоял в том, чтобы вцепиться в атман жертвы и мотать её по разным граням стихий, пока она не умрёт или не ослабнет, а потом каким-то образом сожрать! Но у этого плана, как и у многих вещей в природе, было слабое место: сжав невидимые когти или челюсти, закинув свою удочку и вонзив в меня какой-то духовный крюк, мимик теперь не мог отпустить.

Связанные друг с другом, как рыба и рыбак, мы боролись за выживание, и в конце поединка один умрёт, а другому достанется победа.

Я почувствовал всплеск магии хаоса, а потом воды и увидел, как тело мимика меняется под окружающую среду. Глаза стали мутными-рыбьими, крылья приросли к телу и превратились в плавники, чешуя разгладилась в упругую шкуру, тело сжалось и стало более обтекаемым, а хвост сократился и стал шире, как у рыбы. Вместо мембран отросли жабры — именно за них я и схватился, мощным рывком подплыв ко врагу. Ведь бить его мечом под водой было глупо, толща смягчит даже мой самый сильный удар. А вот попытаться обнулить ему магию хаоса и воды — чуть ли не единственное, что я мог сейчас сделать.

И это сработало! Во-первых, закон уравнения Думрока в этот раз резко усилил мой импульс чистоты, во-вторых, выпали мои заветные 42% — и жабры, ещё не до конца сформированные магией хаоса, резко и конвульсивно забились, меняясь в подвижную и пластичную плоть.

Шен-сокк, думавший, что привёл меня на верную гибель в толщу воды, внезапно сам лишился средства дыхания и ошалел от неожиданности второй раз за последние секунды. Он содрогнулся, пытаясь вдохнуть, видимо, границы перевоплощений мимика не позволяли ему вообще жить без дыхания. Или, возможно, он был неспособен контролировать изменения своей формы. «-10 хитов», — сообщила система, и шен-сокк изо всей силы дёрнулся снова.

Муть в глазах, раздвоение на синий и белёсый, нас рвануло вверх, и мы выпали в небо. То есть в грань воздуха. Ураганный ветер подхватил нас и потащил вперёд, мотая и крутя, как былинки. Уши перестали слышать, желудок, кажется, прижался к горлу, тошнота подкатила к ушам. Но пару секунд спустя организм осознал происходящее и более-менее приспособился к полёту. На мне всё ещё висел пузырь воздуха, и это очень помогло: даже в сильнейшем потоке гигантского ветра я мог дышать спокойно.

Моим глазам открылось потрясающее зрелище: вокруг величаво плыли титанические острова, состоящие из плотных белых облаков, которые, казалось, можно пощупать руками. Своей сложной формой они напоминали рукотворные замки, и ветра огромной силы влекли их вперёд, словно гигантских живых существ. Впереди облака толпились и сбивались друг с другом, там собирался какой-то умопомрачительный циклон, тёплое и холодное течения воздуха пересеклись и заворачивались в воронку масштабом армагеддона.

Я в офигении смотрел, как облака смыкаются и срастаются в причудливые многослойные ленты, которые медленно заворачивает по кругу циклона. Издалека вся эта громада напоминала невиданный лабиринт размером с несколько городов. Между облачными стенами высотой с горы сверкали пронизывающие молнии, там разгорался настоящий ад. И нас влекло туда.