Поделись своей правдой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Хватит! Сам пойду.

Тот с готовностью опустил руку:

– Добро! А то всё драться лезете. И нам грех на душу. Не гоже москвичам промеж собой собачиться.

Огляделся. В избе, кроме свежих пятен крови на полу, разломанного табурета и сваленной полки у входа, относительный порядок. Где кровь на потолке и разваленная печь? Люська бы так просто не сдалась. Это подтверждалось весьма плачевным видом братьев Потаповых. Морды у обоих расцарапаны, шевелюры редеют вырванными клоками. У Кузьмы тряпками замотаны обе руки и шея. Да это не тряпки, а наши занавески! Эх, не стоит им Люську развязывать: за занавески убьёт. На Ерофеевой голове занавеска намотана по кругу. На месте уха перевязка мокреет кровью. Я взглядом поискал ухо на полу. Не нашёл – проглотила.

Встал, натянул штаны, рубаху поверх повязал верёвкой, на манер Потаповых. Обычно такой фасон не ношу, но в экстремальной ситуации кусок верёвки может пригодиться. На Люську старался не смотреть – сорвусь. Полез в печь.

– Ей, ты чего? – насторожился Ерофей.

– Хлебца возьму. Не завтракал ещё.

– С такого будунища, и жрать хочешь? – позавидовал Кузьма.

И правда, почему так болит голова? Пил ведь не я, а дед Серёжа. Я на картошечку налегал. Да нет. Это от болотного газа. Я посмотрел на заляпанную рубаху Ерофея. А ведь Люська ночью молочком-то меня подлечила. Молодец девка. Вспомнился вчерашний вечер с момента, когда Вероника заявила, что мы бежим с ней вместе.

– Ты с моим мужиком никуда не пойдёшь, – зашипела Люська и присела, готовясь к броску.

Люська ринулась на подругу, как кобра. Схватила одной рукой за волосы, другой попыталась разодрать горло. Раньше бы получилось, но сейчас только придушила пальцами со стриженными ногтями. Вероника резко ударила коленом. Был бы мужик – умер на месте, а Люська только согнулась, разжав пальцы. Подруга не стала добивать. Спокойно так спрашивает:

– Хочешь здесь всё разнести? Дед проснётся – на вилы поднимет. Он и так нас не сильно обожает. Пошли за сарай, там и поговорим.

– Пойдём, – согласилась Люська, – я тебя в огороде и прикопаю. Помидоры расти лучше будут.

Девчонки ушли разбираться. Не впервой. Лезть – себе дороже. Лишь бы лица друг другу не расцарапали: расстраиваться будут.

Вдруг, мозг прошибла мысль: «Гамлет и Крис у Лешего взаперти!» Третьего я так и не вспомнил. Воспоминания о прежней жизни нахлынули с новой силой, вытесняя московские заботы. Леший? Да кто он такой, чтобы измываться над моими друзьями?! Так! Что делать? Леший приглашал на завтра. Может, поговорить с ним? А кто я такой? Самого два с половиной года тому дед Серёжа на поруки забрал. Сказал, что я не турист, а дебил. Это я сейчас такой умный, а тогда двух слов связать не мог, как зовут не знал. Нет, леший будет не беседовать, а допрашивать.

А если сегодня завалиться? Эффект неожиданности. И что? Леший меня в бараний рог согнёт. а может… Я пододвинул табурет к двери. Там, за притолокой секретная полость имелась. Рука нащупала холодную сталь. Защита деда Серёжи от ежей. С тех пор, как колючая тварь его чуть в берлогу на прокорм не утащила, очень их боится. Вот и добыл где-то защиту, как сам называет, оружие останавливающего действия.

Пистолет свой дед Серёжа любил, даже имя ему придумал – Макаров. Больше на фамилию похоже. Один раз я даже из него стрелял. Тогда наставнику моему бревном в лесу ногу защемило. Я его полдня на себе волок. Вот и получил такое вознаграждение. Дед Серёжа установил чурку на бочонок возле банной стены. Вынул обойму, выщелкнул все патроны кроме одного:

– Не то зачнёшь палить, а мне потом Ибрагиму кланяйся.

Показал, как снимать с предохранителя, передёрнул затвор и торжественно вложил в мою руку. Я поднял пистолет, как делал дед Серёжа, а он учит:

– Вот видишь, ложбиночка поверх ствола. Как у твоей Люськи между ног. А на конце пимпочка. Как твой причиндал, такая же маленькая. Суёшь хрен в дырку, чтобы вровень стало, и спускаешь. Так и пистолет стреляет, и дети получаются.

Я нажал на спуск. Выстрел грохнул так громко, что я аж зажмурился. И сразу услышал недовольное ворчание:

– Эх! На тебя только пули тратить! Что ж ты рукой дёргаешь?! Крепче держать нужно. И глаза зачем закрыл?

Я открыл. Чурка как стояла, так и стоит. Дед Серёжа шарит в траве в поисках гильзы. Он их кузнецу Ибрагиму относит, чтобы снова пулей и порохом снарядить.

Теперь я решил пистолет позаимствовать. На время. останавливающее действие, это ведь когда противник не может больше проявлять к тебе агрессию. А я очень не хотел, чтобы ко мне эту самую агрессию применяли.

На дворе уже начало темнеть. Уличное освещение по летнему времени Ибрагим не включал. Ничего, в Москве каждая улица до метра знакома. Да и меньше глаз на тёмное дело, что я замыслил.

Метров за сто от дома Лешего ноги перестали нести. Как будто не кости внутри, а тряпками набиты. Не испугается леший пистолета! Не тот он человек. Да и человек ли? Люди говорят, что колдун. Ночью превращается в ворона и летает над лесом, души звериные собирает и в людей вкладывает, потешается. Потаповым медвежья досталась, а Гавриловым от большой обезьяны. Сказки, конечно, но сторонились Лешего все. Многие боялись. Я, конечно, ни в какую такую чушь не верю. Но всё-таки.

Почти стемнело. Окна дома темнели пустыми глазницами. Вдруг что-то захлопало над головой. Раз, другой. Огромная птица пролетела и села на конёк крыши. Как по команде окна засветились, как глаза у ежа.

– Господи! – призвал я непонятно кого, без разницы. Выберусь живой – поверю в кого-нибудь.

Нет. С Лешим мне не совладать. Нужна помощь. Кто? В Москве никто не поможет. Надо в Клибриг бежать, сообщить, людей собрать. Как там дед Серёжа говорил: через Тёмный пруд короче? Как раз в эту сторону. В голове появилась уверенность, а в ногах кости. Уверенно обогнул жуткий дом и углубился в лес.

Некоторое время шёл уверенно по не раз хоженым тропкам, но по мере сгущения чащи, шаг стал непроизвольно замедляться. Миновал изваяние Ахурамазды. Таких идолов, изображавших разных богов Пантеона, отец Рифат много расставил вокруг Москвы. Чтобы защищали от злых духов и непрошенных гостей. Значит, я уже не под защитой. Уверенность в правильности выбранного решения таяла, как льдинка на солнце, а сомнения пропорционально росли. Стало казаться, что лучше было бы попытаться освободить туристов, а с ними уже путешествовать. В компании как-то веселее. Тем более с таким качком, как Гамлет. А ещё в мозгу поселилась маленькая вредная мыслишка, что можно было вообще оставить всё как есть и жить спокойно с Люськой, строить избы… нет, это вообще говно.