Некоторое время, которое тянется мучительно долго, за дверью стоит тишина. Я уже тяну руку к ручке, чтобы выглянуть в коридор, когда слышу холодный и полный разочарования голос Дамира:
— Тебе нужно проспаться и прийти в себя. Проще винить во всём меня, но мы оба знаем, что это не так.
— Конечно, — Савелий смеётся, — ты же правильный и лучший. Во всём и всегда. А тут такой пассаж о тебе выдали. Ты девчонку используешь, сломаешь и выкинешь. Как и всех прежде.
— А ты так о ней заботишься, запал?
— А что если и так? М? — моё сердце останавливается, я затаиваю дыхание.
— Или это ты ей рассказал обо всём? — в голосе Дамира вновь слышится рычание.
— Пошёл та нах*й. Растопчи девчонку. Трахай её в людных местах, я потом ей покажу разницу между ублюдком и нормальным парнем.
Я слышу удаляющиеся шаги, громкий хлопок входной двери. Я не успеваю среагировать, как дверь рывком открывается. Я падаю на пол, к ногам Дамира. Вскидываю голову и ёжусь. Он не на шутку зол.
На красивом лице раздуваются ноздри, подбородок выдвинут вперёд, желваки так и ходят.
— Подслушиваешь, чтобы в очередной книжке описать? — парень хватает меня за ворот и дёргает вверх, поднимая на ноги.
— Нет! Я очень боялась, что вы подерётесь, — говорю торопливо, накрывая ледяными и подрагивающими пальцами руки Дамира.
— За него испугалась? — улыбается ласково, а мне хочется раствориться в воздухе и исчезнуть.
Потому что улыбка не касается его глаз. Он смотрит холодно и с ненавистью. Будто готов растерзать на части.
— Да. Он пьян и не понимает, что говорит.
— Беспокоишься за него? С чего бы это? — щурит глаза, приближает лицо ближе. — Мечтаешь с ним трахнуться? Или надеешься сбежать к настоящему джентелмьену?
— Я не понимаю, Дамир, чего ты хочешь от меня услышать, — говорю честно, опуская взгляд на свои босые ноги. — Савелий очень хороший человек, он уже не раз оказывает мне помощь.
— Спасает от бешеного Дамира, — молодой человек брезгливо одёргивает руки и отступает. — Настоящий рыцарь в сияющих доспехах, блять. Только я открою секрет, малышка моя, он хочет тебя трахнуть.
Я зажмуриваюсь и закрываю руками уши.
— Пожалуйста, хватит, Дамир. Хватит этих разговоров. Я очень устала, у меня чешутся ожоги. Я очень хочу домой. Пожалуйста. Я сегодня выполняла всё, о чём ты просил. Давай, ты продолжишь мучать меня завтра.
Дамир шагает вперёд, опускает ладони мне на ягодицы, рывком задирает свой свитер. Я ахаю, пальцами вцепляюсь в сильные предплечья. Чувствую, как обжигает ладошки горячая кожа. Меня ведёт от запаха Дамира. От его бесстыдных прикосновений к коже ягодиц. Он просовывает пальцы между тканью трусиков и кожей, сжимает влажную ткань в кулаке и тянет наверх.
Ластовица белья врезается в кожу между бёдрами, вызывая дрожь в теле. Тепло стремительной огненной рекой разливается по венам. От развилки между бёдрами. Устьями реки мчит на бешенной скорости по всем нервным окончаниям.
Я ахаю, сильнее сжимаю пальцами предплечья Дамира. Приподнимаюсь на носочки, бессильно утыкаюсь носом в плечо молодого человека. Втягиваю раскалённый воздух, пытаюсь понять, как правильно дышать.
— Ты не сняла их, — в голосе парня угроза. — Твоя задница мокрая. И не только она, — влажные губы прижимаются к виску, оставляют ожог. — Течёшь мышь, — с триумфом, перемещая пальцы на ластовицу белья, нажимая на сосредоточения желания.
— Д-д-дамир, что т-т-ты делаешь?
Я отскакиваю. Выставляю перед собой руки и пячусь назад. Смотрю в полыхающие странными эмоциями глаза. Чёрные-чёрные. В них я вижу желание. Тёмные одержимость. Порочность.
— Нет. Не подходи! — выкрикиваю. — Не нужно!
Я жду очередных колких фраз. Насмешки. Жду, что Дамир сейчас попытается сломить моё сопротивление.
Но я ошибаюсь в нём. Он опускает низко голову и плечи, дышит часто, сжимает и разжимает кулаки. А я всё пятиться продолжаю. Пока не спотыкаюсь о своё лифчик, валяющийся на полу.
Дамир смотрит на мои стопы. На бельё, лежащее у пальцев. Подрагивающих от напряжения.