В груди всё сворачивается клубком, сердце стучит часто и с надрывом, будто желает вырваться из грудной клетки и помчать впереди машины.
— Приехали, — нарушает затянувшееся молчание Дамир, останавливая машину у торгового центра.
— Куда? — я пальцами вцепляюсь в ремень безопасности, смотря в лобовое стекло и чувствуя, что щёку прожигает взгляд парня.
— Как куда? У тебя сегодня встреча с преданными читателями.
13
— Ты ведь шутишь? — спрашиваю тихо, пальцами сжимая подол куртки.
— А я похож на шутника, Катя? — Дамир холодно и зло улыбается. — Прошло больше недели, твоя книга всё ещё гуляет по сайтам. О ней пишут статьи и рецензии.
— Ты же видел, что я при тебе меняла всё содержимое. Я сделала всё, что в моих силах, клянусь.
— Ты солгала, Катя, — Дамир двумя ладонями обхватывает моё лицо и вынуждает смотреть на него. — Я говорил с твоей подругой. Она прекрасно осведомлена, что скачивание книги на сайте приводит к тому, что её уносят на пиратские сайты. И удалить её потом просто невозможно.
— С какой подругой? С Таней?
— А у тебя так много подруг? — хмыкает.
— Да, Дамир. И Таня, и ты правы. Но я не раз говорила и буду повторять — я не писала тот роман. Я даже не знаю его содержимого. Это недоразумение. Кто-то меня подставил. Просто воспользовался мной, чтобы насолить тебе. Откуда бы я смогла узнать о твоей жизни, если мы с тобой раньше никогда не пересекались?
— Ты следила за мной?
Дамир выгибает бровь. Не понятно, он задаёт вопрос или же ставит меня перед фактом, который ему известен.
— С какой целью я стала бы следить за тобой? — я хмурюсь, дёргаю головой, когда большие пальцы молодого человека проходятся по моим скулам и щекам.
— Думаешь, я не вижу твоих взглядов, мышь серая? Мне этот плывущий и одержимый взгляд слишком знаком. Я знаю таких, как ты. Бегают, вынюхивают, пытаются залезть мне в постель.
Я от возмущения открываю губы и с жадностью ловлю воздух ртом. Меня оскорбляет такое предположение до глубины души. А ещё стыдно становится, потому что я действительно не могу не смотреть на Дамира. Он слишком красивый и привлекательный.
И мне нравится чувствовать его прикосновения ко мне. Жар его кожи впитывается в поры, теплом разливается по всему телу. Заставляет сердце биться часто.
— Я столько статей повидал о себе. Но ни одна тварь ещё не заходила настолько далеко. Ни одна сука не смела пятнать ЕЁ имя, — вдруг кричит.
Я вжимаю голову в плечи и жмурю глаза. Мне кажется, что ладони, которые сжимают мою голову, сейчас станут стальными тисками. Или же обожгут щёки болезненными пощёчинами. Но к моему удивлению, руки остаются неподвижны. Боли совсем не причиняют.
— Давай, я трахну тебя, мышь. Трахну во всех позах, в которых ты попросишь. Во все продажные дырки.
Из моих глаз начинают крупными каплями катиться слёзы. Они скатываются по щекам и касаются пальцев Дамира, впитываются в его кожу.
Я молчу. Мне просто нечего сказать. Мне нечем оправдать себя. Потому что я знаю, что парень просто не услышит меня. Он не хочет слышать. Он не верит, что я такая же жертва обстоятельств, чужого умысла, как и он.
Стоит ли снова оправдываться? Стоит ли говорить все эти бессмысленные слова в пустоту?
Нет. Он всё равно не услышит. Он всё равно будет считать меня тварью, которая влезла в его личную жизнь с намерением её разрушить.
— Как правдиво и красиво ноешь, — цедит сквозь зубы. — Я почти поверил в твою искренность. Почти повёлся.
Парень подаётся вперёд, сокращает ничтожные сантиметры, разделяющие нас. Его горячие дыхание ощущается на кончике носа и губах. Я приоткрываю губы. Ловлю дыхание Дамира. Смотрю в злое лицо, но изображение плывёт перед глазами.
Парень вырывает из груди громкий и полный изумления всхлип, когда его горячие влажные губы проводят по щеке, повторяя дорожку слёз. Я дёргаюсь, мне хочется посмотреть в лицо Дамира, понять, что он делает. Для чего он это делает.